Чтение онлайн

— Пошли к Эшу этих мальчишек, — заявил Мелконог. — Он их знает, а тебе от них никакого толку. Они слабаки, невольники из них не очень. Да ты и не одобряешь рабов. Надолго ты их себе оставишь? На год? Два? Уж точно не больше, они вам ничего плохого не сделали. Какой смысл? Оба тощие и ни на что не годные, они еды смолотят больше, чем заработают.

Имб покачал головой:

— Люди с «Кровавого глаза» говорили, что Табая убили мальчишки, а не ты.

— И ты этим остолопам поверил? Табай темный маг, а это всего лишь два слабых пацана. Имб, ты становишься сильно доверчивым. Стареешь, наверное.

Император боли указал на меня:

— Этот похож на имперца. От имперцев чего угодно можно ожидать.

— И что с того? Обычный мелкий бродяжка, занесло с юга.

Продолжая сверлить меня взглядом, лидер диких спросил:

— Ты имперец?

Я покачал головой:

— Ни разу не был в Империи. Я северянин.

— Да ты больше на крысоволка похож, чем на северянина, — беззлобно прокомментировал Имб и задал новый вопрос: — Как давно ты в фактории и почему оказался в Чащобе?

Вопрос меня удивил, потому что император боли сам должен знать ответ. Это ведь из-за его шпиона мы оказались в быстрых водах Черноводки без весла и якоря, а потом его лучший лучник нас едва не пристрелил. У Мелконога, правда, были иные мысли по поводу случившегося, но в целом картина мне казалась ясной, пока Имб не произнес последние слова, выдав свою неосведомленность.

Или он так играет со мной?

Непонятно.

Чуть растерявшись, я ответил неуверенно:

— Ваши люди должны знать, что тогда случилось. Это было в начале лета. Атто стрелял в нас на реке. Или он не ваш человек?

— Атто в тебя стрелял? — удивился Имб. — С чего ты взял, что это мой человек? А, ну да, у вас ведь считается, что мы здесь все неразлейвода. Странно, что Камень до сих пор стоит, а не обвалился под весом вашей глупости.

Потеряв ко мне интерес, император боли повернулся к Мелконогу:

— Я не верил тебе и не верю. Ты тяжелый человек. По-своему честный, но тяжелый. Однако есть вероятность, что ты соврал не во всем. Я должен дать Кра шанс. Но да, рисковать своими людьми не стану. И не стану выдумывать безопасные способы переговоров. Эш тоже тяжелый человек, с ним все непросто. Договариваемся, как всегда: мы не лезем к Черноводке, кроме как на нашу тропу, а вы не лезете далеко на север. Я не стану нарушать это правило, я ведь не такой, как вы. И если у вас там кто-то что-то делает от моего имени, это самозванец. Заруби себе на носу. Так было, так есть и так будет. Значит, я туда не полезу, это против правил. Но ты подсказал хорошую идею. Пусть этот пацан сам сходит, один. Раз он умеет в Чащобе выживать, легко дойдет. Мы подскажем прямую дорогу.

В последних словах императора боли ощущалась неприкрытая насмешка. Он не скрывал, что не очень-то верит в успех озвученного похода. Попросту играет в какую-то непонятную мне игру.

И одна из разменных пешек в этой игре — моя жизнь.

— У меня есть условие, — напомнил я о себе.

Имб повернулся, уставился все тем же безжизненным взглядом, поморщился:

— Условия ставить решил? Мне даже интересно стало. И чего же ты хочешь?

— Вы отправляете меня одного в Чащобу. Но ведь это очень опасно. Заинтересуйте меня дойти до Эша побыстрее. Я ведь с господином Гурро почти незнаком. Так какой смысл мне ради него надрываться? Позвольте за жизнь вашего человека освободить не только его, но и моего друга Бяку. И еще тех двоих из нашей группы, которых схватили ваши люди.

— Откуда ты знаешь про то, что они схвачены?

— Ваши люди слишком быстро нас выследили. И этому есть только одно объяснение.

