Чтение онлайн

Поэтому если мир останется в несчастье, им это выгодно. И психологически они умудрились держать вас в этом состоянии несчастья, а биологически всеми возможными способами они пытаются сделать вас такими несчастными, чтобы вы шли к ним за советом, чтобы вы смотрели на них как на спасителей.

Все мое видение отлично.

Ты спрашиваешь меня, Кришна Према: Что вы скажете?»

Я поддерживаю идею о жизни здесь и сейчас. Потому что у нее есть возможность стать райской. Для этого не нужно стремиться к какому-то раю, к каким-то небесам. Мы можем превратить эту жизнь в такое прекрасное явление. Я знаю о том, что есть высшее, но если вы будете жить здесь и сейчас красиво, лишь тогда вы сможете жить в этом высшем также красиво. Это место - место для тренировки, это школа. Жизнь - это школа, подготовка к другой жизни. Если вы живете здесь несчастно, даже в раю вы будете жить несчастно, вы не сможете отбросить ваши привычки. Это будет невозможным для вас.

Живите здесь и сейчас и стройте жизнь на этой планете так, чтобы не оставалось несчастья, чтобы любовь переполняла ее, чтобы люди были переполнены счастьем, чтобы они стали лотосами. И после этого жизнь, естественно, станет вечной. Но когда вы переместитесь на другой план существования, вы сможете перенести с собой благоухание этой жизни. Тогда даже в том случае. Если вы попадете в ад, вы сможете построить в нем рай. Поэтому не просите Бога посылать моих людей на небеса. Я прошу Бога ежедневно, и это моя единственная молитва: «Пусть я и мои люди попадут в ад». Потому что ад нуждается в значительной помощи. Он нуждается в огромном преображении, и мы можем это сделать! Пусть святые попадут в рай, а мы попадем в ад, мы превратим ад в цветущий сад. И я говорю вам, что ваши святые будут завидовать этому аду.

Вопрос:

Ошо, я не знаю! На меня снисходит такой поток любви. Я сижу тихо, ничего не делаю, и трава растет сама по себе. И так счастлив из-за того, что у меня есть глаза, которые могут видеть, и даже в том случае, если они не видят, тьмы нет. Вчера я слушал эзотерические вопросы Алмасты. Это было подобно омовению в океане любви. Я люблю ее, и мне нравится сидеть здесь у ваших стоп, слушать музыку любви и быть снова ребенком. Были ли еще какие-то другие вопросы у Алмасты? Должно быть, были, по крайней мере, хотя бы один. Я знаю, что она задала, по крайней мере, десять вопросов. Ошо, жизнь прекрасна!

Да, Алмаста задала в точности десять вопросов. Повторю их снова!

Первый. Сколько голубых нужно для того, чтобы ввернуть одну лампочку?

Два, Алмаста: один для того, чтобы купить красивую лампочку, а другой для того, чтобы восклицать, прекрасно, дорогой!

Второй. Сколько нужно лейсбиянок нужно для того, чтобы ввернуть одну лампочку?

Пять, Алмаста: одна для того, чтобы вворачивать лампочку, а другие для того, чтобы они восхищались ей и говорили, насколько она лучше мужчины.

Третий. Сколько дзенских мастеров нужно для того, чтобы ввернуть одну лампочку?

Два, Алмаста: один для того, чтобы ввернуть лампочку, и один дял того, чтобы он этого не делал.

Четвертый. Сколько китайцев нужно для того, чтобы ввернуть одну лампочку?

Десять тысяч, Алмаста: для того, чтобы преподать лампочке идеи культурной революции.

Пятый. Сколько анархистов нужно для того, чтобы ввернуть одну лампочку?

Все, Алмаста.

Шестой. Сколько негров нужно для того, чтобы ввернуть одну лампочку?

Ни одного, Алмаста: их больше нет, нет ни одного.

Седьмой. Сколько поляков нужно для того, чтобы ввернуть одну лампочку?

