Чтение онлайн

Эту легенду я знала. Некогда, еще до объединения Вестолии, король Вестрана Карл полюбил юную Джанелл, но девушка любила другого и вскоре вышла замуж за своего избранника. Король не смирился с поражением и отослал мужа Джанелл подальше от двора, кажется, на какую-то войну, а сам стал добиваться прекрасной дамы. Но Джанелл хранила супружескую верность и не принимала ухаживаний Карла. Тогда король прибег к хитрости: с помощью придворного мага он изменил облик и пришел к возлюбленной под личиной ее мужа. Джанелл не заметила подмены и несколько ночей провела с Карлом. После этого она понесла, и узнавший об этом король устроил скорую гибель ее супругу. Красавица долго горевала, но все же в конце концов согласилась стать королевой Вестрана, а Карл признал родившегося вскоре ребенка.

Мне эта история никогда не нравилась. И король подлец, и Джанелл дура — сначала подмены не заметила, а потом еще и простила убийцу любимого мужа.

Я пролистала книгу и нашла другую легенду. Тоже о короле, но в этот раз — добром и честном. Его звали Алвар. Однажды он повстречался с бедной девушкой, которая пасла гусей у стен его замка. Алвар влюбился в нее с первого взгляда, и хоть его и отговаривали всем двором, женился на прекрасной гусятнице. Вот так вот!

Древние сказания Вестрана увлекли, и я просидела в библиотеке до обеда. Я бы и после обеда туда вернулась, но у меня была назначена встреча с Джедом. Наконец-то у меня имелась хорошая новость для него: наверняка он сумеет попасть на прием в ратушу, а там встретится с Викторией и, может быть, объяснится. И еще одна любовная история получит счастливый финал.

Как это… грустно…

Перед встречей с оборотнем я решила еще раз наверняка убедиться в том, что его возлюбленная будет на балу в ратуше, и заглянула к Виктории. Задумавшись, забыла постучать и ввалилась в ее комнату без предупреждения.

Женщина стояла у стола. Услышав меня, она испуганно обернулась и со стуком захлопнула лежавшую перед ней шкатулку, которую я тут прежде не видела.

— Вы что-то хотели? — спросила она резко.

— Только узнать, пойдете ли вы на прием у…

— Сказала же, что да. И вы — тоже. Разве дэйна Агата вас не предупредила? Подумайте, что надеть.

Я вышла за дверь, размышляя, хочу ли вообще быть на том балу.

Джед

О приезде Эрнеста Вестранского я знал еще до встречи с Саной: город сошел с ума из-за этой новости. Мелись улицы, подстригались кусты, впервые с момента моего приезда заработал фонтан на центральной площади. Гостиница, где мы с Унго остановились, гудела как пчелиный улей: работники мыли окна и натирали полы, до блеска начищали канделябры и люстры, а кухня поражала немыслимыми ароматами. Все свободные на сегодня номера привели в такой вид, что любой из них достоин был принять саму королеву. Хоть ар-дэй герцог и должен был остановиться в особняке градоправителя, где ему и свите готовили целое крыло, хозяин гостиницы все же рассчитывал, что все придворные там не разместятся и окажут ему честь, расплатившись за ночлег в столь респектабельном заведении.

Знал я и о намечающемся бале в ратуше, но должен был увидеться с Саной и из ее уст получить подтверждение того, что баронесса Солсети с домочадцами его не проигнорируют.

— Да, дэйна Агата получила приглашение, — рассеянно произнесла девушка. Она вообще была сегодня рассеянна и говорила нехотя.

— Она его примет?

— Конечно. Здесь не так много развлечений, чтобы упускать такую возможность.

— Все пойдут?

— Вы хотите знать, пойдет ли Виктория?

Я хотел знать, уйдут ли все обитатели виллы, но, не забывая о выбранной роли влюбленного, кивнул.

— Да, она собирается. Приготовила роскошное платье, оно ей очень к лицу.

— Не сомневаюсь.

Кое-как удалось вытянуть из девушки, что на бал в ратушу семейство Солсети отправится в полном составе, баронесса собиралась взять с собой и юную лекарку, а значит, дом опустеет, как мне и было нужно. Я не старался скрывать радости от предвкушения успеха в затеянном мероприятии — подобные эмоции вполне вписывались в образ. Но Сана отчего-то моей радости не разделяла.

