Чтение онлайн

Кела благодарно кивнула и с облегчением откинулась на горячую подушку, отмечая, что руки ещё мелко подрагивают. Организм медленно, но верно, приходил в себя после стресса, возникшего по вине недавнего сна.

– Хорошую палату тебе дали, - усмехнулся Тунг.

Кела вымученно улыбнулась и непроизвольно окинула взглядом покои. За это время она ни разу не выходила из палаты, да и с кровати вставала редко. Первые несколько дней девушка помнила смутно, как в бреду - из-за лошадиной дозы яда в крови. Болезненная слабость до сих пор не покидала Келу, а жуткие колотые раны на спине, оставленные шипами целесцеры часто напоминали о себе, особенно по ночам. Нередко Кела просыпалась в темноте одиночной палаты, мучимая пронзающими спину приступами боли, в одиночку борясь с отчаянием и страхом.

– Одноместный номер!
– притворно возмутился Тунг.
– Во времена моей молодости о подобном я не смел и мечтать!

Кела вновь ответила Альберту Тунгу слабой улыбкой и пробормотала:

– Да, повезло...

Профессор внезапно посерьезнел, и, совсем по-отечески покачав головой, с укором сказал:

– Что же ты наделала, девочка...

У Келы перебило дыхание. Девушка попыталась придумать хоть какое-то оправдание своим действиям, но с губ срывались лишь бессвязные слова.

– Не нужно ничего объяснять, - мягко оборвал ее Тунг.
– Я знаю на что иногда приходится идти таким как мы с тобой, чтобы добиться должного уважения. Чтобы нас начали принимать за равных.

– Профессор, значит вы тоже?
– удивленно захлопала ресницами Кела.

– Да, - невесело присвистнул Тунг.
– Когда директор получил технологию протекторов, мне было уже за двадцать пять. И я услышал что и остальные - "проводить "процедуру" в таком возрасте смертельно опасно". Однако, тогда ни я, ни кто-либо ещё не мог и представить насколько сильно протекторы изменят положение вещей в мире. Поначалу мы - предыдущее поколение миротворцев работали наравне с молодыми, но постепенно нас начинали списывать. Конечно, ведь возможности, которые представляет протектор намного шире, чем может предложить любой - даже лучший из лучших простых вояк.

– Я и не знала, - одними губами прошептала Кела.

– Я сделал карьеру международного дипломата не по своей воле. А многие из моих товарищей не могут похвастаться даже этим. Кто-то спился, заливая свое горе алкоголем, не сумев устроится в жизни. Кто-то стал обычным наёмником, продавая свои навыки. Те уже нашли свою судьбу, погибнув от пуль бывших друзей. Кому сейчас не везет с "процедурой", ставят крест на своей жизни и профессии миротворца- или в лучшем случае устраиваются в Алькурд Пардес библиотекарями и лаборантами...Но ты...Ты, Кела, не такая. Международная дипломатия у тебя в крови, я знаю это. Я помню, как ты посещала мои лекции, помню эти жаждущие знаний глаза! Тебя ждёт большое будущее. Мало кто выбирает эту дорогу по своему желанию, но и мало кто понимает всю её значимость. Ты добьешься гораздо большего успеха, чем я, можешь быть уверена. Но тебе следует быть осторожнее...Тебе не стоит так бездарно рисковать своей жизнью. Особенно теперь.

– Теперь?
– не смогла скрыть растерянности Кела Лейк.

– Да, теперь, когда ты знаешь то, что я так опрометчиво рассказал тебе и Луцию.

– Но что я?..
– не поняла девушка

– Теперь ты знаешь место, - хмуро прервал её Тунг.

Кела открыв, было, рот, чтобы задать новый вопрос, в нерешительности сдержалась.

– Директор был в ярости, когда узнал, что я рассказал вам с Виктором об этом. Моё решение было не обдуманным. Я прошу прощения за то, что подобными знаниями подвергаю тебя опасности.

Кела попыталась возразить, но слова, словно рыбные кости, застряли в горле, показавшись глупыми и неуместными.

Слегка разволновавшись, Альберт Тунг закряхтел и поморщился, потирая ладонью левый бок. Сердце кольнуло, напоминая о старой болезни. Выдавив из пузырька таблетку, старик быстрым движением отправил её в рот.

– Я знаю, ты пока не сможешь понять... Но я зашел предупредить. Просто будь внимательнее и осторожней, договорились?

Кела Лейк медленно кивнула.

– Ну и хорошо, - голос Альберта Тунга волшебным образом сменился с серьезного на привычное добродушное старческое кряхтение.
– Выздоравливай, девочка. Отдыхай. А я пойду.

Кела проводила взглядом поспешно ушедшего профессора и ещё долго смотрела на закрытую дверь, оставшись наедине с самой собой.

"Что он хотел этим сказать?"

***

Прицельная сетка, выгравированная на стекле линзы, привычно легла поверх мишени. Оптика отделила Никро от всего остального мира, вплотную приблизив к черной картонке, коряво изображавшей человеческий силуэт, будто и не было ста метров между лежащим на земле снайпером и его целью.

Винтовка "Gr-1-ever" была настоящим произведением оружейного искусства. Легкая, бесшумная, с дополнительными боковыми обоймами. Снайперу всегда необходимо иметь под рукой разные виды патронов - такие как бронебойные или трассирующие - и теперь, с этой винтовкой, Никро мог не тратить время на ручную перезарядку, а переключаться с одного вида боеприпасов на другой простым движение пальца - щёлкнув тумблером.

Высокогерметичный прицел не только обладал удивительной светосилой, что позволяло в темное время суток видеть предметы много четче, чем невооруженным взглядом, но был просто напичкан электроникой. Автоматика определяла расстояние до цели и размеры предметов, после чего голографическое изображение чисел выводились на линзу прицела. Это позволяло навсегда выкинуть из головы заученные формулы и таблицы с примерными параметрами окружающих предметов, необходимые для расчета расстояния...

Потому Никро немного повозившись с настройками, отключил всю электронику, недоверчиво считая, что лучше полагаться только на себя. Кроме того, не известно из чего ещё и при каких обстоятельствах доведется стрелять снайперу - отвыкать от стандартной техники стрельбы было чревато.

Тихий щелчок и едва заметное ухом стремительно угасающие стрекотание раскаленных пороховых газов - всё, что услышал снайпер, потянув на себя спусковой крючок. Звук выстрела дробился на множество составляющих внутри камеры глушителя, а остаточные звуковые волны, отражаясь от косо поставленных перегородок сепаратора, накладывались друг на друга и взаимно поглощались.

В тренировочной мишени появилось на одну дырку больше. Пуля забрала немного правее, чем предполагал Никро, как будто при стандартной ошибке новичка, когда тот, опасаясь выстрела, инстинктивно отдергивает голову в сторону от приклада. Но несколько лет тренировок и здоровая уверенность в собственных силах никак не позволяли Локку назвать себя "новичком".

Следующая пуля своенравно забрала левее, будто бы Локк, наоборот, слишком сильно навалился щекой и подбородком на приклад. Снайпер усмехнулся - подобная нестабильность иногда наблюдалась у абсолютно нового оружия и исчезала сама, как только рабочие поверхности подвижных частей "приработаются" друг к другу. Проблема была в том, что для этого придется произвести около сотни выстрелов.