Алиар
Шрифт:
— А твоя подруга скоро придёт в себя?
— Да… она… к утру…
Тэрн посмотрел на задыхающуюся Мизу, потом на бывшую узницу. Её взгляд был таким отрешённым с тех самых пор, как она очнулась; это выглядело бы довольно жутко, если бы Тэрн не видел пустые глаза так часто за время своего путешествия.
— Привал? — обернулся он к Райку.
Тот поглядел на Мизу и тяжело вздохнул:
— Да.
Они сошли с дороги в лес и выбрали полянку поудобнее. Райк спустил с плеча оба мешка (свой и Мизы), развернул им по спальнику, которые где-то добыла дочка градоначальника. Тэрн сделал то же.
— Я так понимаю, по законам Кивиша тебя должны казнить раз так десять?
Миза пожала плечами.
— Радуйся… что я оставила записку… а то вас бы обвинили во всём этом… и в похищении меня тоже.
— Да… — вздрогнул Тэрн. — Спасибо тебе. Кстати, а как зовут нашу заключённую?
— Альнивиранарила… или как-то так. Никогда не могла выговорить.
Она с трудом добрела до подруги и затолкала её в спальник.
— Альни! Спи. Спи-и. Закрой глаза.
Эрнелка понимала её с трудом, но в итоге Мизе удалось добиться нужного.
— А нам обязательно было поить её этой дрянью?
— Да. Она бы… ты… сам всё увидишь.
Миза торопливо поела и сразу же уснула.
Райк посмотрел на то, что в Кивише считали едой, потыкал серое месиво ложкой и опасливо попробовал. Тэрн увидел, как челюсти его сжимаются ещё сильнее (что означало: почти ломая зубы), а взгляд становится ещё жёстче. Видимо, по сравнению с этой дрянью ножка стула показалась бы пищей богов. Тэрн фыркнул:
— Пойду ягод каких-нибудь поищу.
Благо, было ещё не очень темно. Тэрн встал и потянулся, размял плечи. Райк очень внимательно смотрел на него.
— Пойди. Поищи.
Очень внимательно смотрел.
— Чего тебе?! — рыкнул Тэрн. — Я вернусь!
За время совместных дел и дороги вражда как-то забылась, но сейчас он ощутил, как внутри снова поднимается ненависть.
— Вернёшься. Надеюсь, на это твоей совести хватит.
Тэрн почувствовал, как воздух вокруг становится горячим, словно бы сдавливает горло. Он оскалился и произнёс — и почему-то вышло тихо-тихо:
— Да что ты знаешь о моей совести?
— Всё. И ты можешь разыгрывать хорошего человека перед кем угодно, но это никогда не сработает на мне… мерзкий, жалкий выродок.
Тэрн помотал головой; выдохнул, снова помотал головой.
— Я сейчас пойду. Наберу ягод. Потом вернусь. И если, когда я вернусь, ты скажешь мне хоть слово, эту ночь ты не переживёшь.
Райк молча проводил его взглядом.
Тэрн успокоился, едва лишь скрылся в лесу. Он, насвистывая, собирал ягоды (больше в рот, чем с собой, но девчонки всё равно уже спали, а с кретином Райком делиться он не собирался). Комаров в Алиаре не было, и отмахиваться приходилось только от воспоминаний — но выходило даже хуже. Постепенно свист его становился всё тише, а взгляд — всё тоскливее. Вскоре Тэрн не выдержал и бессильно опустил руки. Ощущение было как после Завандра: без веры, без сил, без стремлений. Тэрн закусил губу.
…Тэрн закусил губу. Не выйдет, высоко слишком!.. Нет, нет, нельзя так думать. Не зря же готовился столько дней! Хотя сарай и часовня, на которой он тренировался, были ниже… а и на них едва запрыгнуть получалось… Нет, должно выйти. Должно!
Он встал на кучу барахла — всего, что смог незаметно стащить, — и потянулся вверх. Не достал до края совсем чуть-чуть. Тэрн встал на цыпочки так, что было уже больно: удалось зацепиться за край стены кончиками пальцев — но этого всё равно было слишком мало.
Он обречённо сполз по каменной кладке. Додумались же такие гладкие стены делать… Что же сюда ещё подложить… Ладно, сейчас с разбегу попробуем…
— Тэрн?!
Он вздрогнул.
— Ты что делаешь?!
— А ты не видишь, что ли… — он тяжело вздохнул, зная, что сейчас будет.
— Слезай.
Тэрн послушно спрыгнул и уставился на траву. Райк подошёл ближе, встряхнул за плечи, заставил поднять голову. Взгляд его был обеспокоенным, неверящим, испуганным.
— Ты куда собрался? Ты с ума сошёл?!
— Мне здесь не место. Я не герой из Пророчества, — пробубнил Тэрн мысль, что столько раз прокручивалась в его голове.
— Опять ты за своё! — ещё улыбаясь, заметил Райк. — Думаешь, наставник стал бы тратить время, если бы всё не совпадало? Пойдём, не выдумывай. Тебе завтра рано вставать.
— Ты не видишь, что ли?! — Тэрн дёрнул плечами, стряхивая его руки. — Это не моё! Я здесь чужой!.. Хотя как ты можешь видеть, здесь же времени подумать не дают… здесь дышать некогда… Почему я должен так жить?
— Потому что это твоё предназначение. Никто, кроме тебя, не может этого сделать — значит, ты должен.
— Опять я должен?! Опять?.. Когда ж мне хоть кто-то должен будет?!
Райк потряс головой. Тэрну было четырнадцать, и разница в три года была ещё очень заметна — к тому же, Райк гораздо больше занимался именно физическими тренировками, так что сейчас он горой нависал над Тэрном.
— По-твоему, тебе одному тяжело? — тихо спросил он. — Здесь все тренируются не меньше тебя! И большинство из нас погибнет в этой войне — просто чтобы позволить тебе добраться до Повелителя Мечей!..
Тэрн упрямо мотнул головой.
— …А преподаватели?! Орден был построен для таких, как ты! Сюда годами собирали лучших учителей Алиара — чтобы готовить тебя! Жители всех городов налоги платят — на твою будущую армию, на обед твой ежедневный, на одежду твою!.. И что теперь?! Скажешь всем, что тебе скучно? Что мы можем расходиться?!
Тэрн взмахнул руками: дело было не в этом. Всё это вообще было неважно.
— Это неправильно! Я не должен вести никакие армии, я не должен сражаться с Повелителем Мечей, здесь всё неверно — я это чувствую.