Алиса в стране чудес
Шрифт:
Алиса быстро сделала вывод, по это чрезвычайно трудная игра.
Участники ее играли все сразу, не ожидая очереди, ссорясь все время и сражаясь из-за ежей. Королева очень скоро пришла в ярость. Она носилась вокруг и кричала почти ежеминутно:
— Долой ему голову!
Или:
— Долой ей голову!
Алиса начала чувствовать все большее беспокойство: конечно, у нее не было пока столкновений с Королевой, но она знала, что это может произойти. каждый миг. «И тогда, — думала она, — что случится со мной? Здесь уж очень любят обезглавливать людей; удивительно, что кое-кто еще остается в живых!»
Алиса принялась осматриваться кругом, ища какого-нибудь пути к спасению и соображая, как бы отсюда незаметно ускользнуть. Вдруг она увидела странное явление в воздухе; сначала оно ее изумило, но, понаблюдав его одну — две минуты, Алиса догадалась, что это улыбка, и она сказала себе:
— Это Чеширский Кот. Теперь будет с кем потолковать!
— Ну, как поживаешь? — спросил Кот, лишь только у него ясно обрисовались губы и он смог говорить.
Алиса подождала, пока показались глаза, и затем покачала головой. «Нет никакого смысла разговаривать с ним, — подумала она, — пока не появятся уши или, по крайней мере, одно из них».
В следующую минуту показалась вся голова, и тогда Алиса поставила на землю фламинго и начала рассказывать об этой странной игре в крокет, очень обрадованная, что есть кому слушать ее. Кот, по-видимому, решил, что теперь видна достаточная часть его, и дальше не стал показываться.
— Я считаю, что они играют не совсем по правилам, — начала Алиса жалобным тоном, — и они так ужасно ссорятся, что не слышат друг друга. Кажется, у них вообще нет каких-либо правил. В конце концов, даже если они есть, никто их не выполняет, и вы не можете представить себе, как это путает, когда все предметы живые. Сейчас, например, ворота, в которые я должна была «пройти», переходят на другой конец площадки. А когда я собралась крокетировать «шар» Королевы, он просто убежал при моем приближении.
— Как тебе нравится Королева? — тихо спросил Кот.
— Совсем не нравится. — сказала Алиса. — Она так… — Тут она заметила, что Королева стоит за ее спиной и подслушивает. Тогда она продолжала: — …близка к выигрышу, что едва ли стоит тратить время на продолжение игры.
Королева улыбнулась и прошла мимо.
— С кем ты разговариваешь? — сказал Король, подходя к Алисе и рассматривая с большим любопытством голову Кота.
— Это мой друг — Чеширский Кот, — ответила Алиса. — Разрешите представить!
— Мне не нравится его внешность! — возразил Король. — Однако, если ему хочется, я удостою его почести: он может поцеловать мою руку.
— Совсем не хочется, — заметил Кот.
— Не будь дерзким, — сказал Король, — и не смотри на меня так!
Говоря это, он спрятался за Алису.
— Кот может смотреть на Короля, — возразила Алиса, — я читала об этом в какой-то книге, но я не могу вспомнить, в какой именно.
— Во всяком случае, он должен быть удален! — сказал Король очень решительно и позвал Королеву, которая в этот момент проходила мимо. — Моя дорогая! Я желаю, чтобы ты удалила этого Кота!
Королева знала лишь один способ устранять все затруднения — большие или маленькие.
— Долой ему голову! — крикнула она, даже не оглянувшись.
— Я сам пойду за палачом! — нетерпеливо сказал король и поспешно ушел.
Алиса только подумала, не возвратиться ли посмотреть на продолжение игры, как вдруг раздался голос Королевы, визжащей от гнева. Алиса уже слышала три смертных приговора игрокам, прозевавшим свою очередь. Ей вообще совсем не нравилось происходящее вокруг, так как игра была настолько запутана, что она совершенно не знала, когда будет ее очередь играть. Все же она отправилась искать своего ежа.
Ее еж был занят битвой с чужим ежом. Это показалось Алисе превосходным случаем крокетировать одного другим. Единственным затруднением было, что ее фламинго перешел на другую сторону площадки, где, как могла видеть Алиса, он самым беспомощным образом пытался взлететь на одно из деревьев.
Когда же она поймала фламинго и принесла его назад, битва была уже окончена и оба ежа скрылись из виду. «Но это не имеет никакого значения, — подумала Алиса, — потому что все ворота ушли с этой стороны площадки». Тогда она сунула фламинго под мышку, чтобы он не мог убежать снова, и поспешила назад, желая продолжить разговор со своим другом.
Возвратясь к Чеширскому Коту. она была удивлена, увидав, что вокруг него собралась целая толпа. Здесь шел спор между палачом, Королем и Королевой, которые говорили все сразу, тогда как остальные молчали, словно набрав воды в рот, и выглядели очень недовольными.
Едва Алиса приблизилась, все трое обратились к ней за разрешением спорного вопроса и повторили ей свои доводы.
Так как они говорили все в одно время, она лишь с большим трудом поняла, о чем идет речь.
Палач доказывал, что он не может отрубить голову, если нет тела, от которого она должна быть отрублена: он никогда прежде не делал ничего подобного и, не хочет начинать учиться этому в его возрасте.
Довод короля был краток: всякий, у кого есть голова, может быть обезглавлен, и поэтому нечего болтать чепуху.
Довод Королевы был тот, что, если что-нибудь не будет выполнено в мгновение ока, она казнит присутствующих всех до одного. (Именно последнее замечание было причиной того, что вся компания смотрела очень мрачно и испуганно.)
Алиса не смогла придумать ничего более убедительного, как только сказать:
— Кот принадлежит Герцогине. Вы лучше ее спросите об этом.
— Она в тюрьме, — сказала Королева палачу. — Немедленно доставь ее сюда!
И палач понесся как стрела.
Лишь только он умчался, Кот начал постепенно исчезать, и к тому времени, когда палач вернулся вместе с Герцогиней, он исчез совершенно. Король и палач дико метались по крокетной площадке, разыскивая его, а остальное общество вновь занялось игрой.
Глава IX История Мок-Тартля — фальшивой черепахи{4}
Алиса также очень обрадовалась, найдя ее в хорошем настроении, и подумала про себя, что это только от перца Герцогиня была такой злой во время их встречи в кухне. «Когда я стану Герцогиней, — сказала она себе (хотя и не слишком уверенно!), — я совсем не допущу перца в моей кухне. Суп может быть хорошим и без него… Вероятно, это перец делает людей раздражительными, — продолжала она, очень довольная тем, что открыла нечто вроде нового правила, — и уксус — кислыми, и ромашка — мрачными, а… ячменный сахар и тому подобные вещи — они делают детей такими нежными… Я хотела бы, чтобы все люди поняли это: тогда, знаете ли, они не скупились бы на сласти…»