Чтение онлайн

« Я же говорила, что убью тебя», – прошипела белая маска.

Проснувшись в холодном поту, первое что увидела Соня, так это две темные фигуры, склонившиеся над ее кроватью.

– Это всего лишь сон, – как можно беззаботнее заверил ее отец, хотя в его в его голосе чувствовалось напряжение. Он протянул дочери кружку с недопитым чаем.

– Да, всего лишь глупый сон, – повторила Соня, отхлебнув успокоительного напитка. Ей не хотелось рассказывать о своем кошмаре никому, благо что Лара и папа тактично не задавали вопросы.

– Хочешь, я останусь с тобой? – предложила Лара, сев на край кровати.

Соня благодарно кивнула и сдвинувшись с середины кровати, уступила сестре место.

Пожелав дочерям спокойной ночи, Александр вышел из комнаты, оставив в спальне блеклый фонарь, вальсирующий под потолком.

– Спокойной ночи, моя малявка, – прошептала Лара и сладко зевнув тут же уснула. Закопавшись в шелковистые волосы сестры, пахнущие ванилью, Соня последовала ее примеру. На этот раз ей ничего не снилось, и она спокойно проспала до самого утра. Только разлепив глаза, Лара сделала еще несколько попыток отговорить сестру от полета на Недозволительный рынок. Но Соня была непреклонна. Выпив карамельного какао, она поднялась в свою комнату, привести себя в порядок. Припудрив ненавистные веснушки, рассыпавшийся на носу, она подкрасила и без того пушистые ресницы и собрала длинные волосы в высокий хвост. Вытянувшись за этот год на несколько сантиметров и чуть округлившись, она приобрела более женственные формы, нежели раньше. Теперь любой наряд, даже растянутая туника смотрелась на ней вполне привлекательно. Стараясь не пересечься с родителями, которые любили задавать ей неудобные вопросы, Соня вихрем выскочила из дома. Конечно, она не забыла прихватить любимое лакомство для Смерча, -шоколадные конфеты, которые в орлианнике были под строжайшим запретом из-за их особой вредности.

Приснившийся сон никак не желал улетучиваться из памяти, как обычно это бывает при пробуждении. Она отчетливо помнила все детали, просматривая его вновь и вновь. Даже сейчас, когда она шла по Сизой улице, ощущала этот гнилостный запах тины и ледяное прикосновение Морении.

Нужно немедленно выкинуть этот сон из головы. Это ведь просто кошмар, бредовое сновидение. Соня энергично замотала головой, словно стряхивая с себя пыль.

Макс, встретившийся по дороге, удивленно посмотрел на подругу.

– С тобой все хорошо?

– Все нормально, – делано бодрым голосом отозвалась Соня, – все просто супер, – добавила она, что было уже лишним. Макс с недоверием покосился на нее, но больше задавать вопросы не стал.

По мере приближения к олианнику приятное щебетание птиц и жужжание насекомых, звучавшее мелодичным фоном, переросло в скрипучую какофонию визгов. В продолговатых вольерах, обтянутых сеткой, похлопывали мощными крыльями только что позавтракавшие орлианы. Некоторые из них, вальяжно растянувшись на полу тщательно перебирали свои белоснежные перья. Среди чистюль оказался и Смерч, вымахавший за год до размера слона в полном рассвете сил. Он был значительно крупней других орлианов, к тому же обладал необычной расцветкой: его крылья окантовывали переливающиеся разводы, словно брызги золота на свету. Смерч и по факту своего рождения отличался от своих сородичей, он был Венценосным орлианом и умел изрыгать пламя не хуже огненной булавы.

Увидев свою хозяйку, орлиан подскочил на ноги и стал припрыгивать на месте от радости. Давнишнее сравнение Макса этих птиц с собаками и лошадьми показалось Соне смехотворным, но сейчас она понимала, о чем речь. Каждый полет на Смерче доставлял ей особое удовольствие не сравнимое ни с чем и делал их ближе. Сейчас он был не просто ее питомцем, который год назад повенчал Золотым огнем ее и Макса и за малым не разгромил фамильный дом Килей. Он был ее другом. Рядом со Смерчем раздался еще один оглушительно – радостный визг Крепыша, увидевшего своего хозяина.

