Чтение онлайн

— Через час должна машина прийти, — ответила Синицына.

— В какой церкви его будут отпевать? Рыжуха в недоумении пожала плечами и посмотрела на Вику.

— Видите ли, —запнувшись, проговорила та, — мы сейчас сразу отвезем его в крематорий…

— В крематорий?.. — гневно выкрикнула Лидия Павловна. — Теперь я окончательно убедилась, что вы никогда не любили моего сына!

И она взмахнула зонтиком, словно собираясь ударить. Вика отшатнулась. Гости притихли, окружив обеих женщин.

— Не будет никакого крематория, слышите? — Старуха вся тряслась от волнения. — Алеша будет похоронен по-христиански, с отпеванием в церкви и погребением на кладбище! Вам что, денег жалко? Неужели сын не заработал себе на человеческие похороны? Хотите поскорей избавиться от него? Да? Спихнуть его с плеч долой? — крича и размахивая зонтиком, она начала наступать на Вику.

— Да что вы такое говорите! — вступилась за подругу Синицына.

— Я знаю, — что говорю! Посмотрите на этот гроб! Жалкая дешевка! Где креп? Где цветы?.. — Она вдруг зарыдала. — Нет, я сама возьмусь за похороны Алеши, коли вам на него наплевать!.. На глазах у Вики тоже набухали слезы.

— Не наплевать нам на него, — лепетала она, — а цветы мы по дороге купим…

— Нет, нет, нет! — Лидия Павловна ничего не хотела слушать. — Никакого крематория! Я закажу Новый гроб! Сына будут отпевать в церкви, а потом…

Она вдруг умолкла, остановившимся взглядом уставилась на гроб. В комнате воцарилась тишина.

— Откройте крышку, — прошептала мать. — Я хочу посмотреть на него.

Сердце у Вики екнуло. А ну как она не признает покойника? Что тогда делать?

— Лучше не надо, Лидия Павловна, — пробормотала она, бледнея. — Он очень сильно расшибся…

Синицына снова взяла старуху под руку.

— Вы знаете, Алеша сидел на переднем сиденье и ударился лицом о стекло, — мягко заговорила она. — Зрелище очень тяжелое…

— Откройте! — Лидия Павловна вырвалась и схватилась свободной рукой за гроб. — Там мой сын!

Двое мужчин подошли и сняли крышку. Тело было накрыто белой материей. Лидия Павловна сдернула ее, и тишину прорезал жуткий, леденящий кровь крик. Сумка и зонтик выпали из рук несчастной старухи. Всплеснув руками, она повалилась на пол. Ее бросились поднимать.

— Воды! — закричал кто-то.

— Неотложку!

Вика поспешила закрыть покойника…

Сегодняшнее дежурство, казалось, не кончится никогда. Вика изнывала от нетерпения, дожидаясь рассвета. Наконец зазвонил телефон.

—Слушай, вчера все сорвалось, — торопливо заговорила она в трубку. — Ты в курсе, что твоя мамаша приперлась из Питера? Алексей сдавленно охнул.

— Что? Мама? Но откуда она узнала?..

—Ниоткуда не узнала, просто приперлась, и все, она всегда так делает!

— Не отзывайся неуважительно о моей маме, сколько раз тебе можно повторять! — вскипел Петров. — Что за выражение — приперлась? Не приперлась, а приехала!

Вика недовольно хмыкнула.

— Ну вот, еще и ты будешь меня учить! Вчера мамаша твоя меня весь вечер доставала, прямо сил никаких нету, а теперь еще ты!…

— Вика, ладно тебе, успокойся. Я, может, еще побольше тебя волнуюсь… Бедная мама!.. Как она пережила это?..

— Нормально пережила. Но если б ты видел, какую истерику она закатила! И гроб ей не такой, и крематорий она не хочет, и церковь ей подавай… Достала, одно слово — достала!..

— Но кто мог знать, что она приедет!.. — почти прорыдал Петров. — Прямо несчастье какое-то… А все у нас так хорошо складывалось… Опознание тела прошло как по маслу, свидетельство о смерти и деньги на похороны тебе выдали без задержки, труп отдали… И вдруг мама из Питера!..

— Когда она потребовала, чтобы открыли гроб, я так испугалась! Ведь она могла не узнать тебя! Ты представляешь, какой был бы скандал?

— Но ведь не узнала?

— Слава Богу, что не узнала. Она и не смотрела почти. Как увидела твою рожу, всю раздолбанную так сразу в обморок грохнулась.

— В обморок? Ужас! Бедная мама…

— Из-за твоей бедной мамы все дело встало, — прошипела Вика раздраженно. — Людей только зря вчера побеспокоили… В общем, она заказала новый гроб, венки, похоронный автобус и купила место на кладбище. Похороны послезавтра. Если б ты знал, как я замучилась с ней! Пилит меня без конца по любому поводу…

— Ну, потерпи. После похорон она сразу уедет.

— Да, вот еще что, — вспомнила Вика. — Рэкетиры твои до сих пор торчат у подъезда. Они разве не в курсе что ты умер?

— Понятия не имею.

— Я из-за них боюсь приходить туда.

— Скоро они уберутся. Все будет нормально, вот увидишь. Только не знаю, как с мамой быть… Надо ее как-то успокоить… Бедная мамочка! Я так волнуюсь за нее!

— Слушай, если ты появишься перед ней живой, то она может снова в обморок упасть. Ее надо сперва подготовить. И лучше, наверное, это сделать не сейчас, а когда уляжется вся эта канитель.

— Ты права, сейчас не надо… Но ее приезд меня просто убил! Я в шоке!

— А я что, не в шоке? Еще, может, побольше, чем ты!

Некоторое время Алексей мычал, словно у него заныл зуб.

— Ну хватит тебе, — не выдержала наконец Вика. — Ничего с твоей мамашей не сделалось, она у тебя крепкая старуха, еще и не такое выдержит. Ты лучше скажи, что мы дальше делать будем?

— Дальше?.. А! Хорошо, что ты мне напомнила, а то я так расстроился, что даже из головы вылетело… Короче, я говорил тебе, что застраховался в во— семнадцати фирмах? Завтра ты поедешь на Ленинградский вокзал и возьмешь из автоматической камеры хранения сумку со всеми документами. Ячейка номер триста шестнадцать, запомнила? Триста шестнадцать. Лучше запиши где-нибудь, а то забудешь.

Вика придвинула к себе листок бумаги. — Ладно, записываю…

—Код — «В» и год твоего рождения, четыре цифры, записала?

—Записала.

— Значит, возьмешь сумку и сразу дуй к нотариусу, оформишь копии свидетельства о смерти. И завтра же можешь начать объезжать страховые фирмы. Деньги особо не трать, они нам понадобятся.

— А как быть с квартирой? Может, сдать ее кому-нибудь?

— С квартирой потом разберемся, когда крутые отлипнут. А сейчас у тебя два главных дела: мои похороны и страховые фирмы. Похороны, говоришь, послезавтра?

Вика посмотрела на часы. Был четвертый час утра.

— Можно считать, что уже завтра.

— А где?

— На кладбище в Ромашкове. У знакомых твоей мамаши дача в Ромашкове, так она через них договорилась насчет места. Там, говорит, большое кладбище, хорошее. — Вика сунула в рот сигарету и щелкнула зажигалкой. — Ты знаешь, у нее даже была мысль везти тебя в Питер.

— В Питер? — умилился Алексей. — Бедная мамочка! Как она меня любит!..

В трубке раздался звук, похожий на всхлип. Вика выдохнула струю дыма.