Рассказывать о том, что заметил невольников, когда подплывали к поселку, я не стал. Их тогда увели куда-то, чтобы нам на глаза не попались, но зрение у меня отличное, сумел издали опознать.

— Ты говоришь, не обдумав слова, но для мальчишки это простительно, — без эмоций произнес Имб. — Скажу тебе, что объяснений можно найти не одну дюжину. Но ты прав, эти доходяги у нас. И они мне не принадлежат. Это рабы владельца «Кровавого глаза», а у меня нет рабства.

— Уверен, вы легко сможете решить этот вопрос с владельцем, — сказал я.

— Разумеется, я смогу договориться. Но зачем ты хочешь их получить? Чтобы отомстить за то, что из-за них вас так быстро нашли?

— Зачем мстить? Они не виноваты. И они много всего натерпелись. Просто отпустите их вместе с Гурро и Бякой. Если вам действительно так важен ваш человек, пойдите мне навстречу. Я им не враг. Захотят, останутся в фактории, захотят, вернутся домой, на юг. Они получат свободу. Это будет правильно.

Раз уж требовать, так по полной. Зачем мелочиться.

Освобождение пары пленников — дополнительные баллы для меня в фактории. И здесь, перед нелегалами, я показываю себя человеком, которого задешево не купишь. А репутация — важная штука.

Имб сверлил меня пристальным взглядом секунд десять, после чего задумчиво протянул:

— Ты странный. Не такой, как мне показалось вначале. Очень странный… Да, пожалуй, я соглашусь отпустить всех этих людей с Гурро. Но раз уж у тебя свои требования появились, у меня свои должны появиться. Это справедливо. Тебя проводят на другой берег Удавки и объяснят дорогу. Дальше ты пойдешь один. Пойдешь с пустыми руками. Немного еды и никакого оружия. Только та одежда, которая на тебе. У тебя будет семь дней на то, чтобы добраться до фактории и передать Эшу мое предложение. Через семь дней мы будем ждать Кра в том месте, где Удавка впадает в Черноводку. Мы остановимся на правом берегу Удавки, а люди Эша должны выйти к левому. Обменяемся пленными на реке и разойдемся в разные стороны. Там удобное место, там берега голые, трудно устроить подлость. Но, если попытаетесь устроить, не думайте, что мы к этому не подготовимся. Эш знает, что я свое слово держу, путь не забывает держать свое. Понял, что надо передать?

Я кивнул:

— Да, все понятно. Я готов идти. Не знаю, сколько у меня уйдет на это времени, а вы дали только семь дней. Надо спешить.

Имб не переставая буравил меня взглядом. Будто физически сверлил, я даже начал дрожь в черепе ощущать.

Только после долгой паузы он покачал головой:

— Я пока что не начал считать дни, а ты еще не заслужил право пойти в факторию. Так что не торопись.

— Что значит — не заслужил право?

— То и значит. Мы тебя не знаем и не верим тебе. Ты должен доказать, что можешь отвечать за свои слова.

— Как?

Имб развел руки в стороны, будто пытаясь обнять собравшуюся толпу.

— Видишь этих людей? Они пришли посмотреть на смерть. Гурро слишком многие не любят, ты ведь понимаешь. Если не пролить кровь, все они останутся недовольными. Как главный над ними я обязан заботиться о своих людях. Должен делать все возможное, чтобы они радовались. Из-за слов, которые здесь сказаны, я теперь не смогу приказать убить Гурро прямо сейчас. Но зато могу дать своим людям другое зрелище, на замену. Приведите его!

Последние слова Имб выкрикнул, обернувшись к поселку. И тут же через толпу два мордоворота в простеньких доспехах из материи, кожи и костяных бляшек протолкнули невысокого розовощекого крепыша лет семнадцати на вид. Высокий, плотный, но не толстяк, эдакий «кровь с молоком». Только вид не радостный, что очень подходит к такой внешности, а угрюмый. Да и лицо украшено знатным синяком всех оттенков синего и желтого, а глаза заплыли и сузились, чему причина — разбитая переносица. Скорее всего, с переломом хряща.