Чтение онлайн

Слушая этот бесплотный треп Аллея подошла к трубке, и поступила согласно выданным рекомендациям.

– Кто там? – улыбнулась демоница.

– Это я, Катя, – раздалось в трубке радостное восклицание.

«Облом», – вздохнул дух, – «нажмите сюда, госпожа Аллея».

– Заходи Катюша, дверь будет открыта, – снова улыбнулась демоница.

Когда девочка сняла верхнюю одежду и вошла в зал, из динамиков компьютера слышалась фирменная песня одного харизматичного медведя, идущего с товарищем поросёнком в гости к кролику.

– Ой, а ты что, мультики смотришь? – удивилась Екатерина, и подойдя к демонессе чмокнула ее в щеку.

– Я провожу повышение культурного уровня, инициированное сигналом домофона, – серьезно заявила Аллея, потом улыбнулась и добавила, – дух знакомит меня с понятием «крылатые фразы», и обещал приобщить к народной мудрости в виде поговорок.

– А когда я смогу говорить с Тимуром? – повела глазами по залу Катя.

– Все позже, когда придёт Нина, – демоница повернулась на стуле лицом к девочке, – слушай. Мы оставили тебе омлет, покушай, затем сходи домой и подбери мне что-нибудь из обуви и верхней одежды, чтобы просто дойти до магазина. Ключи на трюмо, и мама тебя ждет. Не задерживайся там, скоро три часа.

– Хорошо, Аллеечка.

Младшая Рудова с опасением, и одновременно с надеждой входила в свой дом. Вера во всемогущество Аллеи должна была пройти экзамен на прочность. Первые шаги по квартире были устланы условными лепестками роз, на пути к храму этой веры. Изменился запах. И хоть основную ноту в изменении составлял какой-то химический освежитель, но, так сказать, атмосфера явно улучшилась. Следующий символ веры был более материален – полы были вымыты. И затем эти символы, словно камни на четках начали мелькать один за другим. Зеркало было протерто, завал вещей в углу разобран, постель в комнате заправлена. Дом не сиял чистотой, но обычного мусора в виде неряшливо оставленных в крышках окурков и бутылок в самых неожиданных местах не наблюдалось. В квартире царила тишина.

Мать обнаружилась в кухне. Она сидела за обеденным столом и смотрела на часы, стоявшие посредине этого самого стола. В композиции с будильником находились бутылка водки, наперсток и листок бумаги, явно вырванный из школьной тетради. Подойдя ближе, она прочитала – «один раз в 4 часа».

Минутная стрелка на часах прошла последний отрезок до цифры 12, обозначив наступление двух часов по полудни.

Светлана Николаевна ожила. Подрагивающей левой рукой она взяла бутылку, правой рукой открутила крышку, затем положив крышку на стол, этой же рукой придержала бутылку, тем самым компенсировав тремор левой руки, и стала наливать алкоголь в наперсток. Волшебным образом этот незначительный сосуд был наполнен до краев, при этом не было пролито ни капли. Крышечка была поднята, накручена на горлышко и бутылка вернулась на прежнее место. Только после этого с какой-то нежностью и благоговением наперсток был взят двумя руками и испит.

Катерина, открыв рот, и находясь в полном… удивлении смотрела на это действо.

– Хорошо, – крякнула Светлана Николаевны, ставя наперсток на стол, и поднимаясь со стула.

И тут мать заметила дочь. Вначале она выпрямилась, как солдат перед строгим сержантом, причем зрачки в глазах приобрели просто невероятную ширину, затем в них промелькнуло узнавание, и сразу с этим из глаз ручьем полились слезы.

– Доченька, – обняв Катю мать зарыдала на ее плече, однако через минуту сквозь всхлипы послышалось, – а я картошечки на сале пожарила, садись кушать.

Катя посмотрела на плиту. На ней стояла полная сковорода. Предположив, что вряд ли мать сегодня завтракала, а обед стоит нетронутый, она отстранилась от матери и спросила:

– Мама, а ты сама то ела.

– Да как же я буду есть, когда кровиночка моя не кормлена, – с любовью смотря на дочь, ответила Светлана Николаевна. Слезы продолжали скатываться по щекам и капали на халат.

– Садись мама, я тебя накормлю, – наложив в большую тарелку картошки, поставила ее на стол, затем отрезала хлеба и вложила в руку матери вилку.

– А как же ты доченька? – слезы капали теперь на картошку.

– Спасибо мама, я сытая, я пообедала у… – и хоть любовь к Аллеи, и вера в неё же, сейчас зашкаливала все мыслимые и немыслимые пределы, произнести имя суккубы Катя не решилась, – в гостях у подруги.

– А я с утра прибралась маленько, полы помыла, белье замочила, – быстро маша вилкой успевала говорить мать, при этом картошка исчезала из тарелки с удивительной скоростью.

Девочка налила чай, и выложила в тарелку остававшуюся в сковороде картошку.

– Мама, ты кушай, а я снова к подруге пойду, у меня там учебники, и я там еще побуду, до вечера, наверное.

– Хорошо доченька, – Светлана Николаевна посмотрела на часы, – а я к шести капусточку потушу.

Пройдя в комнату Екатерина взяла свой спортивный костюм, пару носков, затем из ниши вынула зимний пуховик и растоптанные дутыши, и прямо с вещами в руках вышла из квартиры.

– Алеечка, вот я принесла, – Катя зашла в зал и положила костюм и пуховик на диван, – оно уже ношенное, но… у меня больше нет ничего.

– Спасибо, Котенок, – суккуба подошла к девочке и погладила ее по голове, – я сейчас посмотрела котят на картинках, ты, когда улыбаешься, очень на них похоже.

Лицо Екатерины просто зацвело от улыбки.

– Попробуем местные одежды, – демоница расстегнула свой пояс, затем никого не стесняясь стянула балахон, и начала одевать штаны от спортивного костюма. Хвост вполне самостоятельно залез в штанину, а уже за ним последовала правая нога.

Стоявший у компьютера Дух замерцал.

– Что такое, Тимур? – так и стоя с одной голой ногой резко повернулась в сторону духа Аллея.

– Тааааам Ниииина ууу пооодъееезда… – казалось дух размазывается в пространстве.

– Тимур стой на месте, это приказ, – суккуба подбежала к окну, так и придерживая штаны, – Алексей срочно на улицу.

– Эй рыжая, стой, – за рукав куртки схватили и потянули назад, – куда это ты так почесала, что по сторонам не смотришь. Может тебя ждет кто.

– Ты, что ли ждешь, Фёдор, так напрасно ждешь, сам мелкий, и ждалку твою только под микроскопом смотреть надо, – Нина осмотрела стоящего перед ней парня, на пол головы ниже, и сморщила лицо, оценив увиденное.

– Да ты… – аж задохнулся «кавалер».

– Да я, и я пошла своей дорогой, и с тобой мне не по пути, – девочка развернулась к первому подъезду.

– Это куда там у тебя дорога, а ну стой, – Федор снова схватил девочку за рукав, – это ты куда пошла, к Катьке этой обдолбышехе?

– Пусти дебил, – девочка дернулась, но парень держал крепко.

– Эту Катьку пол школы вертело, и ты как она хочешь! – Федор дернул и развернул девочку к себе, – мне сказали ты к ней сегодня на перемене ходила.