Чтение онлайн

Мне нужно было задать один вопрос, который мучил меня весь день. Несмотря на всё ранее сказанное, на всю историю, кое-что оставалось нерешенным. Я знала — есть причина, почему он сторонится нашей близости…

— Ты говоришь, что боишься сделать мне больно. Боишься, что я сломаюсь. Что с тобой произошло нечто похожее, когда ты получил силу от Озрана… Арриан, — я глубоко вздохнула, — что на самом деле произошло?

Его страхи заставляют его напрягаться и буквально выстраивать между нами стену. И это не вселяет в меня уверенность, что случись какая-то мелочь, мы не откатимся назад в наших отношениях.

Я перевернулась на бок, положив голову на согнутую руку. Провела по его светлым волосам, пропуская пальцами пряди, а затем погладила обнаженную спину мужчины.

Арриан молчал.

И мне становилось все хуже и более жутко. Что могло произойти настолько страшного?

— Ты кого-то убил? — с осторожностью предположила я.

— Можно и так сказать, — сдавленно выдал Хранитель, тяжело выдыхая.

Я прильнула к нему и поцеловала плечо. Его кожа пахла цитрусом и свежестью мяты после душа.

— Ты можешь мне сказать, я не стану судить тебя.

Я таким правом точно не владела. Уж точно не я.

Арриан не выдержал и развернулся ко мне.

— Ты нашла отличную тему для разговора на ночь глядя, — заявил он недовольно.

— Прости.

Он лег на спину, а я прижалась к нему, положив голову на сильную грудь, по которой хотелось водить пальцами, очерчивая каждый сантиметр от ключиц по рельефу мышц и до самого низа — до пупка и небольшой светлой дорожки волос. Я закинула на него ногу, обнимая. Моё! Его ладонь согрела мою спину.

— Я не справился, Салдарина. Получив всю силу, положенную мне, как Хранителю Ветра, я сорвался. Всё, чему меня учил Озран, забылось в мгновение ока, как только я остался один. Я был в отчаянии. И я позволил этому чувству заполнить меня, поглотить. Такое понятие, как контроль, просто исчезло, став чем-то глупым. В моих руках была вся сила Хранителя, вся мощь. Понимаешь? Я с ней не родился, как другие, не рос, пытаясь её обуздать. Я получал её по крупицам, почти как ты сейчас. Несмотря на всю подготовку… Я даже представить себе не мог, что это такое — быть Хранителем, пусть мне и казалось, что я понимаю всё на свете. Сила, бремя, власть… Озрана не стало. И мой разум затмила боль и ярость, а магия подчинилась мне без труда… В ту ночь разразился сильный шторм. Смыло несколько городов, отдаленных от наших земель. Спастись, как я узнал, удалось немногим.

Совет Хранителей был встревожен и разочарован мной. Им пришлось со мной повозиться, прежде чем я пришёл в себя.

— Тебя наказали? — спросила я.

— Наказали? Я бы не сказал, что пара новых, индивидуальных правил стали для меня наказанием. За мной присматривали ещё какое-то время. Лет десять, по вашим меркам, я отчитывался перед Советом, пока они, не увидев прогресс, не оставили меня в покое.

— Звучит жутко!

— Мы не боги, Салдарина. Это вы думаете, что это так. Но мы похожи больше, чем каждый из вас думает. Мы всего лишь существа, которым выдали силы и возложили, равную им ответственность. И мы несём бремя, возложенное на нас мирозданием, которое создало нас для… Равновесия. Но мы грешны, совершаем ошибки и совершенно точно и абсолютно несовершенны. Поэтому мы так похожи.

— Озран был твоей семьей. Ты пережил утрату, твое горе…

— Было несоизмеримо. Но я несу ответственность за то, что творю. — Его голос превращался в горький шёпот. — Из-за меня оборвалась не одна жизнь. И это моя ошибка. Цена моей несдержанности.

Я вытянула вверх свою руку, растопырила пальцы и посмотрела на неё в полумраке.

— Считаешь, я тоже могу кого-то убить? Ненамеренно, конечно. — Задавала вопросы я, нарушая наше молчание. — Что моя сила полна разрушений и моя несдержанность однажды приведёт нас к хаосу?

Если подумать, я, в самом деле, могла разрушить чью-то жизнь. Может и не убить, но оправдает ли это меня? Пожелать самой или исполнить чьё-то гадкое желание.

— И, Салдарина, ты и сама не очень знаешь, на что способна. Я, если честно, тоже. Во что ты превратишь этот мир?

— Ты думаешь, что я обязательно сорвусь?

— Ну, если я сорвался… У тебя шансов куда больше.

— Не обязательно.

— Не обязательно, — подтвердил он.

Проснулась от поцелуя в плечо и повернулась к Арриану, едва разлепив глаза.

— М? — сонно издала я.

— Я должен уйти. Вернусь после обеда.

Спросонья я осмотрела его и отметила, что Арриан одет достаточно официально, но он взял с собой спортивную сумку. Она стояла аккурат в прихожей.

— Хорошо, — вымолвила я. — Собираешься на тренировку?

— Это входит в мои планы на сегодня, — улыбнулся он моей догадливости.

Хотела бы я однажды увидеть, как он занимается. Я проводила его взглядом.

— Тогда хорошего тебе дня, — прошептала я, потирая глаза, когда он уже накинул на себя серую ветровку — явно для вида, потому что Арриану не бывает холодно! — и стянул свои волосы в пучок на затылке.

И я осталась одна, предоставленная сама себе.

Их жизнь скоротечна, в отличие от моей. Может быть Арриан прав?

Мой телефон в этот момент зазвонил. Я посмотрела на экран и выдохнула. Отступать поздно.

— Да, — ответила я в трубку. — Да, пап, я уже еду. Да.

Я приехала точно по адресу, который назвал мне отец.

Меня охватило волнение. Я переступила порог их новой квартиры, купленной около трех лет назад и похожей как две капли воды на старую. Только цветочки на обоях изменились. Теперь на аквамариновом фоне красовались лилии, а раньше — букет полевых цветов был аккуратно связан ленточкой и его многочисленные копии тянулись вверх. Стандартный паттерн.

Отец предпочитал мебель исключительно из темного дерева. Вдоль одной из стен прихожей расположились вешалки, шкаф с несколькими рядами открытых полок, так же висело огромное зеркало в рост.

— Привет, — скромно и тихо произнесла я, стоя на пороге.

— Здравствуй! — произнесла мачеха, заключив меня в нежные объятия, от которых стало неловко. Я растерялась.

Она отстранилась, и я смогла получше разглядеть женщину. Её звали Наталина. Она была чуть ниже меня ростом. Её светлые, пшеничные волосы не потускнели с годами. Только появились тонкие морщинки в уголках её глаз, как и носогубные складочки, когда она мне улыбнулась.

Отец стоял достаточно далеко от нас и выглядел взволнованным. Он немного поправился с нашей последней встречи, на целый размер. А его каштановые волосы сильно поредели и всё чётче стало проявляться облысение. Хотя есть хорошие средства, которые помогли бы ему с этой проблемой. Ростом он тоже не выделялся, — средний, не высокий. Насыщенного синего цвета глаза казались блеклыми, в них читалась грусть. Одет он был в совершенно обычную клетчатую рубашку и джинсы на ремне.

— Не думал, что ты решишь прийти. — выдал он сконфуженно. — Давно тебя не видел.