Чтение онлайн

Со временем и они растворились среди местного финно-угорского населения, частично им же и уничтоженные.

В XVIII–XVI веках до н. э. эти племена сами были поглощены пришедшими с юга индоиранскими (арийскими) абашевскими племенами, образовавшими симбиоз с местными жителями.

В период XVI–XII веков до н. э. наступил черёд вторжения на эти земли с юга и юго-востока, вооруженных бронзовыми топорами, копьями и кинжалами, верхом на конях племён «Срубной» культуры. Сначала они распространились по степи, а затем проникли далеко на север, в том числе на земли будущих Владимира и Мурома.

Таким образом, и земли будущего Муромского Заочья, как и все соседние земли Восточно-европейской равнины, во времена бронзового века стали ареной борьбы «финского» Леса и «арийской» Степи.

Богатые для охоты необъятные лесные просторы Русской равнины постоянно привлекали внимание мигрирующих по земле, многообразных и многочисленных племён, не отличавшихся осёдлостью, не державшихся за уже освоенные и истощённые территории проживания.

Более того, с оскудением фауны общины стали дробиться на мелкие.

Осевшие родственные индоевропейские племена постепенно образовали большие этнические массивы. К древнему индоевропейскому единству помимо славян принадлежали германские, североиранские, кельтские, греческие, индийские и другие народы.

Центром расселения этого индоевропейского массива первоначально была северо-восточная часть Балканского полуострова и Малая Азия.

А ещё на рубеже III-го и II-го тысячелетия до н. э. в северной части Центральной Европы от Рейна до Днепра развилось пастушеское хозяйство.

В поисках новых пастбищ пастушеские племена во 2-ом тысячелетии до н. э. широко расселились по всей Восточной Европе, где последовательно встретили медный, бронзовый и железный век.

С появлением с X века до н. э. железного топора начался «Железный век» в истории человечества. Стало возможным расчищать участки леса под пашню, земледелие стало продвигаться всё дальше на север, а вместе с ним – осёдлость.

В процессе применения сначала медных, потом бронзовых и, наконец, железных орудий труда повысилась производительность всех видов хозяйственной деятельности человека, стали развиваться ремёсла.

Теперь из охотничьих и земледельческих племён выделились скотоводческие племена.

И это было первое крупное общественное разделение труда.

А второе крупное общественное разделение труда произошло, когда от земледелия отделилось ремесло.

Всё это особенно стало заметным в «Дьяковской» и родственной ей «Городецкой» культурах (в VII–V веках до н. э.), названными так по раскопанным городищам села Дьяково на территории музея-заповедника Коломенское в Москве, и Городецкому городищу в Нижегородской области.

Носителями этих культур были потомки финно-угорских племён, среди которых потом соответственно проявились племена «Мери» и «Веси», и жившие от них на восток родственные им по культуре племена «Мурома», «Мещера» и «Мордва».

Постепенно двигаясь на запад по берегам рек, предки Дьяковцев сменили Абашевскую культуру, и в жестокой борьбе – остатки Фатьяновской культуры.

Вытеснение финно-угорскими племенами раннескотоводческих потомков индоевропейских племён объясняется тем, что у пришельцев были более гибкие формы хозяйствования с использованием земледелия, тогда как их соперники переживали кризис из-за неблагоприятных для скотоводства изменений климатических условий.

Но, несмотря на это, основным занятием Дьяковцев оставалось скотоводство. Разводилась, в первую очередь, лошадь, но сначала на мясо, а лишь потом для верховой езды. Также разводились корова и свинья.

Значительную роль в хозяйстве играла охота ради мяса на лося, оленя, медведя, кабана, косулю, тетерева и рябчика. Ради пушнины охотились на бобра, куницу, лису и выдру, для чего использовали стрелы с тупым наконечником – дабы не портить идущий на обмен товар. Широкие возможности для охоты представлял лес по соседству с водоёмами, по берегам которых селились люди этих культур.

А только начинавшее развиваться земледелие было пока крайне примитивным, и носило вспомогательный характер. Землю, в основном участки коренного берега и мысы, обрабатывали мотыгами. А заливные и пойменные луга использовались под пастбища.

С годами значение земледелия увеличилось. Начали возделывать просо, пшеницу, ячмень, а также коноплю (в пищу и для волокон) и лён, которые в хозяйстве Дьяковцев уже заняли значительное место.

Дьяковцы жили родовым строем. Каждый род, состоявший из нескольких больших семей и насчитывавший в среднем около сотни человек, жил в особом городище.

Родовую собственность и главное его богатство составляло стадо скота, содержавшееся в общем загоне.

Имущественной дифференциации пока не наблюдалось.

Группа из нескольких родовых общин составляла племя.

Городища Дьяковцев были невелики, площадью до 3.000 кв. метров, и строились на высоких берегах рек в местах впадения в них притоков, или по берегам спускающихся к воде глубоких оврагов, образуя на мысе треугольную форму, и, таким образом, естественно защищённые с двух сторон от капризов природы и набегов грабителей.

Одно из таких городищ было и на месте теперешнего Московского Кремля.

Первоначально городища укреплялись только рвом и частоколом с незащищённой естественными водными преградами стороны.

Со временем распространения железа, с IV века до н. э., и увеличением богатств родов, провоцировавших грабительские набеги, укрепления усиливались. Для предотвращения набегов с рек и оврагов городища полностью обносились частоколом и земляным валом, а с напольной стороны ещё и дополнительным валом и рвом. А некоторые городища, например Кунцевское, были усилены ещё мощнее – тройной линией валов и частоколов. Иногда вместо частокола строили бревенчатые стены, одновременно служащие и для хозяйственных целей.

В городище, как правило, проживало от 50 до 200 человек. По берегам рек эти поселения были довольно часты, но за пределами речных долин их не было. Например, на всей территории современной Москвы известно 10 городищ, то есть на эту территорию площадью более 1000 кв. километров приходилось всего около 1000 человек.

Обычно жители городища осваивали территорию на расстоянии до 3 километров в округе, где у них были охотничьи угодья, пастбища, поля, впоследствии и селища, в том числе сезонные – места доек и полевые станы.