Чтение онлайн

Увеличив карту, я понял, что до границы тонкой окружности метров четыреста пятьдесят осталось. Сама окружность диаметром около километра, крестик, что в неё заключён, достаточно ярко выделяется. Это может свидетельствовать о том, что он как и я, на поверхности находится. Ну или очень близко к ней.

Не удержавшись, поднялся, взглянул на северо-запад. Местность почти ровная, но именно почти — далеко не заглянешь, некстати подвернувшийся пригорок мешает. Слева от него проглядывают россыпи подозрительных на вид камней. Почти полностью затянуты дёрном, детали не различить, но не очень-то похожи на природные валуны. Да и не встречалось ничего подобного всё последнее время. Может именно из-за нелюбви к булыжникам «трапеции» именно этот уголок степи облюбовали.

За нашими спинами нет ничего, кроме суховатой травы, перегноя и обрубков искалеченных деревьев. Ни выхода скального, ни проплешины глинистой, ни хотя бы единичного мелкого камешка на целый час пути. Мы, правда, куда больше часа потратили, но это из-за того, что приходилось с Лезвиями решать вопросы, снова и снова собирая их со всей округи, чтобы массово убить об несокрушимую железяку.

Ладно, о причудах запретных земель можно в другой раз поразмышлять. Сейчас, раз я добрался до отметки, думать следует лишь о ней.

Открыв Картографию, порадовался тому, что она всё ещё продолжает работать. К сожалению, не идеально, но прилегающую местность показывает детально.

Указание на ближайшую известную область, где вы можете попытаться обнаружить возможность совершить ещё одно легендарное (или великое) деяние.

Искомое может находиться в любой точке области, на любой глубине и высоте.

Также искомое может быть спрятано так тщательно, что вы не сможете его найти.

Также есть вероятность, что искомое больше там не находится или его вот-вот заберут.

Это что ещё такое? Последние слова мне очень не понравились.

Нет, так-то и в предпоследних не вижу ничего хорошего, но их-то я прекрасно помню, сразу смирился с тем, что поиски могут оказаться непростыми. А вот насчёт «заберут» раньше ничего не было. ПОРЯДОК эти слова явно позже добавил, и не счёл нужным об этом уведомить.

И что они могут означать?

Что-что… В первую очередь напрашивается самое простое объяснение: прямо сейчас кто-то пытается завладеть чем-то неизвестным, но при этом очень мне нужным.

До области, где располагается неведомое сокровище, осталось несколько сотен метров, а я здесь расселся на видном месте, солнышку физиономию подставив.

Расслабился посреди одного из самых опасных мест в этом мире.

Вот же раззява…

??

Давненько я так не ползал. Да и где мне этим заниматься? В последнее время приходится всегда и всюду помнить, что являешься аристократом с самой благородной кровью, а им, несмотря на все привилегии, много чего делать нежелательно.

В том числе гаду ползучему уподобляться.

Ну да ладно, тут ведь свидетелей неподобающего поведения нет. Точнее, я надеялся, что округа безлюдна, пока полз к вершине того самого холмика, что мешал осмотреть область, отмеченную красным кружком.

Оказавшись наверху, резко изменил мнение. Вжался посильнее в землю, стараясь максимально использовать скудную в этом месте траву. От моих маскировочных навыков в столь солнечный день толку меньше, чем хотелось бы, так что обладатели приличных параметров могут засечь даже издали.

Камни, что я приметил со стороны нашей стоянки, действительно оказались рукотворными. Точнее — обработанными. Некогда они являлись частью конструкции какого-то сооружения, от которого лишь груда обломков осталась. И таких строений в давние времена тут было несколько. Самое большое располагалось в центре комплекса, там частично сохранились нижние части угловых участков стен, и сквозь мусор там и сям проглядывали мраморные плиты пола.

Именно там, на этих плитах и поблизости, находились возможные свидетели неподобающего передвижения аристократа. Я насчитал девять человек, но не уверен, что это все. Кто-то может скрываться за кучами каменных блоков или в палатках.

Да-да, у них тут настоящий лагерь разбит. Две большие палатки, пять маленьких, и поставленные впритык друг к дружке три навеса. Стол и лавки, связанные из жердей; добротный очаг; корявые рогатки и вбитые в землю колья по всему периметру.

Серьёзно обосновались.

В лагере в первую очередь бросался в глаза странный объект. На торце вкопанного в землю бревна стоял предмет, похожий на переносной фонарь со слюдяными окошками. И за ними, как и полагается, мерцал едва заметный огонёк. Вот только в ясный день освещение не требуется, и неестественно-красный цвет намекал на артефактную природу свечения.

Нет, это явно не фонарь. Может сигнализация? Или активный охранный артефакт?

Очень даже похоже.

Но по лагерю я лишь слегка взглядом пробежался. Да, любопытный у них источник освещения, но куда больше заинтересовало то, что происходило в руинах.

А там двумя словами не расскажешь.

Начну с людей. Я даже не могу уверенно заявить, что это именно люди. Чёрные балахоны скрывают очертания фигур, лица под капюшонами просматриваются плохо. Можно предположить, что эти господа не чураются тёмных делишек, потому что именно так любят одеваться некроманты и адепты не самых жизнерадостных культов. Этим они здорово облегчают работу правоохранителям — в тех странах, где тёмных принято всячески преследовать, при виде мрачного тряпья стража мгновенно возбуждается.

Впрочем, и без балахонов зловещих любому понятно, что таких ребят в Мудавии принято убивать на месте, безо всякого суда. Дело в том, что в мраморном полу зиял провал, из которого то и дело появлялись умертвия с корзинами грунта в лапах. Высыпав землю и камни, они тут же возвращались вниз.

По объёму извлечённого материала можно предположить, что раскоп уже приличный. Чуть ли не шахта под руинами вырыта.

Один из «чёрных» неспешно спустился вслед за умертвиями, но почти сразу выбрался и покачал головой.