— А вы не боитесь? — спросила она, уже собираясь уйти.

— Предстоящего разговора? Да, немного, но…

— Не разговора. Разочарования. Вы ведь почти ничего о ней не знаете. Она очень красива, но достаточно ли этого? Могут ли серьезные чувства возникнуть так просто, с первого взгляда?

Разумные слова, которые я никак не ожидал услышать от этой чрезмерно романтичной особы.

— Я уверен в своих чувствах, — произнес я твердо.

— Тогда желаю вам удачи.

— Спасибо, она мне понадобится.

Но на одну лишь удачу полагаться нельзя, и оставшийся день я потратил на то, чтоб как следует все спланировать.

Въезд в город герцога со свитой я пропустил. Когда на площади гремел оркестр и раздавались восторженные крики толпы, я был уже на пляже, подходил к ведущей к вилле Солсети лестнице. Я знал, что калитка, которой пользовалась, приходя на встречи, моя невольная шпионка, не запирается, специально пару раз наведывался сюда ночью. Дождался, пока сядет солнце, и в сгустившейся тьме поднялся по лестнице. Войдя в сад, свернул с тропинки и пошел к дому напрямик. О том, что собак на вилле не держат, мне тоже было известно.

Баронесса с семейством уже уехала, и в доме остались только слуги. Те, у кого не было работы, наверняка сбежали на площадь, чтобы хоть издали полюбоваться праздником, а оставшиеся, думаю, выйдут наружу, когда начнется фейерверк. Унго с утра бродил по городу и разузнал примерный план готовившихся торжеств: сначала официальная часть, потом салют, а уже после — танцы и угощение для приглашенных.

Я достал из кармана часы и сверил время. Вот-вот должны раздасться первые залпы.

Интуиция меня не обманула: как только грянули выстрелы и в небе расцвели букеты разноцветных искр, из дома вывалилась кучка людей. С радостным шумом слуги пошли вглубь сада, видимо, туда, где было лучше видно фейерверк, а я, проводив их взглядом, выбрался из кустов и шмыгнул в дверь заднего хода. Внутри было темно, — но мне это не мешало: ночное зрение — один из врожденных талантов метаморфа — позволяло рассмотреть коридор с расположенными по обе стороны дверьми. Задавая Сане бессмысленные, на первый взгляд, вопросы, я сумел составить примерный план дома. Второй этаж меня не интересовал, достаточно того, что сейчас он пуст. А на первом сразу от входа для слуг начинались рабочие помещения: кладовые, кухня, комнаты горничных. Чтобы попасть на хозяйскую половину, нужно было пройти в широкие двустворчатые двери. Комната Виктории — первая, сразу у лестницы. В следующей, как я знал, жила моя рыжеволосая помощница, но туда мне было не нужно.

Апартаменты прекрасной вдовы удивили сдержанностью: никаких излишеств, милых женскому сердцу кружевных скатерок, лаковых картинок и фарфоровых статуэток. И никаких шкатулок. Впрочем, я и не ожидал, что Виктория выставит свою маленькую сокровищницу на видное место, и, припомнив привычки знакомых дам, принялся за поиски. Но странное дело: в платяном шкафу были платья, в шляпных коробках — шляпы, а в ящике для белья — белье. Под кроватью стояли мягкие комнатные туфли и ночной горшок. Под подушкой лежал мешочек душистых трав.

Я уже испугался, с запозданием подумав о том, что, отправляясь погостить к свекрови, дэйна шантажистка могла оставить шкатулку с письмами в каком-нибудь тайнике в Алвердо. Но тут же заставил себя успокоиться: для женщин, подобных Виктории, такие документы сродни чековой книжке, с ними не расстаются надолго. В шкатулке или в холщовой суме, но письма Лен-Леррона должны быть здесь! Еще раз оглядев комнату, я стукнул себя ладонью по лбу: ну не дурак ли! Дэйна Виктория — не романтичная девица. Она не станет хранить бумаги в ворохе белья или под подушкой. Для документов есть более подходящее место.