Чтение онлайн

И она повернула назад. Но, куда бы она ни шла, где бы ни сворачивала, всякий раз, хоть убей, она выходила снова к дому. А раз, сделав крутой поворот, она уперлась носом прямо в стену.

– Нечего меня уговаривать, - сказала Алиса, обращаясь к дому, словно он с нею спорил.
– Мне еще _рано_ возвращаться! Я знаю, что в конце концов мне придется снова уйти домой через Зеркало, и тогда все мои приключения кончатся!

Тут она решительно повернулась к дому спиной и снова пошла по тропинке, дав себе слово никуда не сворачивать, пока не доберется до холма. Сначала все было хорошо, и она уже было подумала, что на этот раз ей _удастся_ все же подняться наверх, как вдруг тропинка изогнулась, вздыбилась (именно так рассказывала потом об этом Алиса) - и в тот же миг Алиса оказалась прямо на пороге дома.

– Опять этот дом! Как он мне надоел!
– вскричала Алиса.
– Так и лезет под ноги!

А холм был совсем рядом - ну прямо рукой подать. Делать нечего, Алиса вздохнула и снова отправилась в путь. Не прошла она и нескольких шагов, как набрела на большую клумбу с цветами - по краям росли маргаритки, а в середине высился дуб.

– Ах, Лилия, - сказала Алиса, глядя на Тигровую Лилию (*13), легонько покачивающуюся на ветру.
– Как _жалко_, что вы не умеете говорить!

– Говорить-то мы умеем, - ответила Лилия.
– Было бы с кем!

Алиса так удивилась, что в ответ не могла вымолвить ни слова: у нее прямо дух захватило от изумления. Но, наконец, видя, что Лилия спокойно качается на ветру, Алиса опомнилась и робко прошептала:

– Неужели здесь _все_ цветы говорят?

– Не хуже _тебя_, - отвечала Лилия, - только гораздо громче.

– Просто мы считаем, что нехорошо заговаривать первыми, - вмешалась Роза.
– А я как раз стою себе и думаю: догадаешься ты с нами заговорить или нет? "У этой, по крайней мере, лицо _не вовсе_ бессмысленное, - говорю я про себя.
– Правда, умом оно не блещет, но что поделаешь! Зато цвет у нее какой надо, а это уже кое-что!"

– Меня цвет не беспокоит, - заметила Лилия.
– Вот если бы лепестки у нее побольше завивались, тогда она была бы очень мила.

Алисе было неприятно слышать все эти критические замечания, и она поспешила спросить:

– А вам никогда не бывает страшно? Вы здесь совсем одни, и никто вас не охраняет...

– Как это "одни"?
– сказала Роза.
– А дуб на что?

– Но разве он может что-нибудь сделать?
– удивилась Алиса.

– Он хоть кого может отдубасить, - сказала Роза.
– Что-что, а дубасить он умеет!

– Потому-то он и называется дуб, - вскричала Маргаритка.

– А ты _этого_ и не знала?
– подхватила ее подружка, и тут все они так завопили, что воздух зазвенел от их пронзительных голосков.

– А ну, замолчите!
– крикнула Тигровая Лилия, яростно раскачиваясь и вся дрожа от негодования.

– Знают, что мне до них не добраться!
– проговорила она, задыхаясь, повернув свою дрожащую от гнева головку к Алисе.
– Распустились, негодницы!

– Не волнуйтесь!
– сказала Алиса и, наклонясь к маргариткам, шепнула:

– Если вы сейчас же не замолчите, я всех вас сорву!

Тотчас же воцарилась тишина, а несколько розовых маргариток побелели как полотно.

– Правильно!
– сказала Лилия.
– Маргаритки из всех цветов самые несносные. Стоит одной из них распуститься, как все тут же распускаются за ней следом! Такой подымают крик! Послушать их, так прямо завянешь.

– А как это вы все научились так хорошо говорить?
– спросила Алиса, надеясь немного смягчить ее похвалой.
– Я во многих садах бывала, но никогда не слышала, чтобы цветы говорили!

– Опусти руку, - сказала Лилия, - и пощупай клумбу. Тогда тебе все станет ясно.

Алиса присела и потрогала землю.

– Твердая, как камень, - сказала она.
– Только при чем тут это?

– В других садах, - ответила Лилия, - клумбы то и дело рыхлят. Они там мягкие, словно перины, - цветы и спят все дни напролет!

Тут Алисе все стало ясно.

– Так вот в чем дело, - обрадовалась она.
– Я об этом не подумала!

– _По-моему_, ты никогда ни о чем не _думаешь_, - сурово заметила Роза.

– В жизни не видела такой дурочки, - сказала Фиалка (*14).

Алиса прямо подпрыгнула от неожиданности: Фиалка все это время молчала, словно и не умела говорить.

– А ты _помолчала_ бы!
– крикнула Лилия.
– Можно подумать, что ты хоть что-нибудь _видела_ в жизни! Спрячешься под листом и спишь там в свое удовольствие, а о том, что происходит на свете, знаешь не больше, чем бутон!

– А есть в саду еще люди, кроме меня?
– спросила Алиса, решив пропустить мимо ушей замечание Розы.

– Есть тут еще один цветок, который умеет ходить, как ты, - сказала Роза.
– Не понимаю, как это тебе удается...

("Ты никогда ничего не понимаешь", - заметила Лилия.)

– Только он пораскидистее, чем ты, - продолжала как ни в чем не бывало Роза.

– А в остальном - как я?
– спросила с волнением Алиса. ("Тут в саду есть еще одна девочка!" - подумала она.)

– Такой же странной формы, как и ты, - сказала Роза.
– Немножко темнее, пожалуй, и лепестки покороче...

– Гладкие, как у Георгины, - подхватила Тигровая Лилия, поворачиваясь к Алисе, - а не такие растрепанные, как у тебя.

– Не огорчайся, ты в этом _не виновата_, - сказала снисходительно Роза.
– Просто ты уже вянешь, и лепестки у тебя обтрепались, тут уж ничего не поделаешь...

Алисе это не понравилось, и, чтобы переменить разговор, она спросила:

– А сюда она когда-нибудь приходит?

– Не волнуйся, ты ее скоро увидишь, - сказала Роза.
– Она из тех, у кого девять шипов, знаешь?

– А где у нее шипы?
– спросила Алиса с удивлением.

– На голове, конечно, - ответила Роза.
– А я-то все время думала, почему это _у тебя_ их нет. Мне казалось, что у вас все с шипами.

– Вон она идет!
– закричал молоденький Шпорник.
– Я слышу ее шаги! Топ-Топ! Только она так топает, когда идет по дорожке (*15).

Алиса радостно оглянулась - и увидела Черную Королеву.

– Как она выросла!
– невольно подумалось Алисе.

И, вправду, когда Алиса нашла ее в золе, она была ростом дюйма в три, не больше, а теперь - на полголовы выше самой Алисы.