Чтение онлайн

— Так что мне плевать, что какой-то надменный маленький stronzo, вроде тебя, хочет ухмыляться и судить обо мне, будто ты меня знаешь. Потому что ты понятия не имеешь, каково это — жить моей жизнью или побывать в моей шкуре. Чтобы стать одним из Альф Клана Оскура, потребовалось больше жертв и боли, чем ты можешь постичь своим мозгом idiota7. Так что, проваливай, и наслаждайся своей властью надо мной и тем, как тебя от этого прет. Потому что мне нечего тебе сказать.

Я начала смывать мыло со своих спутанных волос, как могла, учитывая их колтуны, и вздрогнула, когда вода, лившаяся на меня, внезапно потеплела.

Брызги растеклись по телу, и в течение одного, очень долгого великолепного момента я купалась в совершенно удивительном ощущении теплой воды, ласкающей мою кожу. Было чертовски жаль, что я не могу насладиться этим.

Выдохнув от досады, я развернулась лицом к Кейну и, выйдя из душа, направилась к нему, оскалив зубы.

— Мне не нужна твоя жалость, stronzo. Мне ничего от тебя не нужно, — прорычала я, схватив с крючка на стене ворсистое полотенце и вытирая свою теперь уже розовую кожу.

— Это моя обязанность — следить за тем, чтобы ты не заболела и не умерла у нас, Двенадцать, — мрачно ответил Кейн. — Это была не жалость, а забота о том, чтобы ты не получила переохлаждение и не заставила меня тащить твою персиковую задницу в медпункт.

— Пошел ты.

— И к твоему сведению, я не вырос в пригородной мечте, как ты, похоже, считаешь. Ты не единственный человек в мире, у которого все было дерьмово.

Я подняла взгляд на него и на мгновение могла поклясться, что то, что я там обнаружила, вовсе не было ненавистью. Но мне было все равно. Он уже давно потерял всякий шанс на то, что я буду испытывать к нему что-то еще, кроме этого.

От гнева у меня покалывало кожу, и на мгновение я даже не осознала, что это нечто большее. Я не просто злилась, во мне бурлила необузданная и мощная энергия, а на коже начало появляться слабое бледное свечение.

Брови Кейна тоже поднялись, когда он заметил это, и темная улыбка скривила мои губы, когда я взглянула на него.

— Я проклинаю тебя, Мейсон Кейн, — зашипела я, поднимая на поверхность кожи всю ярость, которую хранила в своей душе для него. — Именем Луны, которая правит мной, я проклинаю тебя и желаю тебе только боли и страдания. — Сияние на моей коже становилось все ярче, пока я не почувствовала, что все мое тело гудит от силы лунной магии. Я понятия не имела, как она работает, но всякий раз, когда я использовала ее раньше, она давалась мне так же легко, как дыхание, и именно такие ощущения у меня были сейчас.

— Как ты это делаешь? — потребовал Кейн, переведя взгляд на светящиеся наручники на моих запястьях, которые мешали мне использовать магию. Но это была не магия элементалей. Это было что-то неотъемлемое от меня, что-то глубокое, связанное с моим орденом и моим Волком, и даже с Подавителем Ордена, блокирующим эту часть меня, я все еще могла получить доступ к этой силе, которая текла глубоко в моих венах, как лунный свет, когда я нуждалась в ней больше всего.

— Ti maledico, — повторила я на своем семейном языке. Я проклинаю тебя.

Кейн рванулся вперед и толкнул меня спиной к стене, его рука крепко обхватила мое горло, и он стал давить меня своей массой.

— Прекрати то, что ты делаешь, — потребовал он своим альфа-мудацким голосом, а я просто улыбнулась, как гребаный психопат, когда от нашего контакта серебристое свечение распространилось и на него.

Я схватила его за запястье и, улыбаясь еще шире, прошептала слова, которые требовала от меня магия.

— La luna maledetto. — Проклятый Луной.

В тот момент, когда слова покинули мои губы, вся эта неземная сила словно переместилась в мое тело, согревая кожу и устремляясь к точке контакта, где я держала его запястье в своей хватке, а затем хлынула в него.

Он выругался, отпуская меня, и серебристое сияние покинуло комнату, а я задыхалась от напряжения, вызванного использованием даров Ордена, хотя и не была до конца уверена, что делала с ними.

Кейн расстегнул пуговицу на манжете своей черной рубашки и откинул рукав, глядя на то место, где я его держала. Серебристый знак украшал кожу на внутренней стороне запястья в виде одинокой розы на тонкой лозе.

— Что это за хуйня? — потребовал он, протягивая ее мне, чтобы я увидела, а я лишь бесстрастно смотрела в ответ.

— Это то, чего, по мнению Луны, ты заслуживаешь, stronzo. Меня спрашивать бесполезно. Я всего лишь сосуд для ее воли.

— Чушь. Ты знала, на что шла, когда произносила это заклинание, — проворчал он, потирая запястье, словно думал, что метка может сойти. Не повезло, солнышко.

— Докажи, — насмехалась я, и это даже не было полной чушью, потому что я не до конца понимала, что только что произошло, но использование слова «проклятие» было достаточно распространенным, чтобы натолкнуть меня на мысль.

Кейн злобно зарычал, бросился вперед и свалил меня с ног, после чего рванул обратно из комнаты и понесся по длинному коридору изолятора, пока не добрался до моей камеры. Мы проскочили внутрь, и он опустил меня на пол, стащив с моего тела полотенце, в которое я была завернута, а затем сунул мне в руки стопку свежей одежды.

— У нас с тобой есть незаконченное дело, — предупредил он, отступая назад, и я улыбнулась своей самой сладкой улыбкой, видя, как он растерян.

— Нет. У нас нет, — ответила я. — Мне нечего тебе сказать. Ты для меня меньше, чем ничто. Просто мудак с комплексом превосходства и жаждой мести. Надеюсь, ты хорошо спишь по ночам, зная, какой ты большой и крутой, толкаешь девушек и запираешь их в клетках, когда их магия и Орден у тебя под замком, и они не могут дать отпор. Тебе лучше надеяться, что ты никогда не встретишь меня за пределами этого места, Мейсон, потому что я с огромным удовольствием оторву твою голову от тела зубами и с помощью своей магии земли похороню тебя глубоко под землей, где тебя не найдут даже черви.

Дверь захлопнулась перед моим носом, и я снова оказалась в темноте, оставленная одеваться, используя только свет, отбрасываемый наручниками. Я опустилась на койку, чувствуя себя безумно измотанной от использования своих даров, но не успела я откинуть голову на жесткую кровать, как мои пальцы нащупали на койке сверток материи, и улыбка заиграла на моих щеках. Офицер засранец забыл прихватить мой старый свитер, когда убегал. Возможно, сегодня я смогу заснуть, не дрожа.

Спасибо звездам за маленькие чудеса.

Но когда я натянула его и снова улеглась, то испустила долгий вздох, и улыбка сползла с моего лица. Может, я и выиграла сегодня несколько небольших сражений, но войну я все равно проигрывала. И когда четыре стены, окружавшие меня, казалось, снова сомкнулись, я поняла, что кошмары придут за мной, как только я закрою глаза.

Син

Меня звали — синия яйца. А игра называлась — бешенный стояк.