Чтение онлайн

В это время метрах в шестистах от озерка, на узкой асфальтированной дороге в салоне "Нивы" разговаривали двое других мужчин. Были они ещё моложе Витька, лет тридцати. Жёсткие деловые лица, джинсовая одежда, городской вид контрастировали со старенькой потрепанной машиной.

–– Как думаешь, скоро нашим рыбачкам надоест удочки забрасывать? – зевнув, спросил сидевший за рулем.

Вопрос этот он задал не первый раз. Сосед только крякнул, поднял лежащую на коленях "Мотороллу" и негромко, с придыхом проговорил в рацию:

–– Третий, Третий, я – Первый. Доложи обстановку.

–– Кажется, они начали собираться, – донеслось через легкий шорох эфира. – Да, сматывают удочки.

Пассажир "Нивы" улыбнулся, взглянул на водителя и добавил в микрофон:

–– Работаем по третьему варианту. Возвращайся к повороту.

После этого он вызвал по рации Второго и сообщил о десятиминутной готовности.

–– Да все давно готовы, – снова широко зевнул водитель. – Возимся с этим старикашкой, как с писаной торбой. Надо было разобраться с ним, когда лежал в больнице. Один укольчик – и привет!

–– Достал ты меня, друг Серёга, – сказал руководитель операции. – Будь моя воля, я бы дал тебе лицензию на убийство, как у Джеймса Бонда, и отправил в свободное плавание. Ты бы сразу все наши заказы за день выполнил, – он помолчал и добавил: – "Кенгурятник" проверил?

–– Спецзаказ, – ухмыльнулся водитель. – Как бритвой режет. Или как ножом бульдозера. А ничего, что второго прихватим?

–– Более правдоподобно будет.

Рация снова ожила.

–– Первый, я Третий. Наблюдаю объект. Выходит к шоссейке метрах в трёхстах от вас.

–– Второй, Четвёртый, доложить обстановку. Готовность тридцать секунд.

–– Я – Второй, всё чисто.

–– Я – Четвёртый, до горизонта машин нет.

–– Четвёртый, возвращаешься самостоятельно, Третий, тебя подбираем. Ну, с Богом!

–– Трогай, Серёга, – спокойно сказал пассажир водителю. – И смотри не облажайся!

Кузьмич заметил вывернувшую из–за небольшого поворота дороги "Ниву" метров за сто пятьдесят. Увидел её и Витёк.

––Я голосну? – предложил он. Машина, казалось бы, замедлила ход, но метрах в десяти от рыбаков её движок взревел, водитель крутнул руль вправо и словно подкосил голосовавших.

Руководитель операции вышел из резко затормозившей "Нивы", спокойно прошагал к пострадавшим и сел на корточки около Кузьмича. Тот был ещё жив, пытался что–то сказать, но кровь уже проступила в уголке рта. Убийца удовлетворённо хмыкнул и вернулся на своё сиденье.

–– Поехали! Старикан больше получаса не протянет. Второй готов. А решёточка у тебя действительно острая, кровищи море. Мясник ты, Серёга!

10.

Заказав по телефону ужин, Алекс, Манфред и Джеки уселись в глубокие удобные кресла возле огромного во всю стену аквариума и продолжили разговор, начатый ещё в пути.

–– Итак, что мы имеем? – задумчиво сказал Клёнов, прикуривая сигарету. – Объём контрабанды – до трёх миллионов каратов в год, то есть примерно шестьсот килограммов необработанных алмазов, неизвестное месторождение, камни переваливают через Германию, Голландию, Швейцарию, Израиль… Информации не густо… Из того, что нам известно, можно сделать некоторые выводы. Во–первых, как я уже говорил, такое дело может организовать и реализовать только в правительственных кругах и связи со спецслужбами, полицией, таможней. В противном случае такой объём камней переправить за границу просто нереально. Во–вторых, если добыча алмазов ведётся в промышленных масштабах и на неизвестном месторождении, то следует искать истоки в странах, имеющих собственную развитую отрасль или хотя бы потенциальную возможность для её развития без привлечения иностранных фирм.

–– Ты исключаешь возможность такого участия? – с сомнением спросил Келер.

–– Это маловероятно, иначе "Де Бирс" наверняка уже бы пронюхала об этом, – ответил Алекс и, задумчиво помолчав, озабоченно добавил: – У меня такое ощущение, что господин Фишер кое–что недоговаривает…

–– Почему ты так считаешь? – насторожился Манфред.

–– Не знаю. Просто мне кажется довольно странным, что корпорация, контролирующая едва ли не всю добычу алмазов в мире, не знает о столь крупном месторождении. Им, по крайней мере, должно быть известно расположение перспективных районов. Есть же геологические прогнозы, спутниковые топосъёмки, да и образцы алмазов хотя бы приблизительно должны указать на место происхождения. Тут явно что–то не так. Что за игру они затеяли?

–– Я постараюсь выяснить это у Фишера, – нахмурившись, сказал Манфред.

–– Можешь не тратить на это время. Он тебе ничего не скажет, – Клёнов усмехнулся. – Обойдёмся и без этого. "Де Бирс" пытается распутать клубок, потянув за ниточку – ювелира. Это бесперспективно, так как они увязнут в проверке сотен, если не тысяч, магазинов и мелких ювелирных мастерских. Это всё равно, что искать иголку в стоге сена…

–– А что предлагаешь ты, Алекс? – с интересом спросила Женя, заметив в его глазах азартный блеск.

–– Я думаю, что нам не следует идти по тому же пути, – ответил Клёнов с улыбкой. – Что нам ещё известно об этом деле? То, что камни очень высокого качества и среди них высок процент уникальных, окрашенных в очень редкие цвета: зелёный, фиолетовый и даже черный. Такие камни проследить куда проще, чем обычные – "чистой воды". Вряд ли мафия будет торговать ими в необработанном виде. Хорошо обработанный бриллиант, да ещё цветной, стоит намного дороже, в десятки, а тог и сотни раз, а психология любого преступника – сорвать максимально крупный куш, выжать из аферы всё возможное в кратчайшие сроки. Что из этого следует?

Он внимательно всматривался в лица собеседников, пытаясь понять, уловили ли они ход его мыслей. Но те молчали.

–– Мне кажется, если следовать этой логике, алмазная мафия не ограничится лишь добычей и переправкой камней за рубеж, а развернёт и гранильный бизнес. А чтобы обработать три миллиона каратов нужны большие производственные мощности. Вряд ли они будут распылять их по десяткам мелких мастерских. Это дело очень хлопотное и опасное. Такое количество бесчестных ювелиров…

–– Так ты полагаешь, что мафия имеет где–то собственную крупную ювелирную фирму? – догадалась Женя.

–– Совершенно верно! – воскликнул Клёнов, довольный её сообразительностью. – Так легче контролировать всю цепочку и получим, максимальные прибыли.

–– А как же амстердамский ювелир? – засомневался Манфред.

–– Ювелир – лишь конечное звено, один из многих реализаторов, – ответил Алекс. – Он, как и прочие, может быть и не причастен к делам мафии. Я даже уверен в этом. Бриллианты попадают в магазины через фирмы–посредники или через перекупщиков, которые работают постоянно на рынке. Это – подставки – "однодневки". Они безусловно, в схеме, но найти их – ещё более бесперспективно.