Чтение онлайн

— Майор Дынин! — скомандовал Субботин. — Завтра же вызовите свидетелей, видевших молодого человека, и составьте фоторобот. Раздайте его всем оперативным сотрудникам. Кроме этого, раздайте фотографию девушки. Оповестите все патрульно-постовые службы на предмет обнаружения и задержания девушки и этого мужчины. С сегодняшнего вечера устанавливается постоянное наружное наблюдение за Литовченко. Необходимо выяснить все его связи. Если этот человек является организатором и главарем всей группы, то у него должно быть еще несколько помощников. Владимир Александрович, докладывайте нам каждый день о том, с кем он появляется в клубе и чем занимаются его гости.

— Хорошо, — сказал я. — Кстати, что дал обход массажных салонов и центров аэробики?

— Пока немногое. Мы старались работать аккуратно. По предварительным данным, составлен список аж из пятидесяти девушек, которые работали в этих организациях и без видимых причин покинули их. Лейтенант Шевчук! — обратился Субботин к одному из оперативников. — Когда получите фотографию Улитиной, обойдите все рестораны и бары, осторожно показывайте ее швейцарам, метрдотелям, официантам. Может быть, кто-то видел ее за прошедшую неделю. Все остальные резервы пустить на разработку списка из пятидесяти фамилий. Времени у нас мало, работы много. Как нам известно, преступникам хватает обычно двух недель для того, чтобы медикаментозно обработать девушку и подготовить ее для отправки за границу.

— Слушайте, а может быть, взять этого Литовченко за муды и прозвонить его как следует в нашем управлении? — подал изящную идею Дынин.

— Пока этого делать нельзя. Слишком мало данных, — возразил Субботин. — Не исключено, что девушка объявится, и все это окажется ложной тревогой.

— Вам виднее, конечно, — сказал Дынин.

— Думаю, день-два в запасе у нас есть, — подытожил Субботин. — Все, на сегодня закончим. Завтра встречаемся по оперативной необходимости. Итоговый сбор здесь в семь вечера.

Мы все поднялись и отправились каждый по своим делам. Дынин подбросил меня на машине до клуба.

— Пока! — крикнул он мне на прощание. — Давай, не забухай там! А то по пьяни выдашь все наши тайны.

Вечер в ресторане был в самом разгаре. Уже играл оркестр, и публики было много. Я уселся на указанный метрдотелем Сергеем Альбертовичем столик в глубине зала. Подошедшему официанту я заказал котлеты по-киевски, салат из морской капусты и маленькую бутылку виски черного «Джонни Уокер». Пока жарили котлеты, я, расправляясь с салатом, наблюдал за происходящим. Почти все столики были заполнены, люди о чем-то оживленно разговаривали.

Где-то в половине девятого в зал вышел хозяин клуба Иван Путилин. Он подошел к стойке бара, поприветствовал сидевших там людей. Потом прошелся по залу, останавливаясь то у одного столика, то у другого. Наконец он подошел ко мне и с улыбкой произнес:

— Литовченко еще не появился. Как только он появится, вам немедленно сообщат.

Я уже приканчивал котлеты, как в зале появились двое гостей. Один был пожилым, коренастым, с редкими седыми волосами на голове. На нем был светлый костюм, сиреневая рубашка и платок на шее. На его молодом спутнике был костюм и белая футболка.

Сразу же после их появления ко мне подошел Сергей Альбертович и сказал:

— Обратите внимание на только что прибывшую пару. Тот, что постарше, — господин Литовченко.

Я кивнул в знак того, что принял информацию к сведению. Особо не привлекая внимания, я наблюдал за пришедшей парой. В своей жизни я имел немало дел с гомосексуалистами. Эти ничем не отличались от остальных. Типичная пара, где более пожилой, «папик», наверняка доминировал. Хотя для гомосексуалиста господин Литовченко слишком часто менял своих партнеров, разочаровываясь в них. Как правило, голубым все же свойственно большее постоянство в своих симпатиях.

За этими размышлениями я уговорил маленькую бутылочку «Джонни Уокера» и заказал себе еще одну вместе с пиццей. Выпив первый стакан виски, я закурил и задумчиво оглядел зал ресторана.

Многих сидящих здесь я уже знал. Я увидел своего знакомого Анатолия Исаевича. Он сидел за столом с какими-то молодыми людьми, слушая их рассказ с широко раскрытыми глазами. На своем привычном месте под картиной с морским пейзажем сидел господин Шагян. На этот раз он сидел не один, а с уже знакомой мне Мариной Мамонтовой. Видимо, старик совсем потерял голову, если приперся сюда с бывшей проституткой этого же клуба, которая моложе его лет на тридцать пять. Шагян в обычной своей неторопливой манере пережевывал пищу. Его спутница оживленно о чем-то болтала.

Я снова перевел взгляд на господина Литовченко и его молодого бой-френда. Он положил руку на руку своего партнера и осторожно, нежно поглаживал ее. «Господи, воистину бордель!» — подумал я. Мне захотелось уйти. Но уйти я не мог, так как был на работе.

К счастью, долго наблюдать мне не пришлось. Парочка посидела и, оплатив ужин, покинула клуб, тут же попав, видимо, в поле зрения оперативников Субботина.

Я допил свое виски и также отчалил домой, поймав такси. Я уже собирался спать, когда позвонил Дынин.

— Вовк, в общем… Этот педик снова был в клубе?

— Да, я видел его в ресторане.

— Так вот, если тебя интересует, то он сейчас с каким-то пацаном заперся у себя в хате и погасил свет.

— Спасибо, Дима, теперь я засну спокойно. От этой информации мне будет легче спать.

Дынин не понял моей иронии и, что-то буркнув, положил трубку.

Следующий день не предвещал ничего необычного. Вся информация стала поступать во второй половине дня. Я был в клубе, когда Путилину позвонил Дынин и сообщил, что Субботин принял решение брать Литовченко. Я срочно выехал в управление, где меня встретил тот же Дынин.

— В общем, так. Мы пасли его уже около полутора суток, и за это время никого, кроме этого пацана, не было. Парень, фоторобот которого мы составили, и близко не появлялся около него. Несмотря на то, что все посты на выезде из города и вокзалах предупреждены, никаких результатов пока нет. Поэтому было принято решение взять Литовченко и попробовать его расколоть здесь. Взяли его тихо, без шума, никто и не знает, где он.

— И что? Удалось что-нибудь из него вытянуть?

— Пока нет. Им Субботин лично занимается.

— Можно ли мне поприсутствовать на допросе? — спросил я.

— Думаю, да. Пойдем, сядем в соседней комнате, там все прекрасно слышно.

Мы вошли в помещение, в котором было широкое окно со стеклом одностороннего видения. Через него обычно свидетели опознавали преступников. Беседующие в соседней комнате Субботин и Литовченко нас не видели и не слышали. Из разговора я понял, что беседа только началась.

— А я вам говорю, что без своего адвоката я беседовать с вами не намерен.