Чтение онлайн

— Он сам еще не умеет ходить, — пояснил Айе.

Над пылающим костром в котле доваривалось мясо. Женщины следили за варевом. Нужно вытащить мясо до того, как закипит вода. Старик приказал сварить мясо по-настоящему, чтобы оно имело хороший вид и запах. Нежное, розовое оленье мясо, умело сваренное, не отягощает желудка. Такого мяса можно съесть очень много. В тундре даже устраивают состязания в еде. Есть такие «едуны», что за один присест съездают почти целого оленя. Затем покатаются на животе и готовы бегать, охраняя стадо, два-три дня совершенно ничем не питаясь.

Женщины острыми палками вытаскивали из котла мясо и складывали в большое, плоское корыто, От: мяса шел запах, возбуждающий аппетит. Наклонившись над грудой кусков, Гаймелькот, как большой знаток, перебрасывал их с одного места на другое. Лучшие куски он пододвигал Лосю и Андрею. Величина кусков сначала испугала ревкомовцев, но, к своему удивлению, они съели все без остатка.

Другие гости давно уже покончили с оленем и теперь старательно соскабливали мясо с костей.

— Хорошее мясо, Гаймелькот! Добрый олень был, — похвалил Лось.

— У Гаймелькота каждый гость найдет добрый кусок мяса. Еще никто не уезжал голодным от Гаймелькота. Женщины, начните варить другого оленя, сказал старик.

Алитет проснулся и услышал голоса русских. Он усмехнулся и продолжал лежать, напряженно прислушиваясь к шуму голосов. Наконец он встал и направился к костру.

— Здравствуй, русскэ начальник! — вкрадчиво сказал Алитет. — У Гаймелькота большой праздник. Много гостей наехало!

И, скрестив ноги, Алитет сел.

— Ты зачем приехал сюда? — спросил Лось.

— У каждого человека есть дело. Даже звери за чем-нибудь бегают в тундре… Чарли послал меня. Собак взять у Ярака… Чарли продал их мне.

— Ты их купил? — строго спросил Лось.

Алитет замялся, но подтвердил.

— А Мэри тоже купил? — спросил Андрей, вставая вдруг с места.

Алитет ухмыльнулся.

Люди насторожились. Они никогда не видели Алитета таким податливым. Как будто Алитет из волка превратился в зайца.

— Чарли сказал мне: отбери собак и привези обратно Мэри. Собаки его, и дочь — его. Они украдены.

Ярак вскочил, но Гаймелькот потянул его за рукав и кивком головы усадил на место.

— Я ничего не знаю. Так сказал Чарли, — с ужимками говорил Алитет.

— Ты очень хорошо знаешь. Отсюда ты никого не заберешь. Понял? строго сказал Лось.

— Начальник, я твоего закона не знаю. Мне сказал Чарли, и я поехал. И Рультына, мать Мэри, тоже просила меня.

Старик Рынтеу молча прислушивался к разговору, обгладывая кость. Он сказал:

— Рультына не просила тебя, Алитет. Я это знаю. Гаймелькот тоже знает, что его сестра Рультына не просила Алитета. Нехорошо, когда человек врет! — Он осуждающе покачал головой.

— Мы завтра отсюда уезжаем, — сказал Лось. — Собирайся, Алитет, поедешь вместе с нами.

— Если ты хочешь, можно поехать. Нельзя Мэри брать — пусть останется здесь. Только семь собак недавно отгрызли алыки и убежали на берег. И вожак убежал. Теперь не знаю, как поеду, — сказал Алитет.

— Я отдам ему своих собак! — воскликнул Ярак. — Пусть только уезжает.

— Не надо! — возразил Лось. — Вот вместе с Рынтеу сядет на одну нарту и поедет.

— Можно, можно! — охотно согласился старик Рынтеу. — Мы припряжем его пять собак, а нарту привяжем сзади.

