Чтение онлайн

Я посмотрела на стену, где стояло большое оружие.

— Это ваше, вы с ним охотитесь? — вырвалось у меня, хотя это было очевидно.

— А ты как думала? — лениво протянул он, прищурившись. — Или решила, что это для декора? Вроде работаешь тут, должна знать.

— Нет, конечно, — пробормотала я, делая шаг ближе к оружию. — Просто интересно.

Интерес, конечно, был больше притворный, но лучше уж про ружья, чем снова слушать его грубые, похабные и вообще невыносимые намёки.

Я осторожно потянулась к прикладу, надеясь переключить разговор.

— Не трогай, — предупредил он, но я уже взялась за него.

Ружьё оказалось неожиданно тяжёлым, и я едва удержала его в руках.

Пальцы дрожали, а рукоятка вдруг соскользнула.

Ай. Ой. Падает! Ловите!

— Ой-ей-ей! — выкрикнула я, когда оружие с грохотом рухнуло на пол.

Звук, казалось, взорвал тишину в комнате.

Я отскочила назад, как от огня, широко раскрыв глаза.

Сердце ухнуло куда-то в пятки. Я заметила, что ружьё заряжено: патрон в патроннике блеснул металлическим отблеском.

— Это что, заряжено?! — выпалила я, переводя взгляд с ружья на него.

Дамир не сразу ответил.

Сначала он посмотрел на меня, затем громко рассмеялся, запрокинув голову назад.

Смех был громким, раскатистым, словно я только что устроила лучший цирковой номер в его жизни.

— Да ты, Белка, вообще, — выдавил он сквозь смех, вытирая угол глаза. — Я такого шоу давно не видел.

— Вам… вам вообще меня не жалко?! — выпалила я, чувствуя, как внутри всё кипит от смеси страха и злости.

Он перестал смеяться, прищурился, а потом снова ухмыльнулся.

— Жалко у пчёлки, — ответил он, легко поднимая ружьё с пола и ставя его обратно на место. — А ты — Белка.

— Жалко у пчёлки, а ружьё у оленя? — пробормотала я, пытаясь хоть как-то отбросить накатившую волну нервов.

Он снова улыбнулся.

Только эта улыбка, думаю, у него была редкая, едва заметная, вней мелькнуло что-то, от чего по спине пробежал холодок.

— Умная Белка, — проговорил он. — Но не настолько, чтобы со мной спорить. Или оленем меня обзывать.

Я замерла, понимая, что моя попытка пошутить может обернуться чем-то совсем другим.

Он сделал шаг ближе. Навис надо мной. Голый по пояс бестактный мужичина!

— Тему не переводи, — вдруг резко сказал он, голос его стал ниже, резче, а лицо грубее, — Говори давай. Сколько тебе бабла надо отвалить, чтобы ты перестала строить из себя невинную и разделась уже?

Я чувствовала, как внутри всё сжимается, словно воздух в комнате стал тяжёлым, как свинец.

— Вы… вы больной, — прошептала я, отступая на шаг.

— Больной? Может быть, — усмехнулся он, подходя ещё ближе. — Но ты мне нужна, Белка. И не надо тут пускать пыль в глаза. С темы съезжаешь, юлишь, цену набиваешь? За что?

Мои руки сжались в кулаки, я боролась с желанием либо закричать, либо убежать.

Может все-таки, ну... В тайгу лучше? Чем к этому... Медведю. Хотя.

Я уже в его берлоге.

И он...

Он был огромен, грозен, и я понимала, что любое слово или действие могло только усугубить ситуацию.

— Зачем вам это? — наконец выдавила я, пытаясь сохранить хоть видимость спокойствия.

Он приподнял бровь, возможно от удивления.

— Потому что могу, — просто ответил он. — Захотел — значит, будет.

— Может, захотите дать мне спокойствие? — выпалила я, пытаясь взять себя в руки.

— Белка, с ветки на ветку прыгать завязывай уже,— он коснулся моего плеча и медленно спустил свитер, оголяя мое плечо,— А бельишко то у тебя ничего. И трусики такие же?

Я испугалась. Да так, что дернулась резко на выход, пока он меня перехватил.

Я повисла на его руке, прижимаясь к его горячему телу спиной и не придумала ничего лучше,чем кричать:

— Помогите! Насилуют! Помогите!

Маша

— Помогите! Насилуют! Помогите! — выкрикнула я, едва соображая, что кричу.

Дамир тут же рывком развернул меня к себе, схватил за плечи и, глядя прямо в глаза, с усмешкой произнёс:

— Ты что, Белка, с ума сошла? Кто тебя тут насилует? Да и вообще, кому тут тебя слышать-то? Медведям?

— Пусть медведи! — выкрикнула я, стараясь вырваться. — Хоть кто-нибудь!

Его хватка была железной, и я поняла, что дёргаться бесполезно.

Он держал меня, словно я была перышком, с ленивой усмешкой, будто всё это его только забавляло.

А так скорее всего и есть. Забавная я, не то что та девушка, которую он обнимал полуголая. У которой полотенце только на теле и есть.

Вот, что он о ней позабыл? Пусть бы и делал все с ней, что так хочет со мной.

Какая ему разница, он ведь это... Как животное.

— ААА!— начала я кричать, но он на мгновенье закрыл мне рот тяжелой грубой ладонью.

— Тише, — бросил он, чуть приподняв бровь. — Хватит орать.

— Отпустите меня! — выкрикнула я, чувствуя, как страх превращается в отчаянный гнев.

Он смотрел на меня, как на забавного зверька, которого поймал в свои лапы.

Его взгляд был тяжёлым, давящим, но в нём мелькала ирония.

— Ну ты и артистка, Белка, — сказал он, наконец отпустив меня.

Я отскочила к двери, прислонилась к ней спиной, дыша, как после марафона.

— Я не артистка! — выкрикнула я, пытаясь собраться с мыслями. — Я человек, а не... не...

— Не кто? — он склонил голову, ухмыляясь.

— Не ваша игрушка! — бросила я, чувствуя, как снова начинаю злиться.

— Игрушка? — он хмыкнул, опёршись на стол. — Белка, ты забавная. Но знаешь, что ещё? Ты сама напросилась. Бегать будешь — сам догоню. Сидишь тут — сиди смирно. Но без этих криков, понятно?

— А если я не хочу сидеть? — дерзнула я, чувствуя, как злость берёт верх над страхом.

— Твои желания меня мало волнуют, — сказал он резко, прищурившись. — Захотел — значит, будет. Я уже сказал.