Один, Алмаста: но ему нужно много лампочек!

Восьмой. Сколько психов нужно для того, чтобы ввернуть одну лампочку?

Один, Алмаста: по три часа в неделю пять лет!

Девятый. Сколько психотерапевтов нужно для того, чтобы ввернуть одну лампочку?

Спроси Алмаста у Тиртхи. Существует большая вероятность того, что он предстанет перед тобой и спросит: «Когда ты начала так мечтать?»

Десятый. Сколько философов нужно для того, чтобы ввернуть одну лампочку?

Это вопрос, Алмаста, для Кришнамурти, не спрашивай у меня. Спроси у них и он попадет в состояние глубокой медитации и после этого спросит у тебя: «Ты имеешь в виду, как лампочка может ввернуть тебя?»

Вопрос:

Ошо, Я работала последние два года в Амстердамском центре Амитабх, и я узнала, что в процессе общения со средствами массовой информации или правительственными организациями, мы защищаемся и пытаемся сделать так, чтобы нас воспринимали как должно. Теперь давление усиливается. Особенно большие трудности у нас возникают с датским правительством, потому что нас отнесли к так называемым сектам. И сейчас наступил такой миг, что если мы будем продолжать в том же духе, нам придется отрицать наш внутренний опыт. Кажется, наступило такое время, когда нам нужно меньше приспосабливаться, делать меньше компромиссов, и меньше защищаться. Можете ли вы дать нам ваши советы относительно того, как нужно действовать в такой ситуации?

Самое важное - это помнить о том, что истина не должна защищаться. Это претит ее природе. Только представьте себе: если бы Христос, Будда или Лао Цзы защищались, человечество бы потеряло все ценное в их учении. Помните об этом также. Истина никогда не защищается и не выступает в качестве агрессора. Истина должна быть напористой.

Иисус сказал ученикам: «Заберитесь на крыши домов и кричите оттуда!»Потому что люди глухие. Если вы не будете кричать, они вас не услышат.

Только лжецы либо защищаются, либо агрессивны, истина никогда не поступает так. Истина просто такая, как есть. Она доступна, открыта.

Великий политик и философ Макиавелли написал в своем трактате Принц: «Если вы хотите, чтобы вас приняли как истину, даже если вы не есть истина, вы должны быть агрессивными, не защищайтесь». Но эти слова относятся к политикам. Потому что защищаться точки зрения Макиавелли, это значит проиграть. Само ваше желание защищаться показывает на то, что вы слабые, что вы боитесь, что вы хотите делать компромиссы. Истина не может этого делать. Ложь будет либо агрессивной, если она выигрывает, если она проигрывает, она начинает защищаться.

Кстати, внучка Макиавелли, Анадо, присутствует здесь. Она моя саньясинка. Если бы Макиавелли узнал об этом, он бы перевернулся в своей могиле, потому что я выступаю против политики. Политика в основном основывается на лжи.

Поэтому, Никетана, ты поступала неправильно с самого начала. Не нужно защищаться, не нужно делать компромиссы, не нужно приспосабливаться. Пусть лучше нас уничтожат, чем мы будем делать компромиссы. Потому что если истину распинают, это ее победа, когда истину распинают, она воцаряется на престоле.

Поэтому не бойтесь распятия. Хорошо умереть на пути к истине, а если мы делаем компромиссы и выживаем - это уродливо. Каждый компромисс означает то, что мы потеряли истину и упали в яму лжи. Чем другим еще могут быть компромиссы?

Я услышал о том, что датское правительство назначило комитет для того, чтобы расследовать деятельность так называемых сект. Но это чистая глупость! Как они могут расследовать не предвзято? Причем большинство людей, которые вошли в этот комитет, это христианские демократы. А как могут быть христиане не предвзятыми? Они называют это расследованием деятельности сект. Само слово секта полно осуждения. Христианство - это религия. И мои саньясины - это секта, культ! Это начало предрассудков. Как вы можете определить секту или культ?