– Привет, – поздоровался сменщик Макса, имя которого Соня до сих пор не могла запомнить, – на прогулку собрались?

– Да, покружим немного, – кивнул Макс, высматривая Финта, который опаздывал.

– Сегодня утром Смерч схватился с Забиякой, думал они друг друга заклюют. Я кинулся их разнимать и попал в замес, – парень укоризненно показал пальцем на странный ирокез на голове.

– Я обязательно проведу с ним разъяснительную беседу, – пообещала Соня, еле сдерживая улыбку.

– Ну наконец -то, – протянул Макс, глядя на приближающуюся худощавую фигуру.

Финт выглядел таким растерянным и напуганным, что Соне стало ей жаль. Но деваться было некуда и ему пришлось идти за Максом на взлетно-посадочное поле с круглой разметкой, расчерченной поверх короткостриженой травы. Бледно – лиловое небо сияло чистотой без единого облачка, погода была идеальная для полета, но все же Соня немного переживала. Она всегда волновалась перед полетом, к тому же сейчас ей предстояло самостоятельно управлять орлианом.

– Для девочки ты просто асс, – как – то опрометчиво прокомментировал ее полет Макс, думая, что делает комплимент. Но прослушав часовую лекцию об ошибочном суждении способностей человека лишь по его гендерной принадлежности, пожалел о своем комплименте раз сто.

Взобравшись на широкую спину Смерча, Соня дернула за поводья, и птица лихо взмыла в небо. Впереди летел Крепыш с восседавшими на нем Максом и Финтом. Внизу зеленой картой расстилался город с его улицами, скверами, мостовыми, тропинками, которые Соня за это год изучила вдоль и поперёк. Стразу за стеной города, с западной стороны длинным хребтом тянулись Орлианские холмы, за которыми и находился Недозволительный рынок. Севернее разливалось Елейное море: кроткое, загадочное, еле слышно поющее на своем морском языке.

Когда Смерч набрал высоту и скорость, Соня пожалела, что не захватила с собой теплую кофту. Свежий воздух обдавал ее тело холодным дыханием, проникая под кожу и взвихривая волосы, собранные в хвост. Растянувшись на спине Крепыша, она как можно сильнее прильнула к нему, стараясь закопаться в мягких шелковистых перьях. Впереди показались пуховые облака, напоминающие гигантскую сладкую вату, за ними проглядывались сферы-близнецы, безмолвными богами-великанами, следившими за всем, что твориться на Алькаре. Когда Орлианские холмы остались позади, птицы пошли на снижение. Они приземлились на грязной взлетно-посадочной площади, за которой простирался Недозволительный рынок с его запутанной сетью торговых рядов и павильонов.

Оставив орлианов с стойлах, троица двинулась к главным рыночным воротам. В этот раз около них дежурили не два отара как обычно, а четыре. Соня тут же вспомнила предупреждение Нарца об усилении охраны и даже на миг пожалела, что отказалась от его помощи.

– Это…это …отары? – подрагивающим голосом промямлил Финт, таращась на амбалов.

– Плохи дела, – цокнул Макс, – конечно можно попробовать проскочить, но это будет рискованно.

– Весьма рискованно, – кивнула Соня, не сводя глаз с четырех громил с хлыстами в руках.

Один из них уже тряс какого-то несчастного за грудки, остальные проверяли документы у дрожавшего как лист на ветру старика и тщательно осматривали его повозку, доверху наполненную одеждой.

– За телегой я вижу проем, мы можем проскочить, – оживился Макс и рысью двинулся к воротам. Соня помчалась за ним следом, вот только Финт остался на месте, причитая что-то о необходимости вернуться домой.

Остановившийся перед воротами Макс кинул на него свирепый взгляд, не предвещающий ничего хорошего. Соня вернулась к Финту, на которого было жалко смотреть.