Алхимик в Пустыне
Шрифт:
Приблизительно в указанный момент времени Далхаддин-Улитка покинул окрестности Львиного Источника и направился в сторону Нового русла — навстречу к десяткам особо живучих и чрезвычайно настырных существ-претендентов, которые чисто автоматически продолжали состязаться в скорости и выносливости.
Далхаддин спешил. Он намеревался максимально увеличить расстояние между собственной драгоценной шкурой и ослепленным жаждой мести Кадиком ибн-Самумом. Обладая горячей кровью, молодой эльджаладец где-то в чем-то понимал учителя — но он понимал бы его гораздо больше, если бы Кадик хоть раз внятно обозначил, за какие такие обиды он собирается мстить Мориарти, Пугтаклю и прочим собравшимся в Пустыне волшебникам!
— Иногда мне кажется, что с головой у него все-таки не порядок, — пожаловался Далхаддин окружающим его пескам и скалам.
Тем не менее, безумство начальника, согласно канонам Хетмироша, не являлось поводом улизнуть от выполнения обязанностей, и ученик мага сосредоточился на том, чтобы разобраться в управлении армией големов.
— Хотел бы я знать, — задумчиво пробормотал Далхаддин, поворачивая по солнцу один из украшающих жезл Первого Голема кристаллов. — Где Кадик умудрился спрятать целую армию големов здесь, в Пустыне? Здесь же только камни, песок, обломки пирамид… Не закопал же он ее!..
Жезл Первого Голема сверкнул кристаллами и бронзовыми кольцами, на которых были выгравированы слова управляющих искусственными созданиями заклинаний; магический импульс сорвался с артефакта и пробежал по длинной цепочке следов, оставленных Далхаддином. Перепрыгнул темные камни, чиркнул по обломку древней статуи, чуть-чуть опалил усы любопытного тушканчика, рискнувшего высунуться из норки, и побежал дальше, дальше, дальше… пока не исчез, растворившись в безбрежном песчаном море.
— Что это? — насторожилась Далия — ей показалось, что мимо колодца пробежала какая-то лиловая искра.
— Далия, прекрати мифовать! Иначе я подумаю, что у тебя начинается мания преследования! — потребовал Фриолар. Но Сонечка заскулила, испуганно поджимая хвост и прячась за фигуру мэтрессы.
— Видишь! Учись у братьев наших меньших! Она чует, что не всё так просто! Похоже, нам пора убираться отсюда… Эй, Напа! — закричала Далия, стуча кулачком по стенкам колодца. — Вылезай оттуда!
— …ет!
— Никаких "нет"! — завопила мэтресса. — Слушайся меня, Напа Леоне! Или ты вылезаешь, или я рассказываю твоей маменьке, как ты пела хором неприличные куплеты в компании подвыпившего полуэльфа-волшебника! (49)
И вдруг…
Пустые круглые отверстия, которыми мастер обозначил зрачки голема, смотрели куда-то вдаль. Застывшее «лицо» — сработанное в полном соответствии с оригиналом, слугой, который согласился заработать пару медяков, позируя гончару, — на долю секунды озарила лиловая вспышка. Но секунда прошла, свет померк… А потом голем поднял вверх руку, в которой держал тяжелый бронзовый меч, и резко толкнул преграду, стоявшую у него на пути.
Каждый голем. Каждый из тысячи, закопанных в сердце Пустыни.
Засыпанная песком площадка вокруг колодца — та самая, по которой днем передвигались археологи, вдруг «проросла» острыми темными кинжалами.
Далия взвизгнула и резво запрыгнула на край колодца. Фриолар, перехватив скулящую Сонечку, последовал ее примеру.
— Сделай что-нибудь, Фри-Фри! — взмолилась алхимичка.
Молодой человек передал Далии собаку (они заскулили в унисон), потянулся за мечом, примерился…
Кинжалы выросли до размеров полноценных ятаганов. Глиняные руки выбирающихся из заточения существ разгребали песчаные груды, ломали спекшуюся землю, разбрасывали каменные обломки, выстилавшие ущелье…
— Да их здесь сотни! — прошептал Фриолар. — Далия, нужно спускаться вниз… Полезай в колодец!
Пока мэтресса боролась с собой, решаясь на спуск в неизвестность, из глубины колодца послышался нарастающий ужасный вопль.
Алхимичка запаниковала, не зная, какая из опасностей — глиняная и вооруженная, или глубинная и орущая — страшнее.
— Придумал! — неожиданно закричал Фриолар. — Давай сюда "Родничок"!.. Ну же, не медли!..
Синий кристалл артефакта перешел из дрожащих рук Далии в ладонь Фри-Фри; алхимик примерился, оценивая расстояние и местоположение противника… Сонечка, подумав, что лично ее спасать никто не собирается, вырвалась из рук мэтрессы и, не взирая на ее причитания, с лаем бросилась в ночную тьму. Големы, как один, отреагировали на появление животного, остановившись, замерев, а потом круто развернувшись в сторону двух застывших у колодца человек.
Семьсот глиняных истуканов, каждый в семь локтей высоту, с ужасающей неизбежностью наступали, окружая алхимиков, и намереваясь растереть их в пыль; оставшиеся триста тяжелой трусцой поспешили за борзой — ничего личного. Просто какой-то ученик составил на жезле Первого Голема команду "Уничтожить всех".
— Далия, немедленно вниз! — скомандовал Фриолар.
Мэтресса подтянула к себе веревку — и тут же с воплем отскочила. Из недр колодца выскочила Любомарта — перепачканная, потная, красная и дико вопящая.
— Мертвяки!!! — заорала она, делая попытку повиснуть на шее у Фриолара. — Там мертвяки!!!
Алхимик не слишком вежливо оттолкнул девицу — големы приближались, а для претворения задуманного плана ему были нужны свободные руки.
— Мертвяки уничтожаются зачарованным серебром, обсидианом, или даже просто после того, как им снесут голову. А с големами сложнее — они практически бессмертны, пока не получили восемьдесят процентов повреждений того, что им заменяет тело, — вспомнила Далия пару общеизвестных фактов, и окончательно определилась — надо лезть в подземелье.
А Любомарта, чудом избежавшая контакта с жутким воняющим мертвечиной существом, которое буквально только что обнаружилось на дне сухого колодца, вдруг увидела армию големов и заорала еще отчаяннее. Она закрыла глаза и бросилась наутек — раскидывая неповоротливых глиняных воинов, как кегли. Големы попытались атаковать вопящую добычу; но девица бежала столь быстро и хаотично, что в результате бронзовые мечи вонзились не в ее бурно вздымающуюся грудь, а в прочную терракотовую броню соседа…
— Не знаю, получится ли, — пробормотал Фриолар. Но в нынешних условиях оставалось только уповать на чудеса.
Он размахнулся и подкинул вверх «Родничок» — активизируя артефакт и заставляя его пролиться кратковременным, но изобильным дождем над головами глиняных воинов. И сразу же, пока капли воды скатывались по огнеупорным големам, накапливаясь в еле различимых трещинках, оставшихся после обжига, активизировал второй артефакт — «Льдинку». Мэтр Виг обещал, что «льдинка» может за несколько секунд заморозить воздух и любую влагу на расстоянии в троллий шаг — на всю армию истуканов мощи артефакта не хватило, да этого и не требовалось.