Чтение онлайн

К своей паре.

Истинной паре.

К Демиду…

Кое-как справившись с собой, покидаю гостиницу и прилагая неимоверные усилия, пытаюсь не думать об Астахове и о том, что он со мной сделает если мы встретимся.

Пребывая в состоянии жуткой нервозности, снова занимаюсь сбором документов.

В обед оказываюсь в детском доме. Долго жду заведующую. Сильно волнуюсь.

Тяжело осознавать, что мой брат находится настолько близко, но в силу обстоятельств я не могу его увидеть.

– - Проходите. – выглянув из-за двери, приглашает меня секретарь.

Вхожу в приёмную и передаю ей папку с документами. Девушка снова просит меня подождать и скрывается за дверью кабинета заведующей.

Ожидание затягивается.

Мои нервы буквально звенят от напряжения.

– - Можете пройти. – снова секретарь.

Вхожу в кабинет и остановившись у двери жду что мне скажут.

– - Добрый день, Полина.

Отвечаю на приветствие, про себя молясь чтобы всё разрешилось благополучно.

– - Видите ли в чём дело. – она показательно листает принесённую мной папку, пряча взгляд. – С документами всё в порядке, но мне от вас нужна очень важная в вашей ситуации бумага.

Сжимаю кулаки, умоляя себя держаться.

– - Какая? – спрашиваю обманчиво спокойным голосом.

– - Ваша характеристика как опекуна Ярослава от имени директора гимназии, в которой до всех непонятный событий учился и проживал мальчик.

И в этот момент я чётко осознаю к чему она ведёт.

Эти двое крепко повязаны между собой. Директриса и заведующая.

И пока я не пойду на поклон к одной, вторая ни за что не позволит мне увидится с братом.

Это тупик…

Демид

Они появляются будто из ниоткуда.

Трое старейшин.

Мужчины неопределенного возраста, в чьих лицах застыла вечность. Морщины, словно трещины на древних артефактах, хранят в себе истории падений и возрождений. Но я точно знаю, что их возраст исчисляется тысячелетиями.

Тысячелетиями наблюдений, суждений, решений, от которых зависит судьба всего нашего мира.

– - Альфа. – обращается ко мне один из них.

Склоняю почтительно голову и жду что он скажет дальше.

– - Твоя стая, – каждое слово в замершей тишине ночи звучит как удар колокола, – запятнала себя кровью.

В его голосе нет обвинения, лишь констатация факта.

– - Тебе есть что сказать по этому поводу?
– голос старейшины становится твёрдым.

Я поднимаю голову, встречаясь взглядом с его глазами. В них нет ничего кроме суровой справедливости.

– - Это была вынужденная мера. – оправдываться, говоря, что Мартьянов первый начал, считаю ниже своего достоинства, поэтому ограничиваюсь уклончивыми объяснениями, зная, что сейчас это вряд ли сыграет мне на руку.

– - Что привело две мирные стаи к конфликту? – продолжает давить уже другой старейшина.

Мирные…

Да уж.

– - Разница во взглядах на жизнь и некоторые её аспекты. – кто-то из них или все сразу могут воспринять мой ответ слишком дерзким, но другого у меня нет.

Это они вожаки, им и положено искать истину.

– - Ты идёшь с нами. – будто услышав мои мысли говорит один из старейшин.

– - Хорошо. Только, с вашего позволения, переговорю со своим бетой.

Мне ничего не отвечают.

Воспринимаю это как согласие и направляюсь к стоящим в стороне членам моей стаи, среди которых и Адам.

Отдаю ему некоторые распоряжения и прошу без лишнего шума дождаться моего возвращения. Друг нехотя соглашается.

Дальше время тянется бесконечно…

Я оказываюсь в резиденции старейшин, где мне устраивают настоящий допрос. Осознаю, что отмолчаться не получится, поэтому на вопросы отвечаю.

Но всё равно стараюсь быть сдержанным.

Не хочется, чтобы всплыли на поверхность некоторые незаконные схемы моего взаимовыгодного сотрудничества с другими оборотнями.

Наш разговор со старейшинами продолжается всю ночь.

К утру чувствую себя вымотанным настолько что, кажется, коснись сейчас моя голова подушки, и я провалюсь в небытие минимум на сутки.

– - Ты держался достойно, Альфа. – подводя итог, говорит старейшина. – Нам известно, что именно Роман спровоцировал конфликт.

Не совладав со своими эмоциями, смотрю на него с удивлением.

Никогда себя не чувствовал большим дураком чем сейчас.

Хочется спросить: тогда какого чёрта?

Зачем нужны были эти расспросы и чего они добивались.

Едва себя сдерживаюсь, понимая, что вспышка агрессии ничего не даст. Лишь затянет мой вынужденный визит в резиденцию на неопределённое время.

Молча гляжу на старейшину, ожидая продолжения.

Следующий его вопрос загоняет меня в тупик.

– - Нам единственное непонятно. Что явилось катализатором?

Отвечать я не горю желанием, но понимаю, что отвертеться не получится.

– - Мартьянов выкрал мою женщину. – произношу уверенно, чтобы ни у кого из них не возникло сомнений в правдивости моего утверждения о «моей женщине», потому что Полину я только в душе считаю своей, для всех остальных это не так.

– - И кто же она? – вопрос звучит как насмешка.

Или мне это кажется?

– - Не Полиной её зовут случайно? Если это так, то странно слышать, что брат выкрал свою сестру.

Моё ровно стучавшее до этой минуты сердце, срывается, делая кувырок, от которого перехватывает дыхание.

Смотрю поочерёдно на всех троих.

Что?

Полина сестра Мартьянова?

Но, как…

И тут память безжалостно подкидывая воспоминания, складывает в одну общую картину все кусочки пазлов.

Полина поэтому шпионила для Мартьянова?

– - Но я верю тебе, Демид Астахов. – продолжает говорить старейшина, неторопливо приближаясь ко мне.

Напрягаюсь всем телом, отлично зная, что просто так они не сокращают дистанцию. Значит у него для этого есть конкретная цель.

– - Хитрая омега. Так ловко обвела вокруг своего изящного пальца грозного волка. – из его слов понимаю только, что речь о Полине, но сути не улавливаю.

Последовавшая за этим непонятная пауза, в которой слышен лишь шёпот ветра и неспешное тиканье времени, кажется, тянется вечно.