— Рынтеу, — сказал Алитет, — надо поспешить. Солнце светит жарко. Пойдет вода, как будем переезжать реки?

— Правильно, правильно, Алитет, — ответил Рынтеу.

Андрей вместе с Айе ушел в долину реки. Они были очень рады друг другу. Как давно они не встречались!

Гаймелькоту понравился русский бородатый, и старик предложил Лосю посмотреть его стадо. Быстро закладывали в легковые санки красивых белых оленей.

— Поедем, Ярак, и ты! — сказал Лось.

— Нет, я останусь здесь.

— Ярак, ты ничего не бойся. Имей в виду, пока я живу на вашей земле, тебя никто не обидит. Я из-за тебя и приехал сюда. Спроси у старика, Рультына послала его ко мне.

Ярак облегченно улыбнулся и сказал:

— Спасибо, Лось! Сердце у меня перестало быстро стучать, когда я увидел тебя.

В стойбище Гаймелькота ревкомовцы провели два дня. За это время Лось познакомился с ведением оленеводческого хозяйства. Его очень удивило, что Гаймелькот, владелец двухтысячного стада, по существу, был жалким бедняком. Этот богач-бедняк жил на улице и вел тяжелый образ жизни. Все, что давало ему оленеводство, заключалось только в еде. Хозяйство носило натуральный характер. Никакого товарооборота! Люди ели мясо, одевались в шкуры оленя — и все. Животные почти в диком состоянии бродили по тундре. Стада кочевали по мере того, как съедался ягель, за ними шли люди, как песцы за мышами. Волки, копытница, гололедица, ранний отел в период сильных весенних заморозков уносили несметное количество оленей. А в чукотской тундре выпасались сотни тысяч голов.

«Да, надо что-то тут делать», — думал Лось, сам не представляя еще, как можно перестроить это хозяйство.

На третий день в ночь две нарты выехали из стойбища Гаймелькота. Рынтеу вместе с Алитетом ехал впереди. Привязанная сзади алитетовская нарта болталась из стороны в сторону и задерживала движение. Лось беспрерывно тормозил. Упряжка рвалась вперед. Медленная езда утомляет каюра и клонит ко сну, быстрая — вселяет бодрость. При быстрой езде даже собаки чувствуют облегчение.

На горизонте задымился туман, расплываясь во все стороны. Он опускался все ниже и ниже. Вскоре туман отрезал верхушки сопок.

— Туман съедает снег, как огонь. Успеть бы нам. Не попасть бы в разлив рек. Побыстрей надо ехать, Рынтеу, — сказал Алитет.

Он был возбужден, будто этот туман беспокоил его, а сам, ерзая на нарте, мысленно призывал духов и просил у них густого тумана.

— Туман не рассеется, Алитет. Тихо очень. Даже маленького ветерка нет, — обеспокоенно говорил Рынтеу.

Туман шел навстречу и вскоре накрыл землю.

Упряжки словно поплыли в белых влажных облаках.

Исчезло большое небо, висевшее над тундрой.

— Смотри, Андрюшка, какая благодать! Тепло! Собачки бегут, так бы и ехал всю жизнь вперед и вперед. Очень доволен я этим выездом! — сказал Лось.

— Путешествие приятное, но этот черт Алитет тормозит только. Привязал свою нарту. Смотри, как он пристроился к Рынтеу. Бросить бы его с пятью собаками, и пусть ехал бы, как знает, — недовольно заметил Жуков.

— У меня, Андрюша, из головы не выходит другой вопрос — оленеводство. Рыба в камчатских морях и та включена в государственный товарооборот. — И Лось, держа в руках остол, прикрикнул на собак, бежавших по снежной глади. В тумане мелькали спины и хвосты коренной пары. Глядя вперед, Лось говорил: — А здесь бродят огромные стада без учета, как мыши в тундре. Обязательно надо созвать конференцию оленеводов.