Чтение онлайн

…Когда они наконец поднялись, огонь наверху уже утих. Над дверьми по каменной кладке тянулся язык гари. Фесс тяжело вздохнул и вновь побрел вверх по ступеням.

Повиновение Империи, приказ надо выполнять.

Тави удалось обогнуть Хвалин, удалось миновать несколько расставленных у нее на пути засад. Урок пошел впрок, маги Радуги теперь не спешили навязывать безумной девчонке ближний бой. Теперь они скорее теснили ее, отжимая в бесплодные и безжизненные края, выжженные Смертным Ливнем, где вода до сих пор еще несла в себе следы лившегося с небес яда. Тави же, напротив, пыталась пробраться на Тракт, пробиться на юг – нечего было и надеяться оторваться от магов Семицветья тут, в лесах.

И все же разрыв между ними увеличился. Тави сжигала себя, в ход шло все, чему она успела научиться; девушка чудовищно исхудала, а когда оцарапалась, проступившая кровь оказалась темно-коричневого цвета. Сознание же с необычайной четкостью, и ясностью отсчитывало оставшиеся дни. Тави точно знала, через сколько времени она свалится без сил, став легкой добычей преследователей.

Если до того времени не случится чуда. И все-таки ей повезло. В момент предельного напряжения обостряются дремлющие инстинкты, жертва – словно судьба дает ей последний шанс – неосознанно чувствует, где преследователь. И, как правило, бежит прочь от него. Тави поступила наоборот. Она побежала навстречу…Она столкнулась с магами возле самого Тракта, что вел от Хвалина на юго-восток, к имперской столице. Развернувшись редкой цепью, около дюжины аколитов младших ступеней посвящения прочесывали лес. Тави тут скорее всего не ждали – она загнала себя почти насмерть, она бежала всю ночь без отдыха; из носа, не переставая, сочилась кровь.

«Я прорвусь или умру», – равнодушно подумала она.

Волшебница хотела устроить засаду, однако ей противостояли не зеленые новички. Они почувствовали ее раньше, чем она их, и успели подготовиться, перехватив ее возле самого Тракта. Было их немного, всего пять человек – остальные семеро оказались далеко от места схватки, – молодых, но уже тертых. Тави уловила дрожь великого Эфира, предвестник сплетаемого заклятья, инстинкт опередил сознание, она бросилась плашмя, одновременно воздвигая свой собственный щит, но чары – это не стрела, что безвредно пролетает над твоей головой, если тебе повезет вовремя нагнуться.

Ее не пытались убить, она нужна была Арку живой и только живой; очевидно, дело было уже не только и не сколько в том, что Тави знала, сколько в желании отомстить.

…Неподъемная, давящая и не дающая поднять голову Сила навалилась ей на плечи. Не пошевелить ни рукой, ни ногой.

– Я держу ее! – завопил ломающийся мальчишеский басок.

Какой прыткий, однако…

Терзая зубами и без того уже изувеченную губу, Тави тащила клинок из ножен. Теплая искра в груди не угасала, но молодые охотники действовали на редкость слаженно. Волшебница не могла разорвать цепей наложенного на нее заклятья.

«Неужели ты был прав, священник? Мы тяжко оскорбили богов, и удача отвернулась от нас…»

– Эй, вы, там! А ну-ка, хватит! – раздался вдруг с дороги дребезжащий старческий фальцет.

– Что такое? Это что еще за образина? – со всегдашним жестоким презрением молодости к старикам, рявкнул кто-то из аколитов.

– А ты посмотри на меня и узнаешь, – жизнерадостно предложил все тот же голос.

– Какого… А-а-а-а!!! – Вопрос прервался воплем такого дикого животного ужаса, что Тави вздрогнула. С разных сторон послышались истошное ржание, крики, треск кустов и быстрый-быстрый перестук копыт.

Прижимавшее ее к земле заклятие исчезло.

– Выходи, девочка, – сказали с Тракта. Прямо посреди осенней дороги, под низким серым небом, стоял старик в поношенном, залатанном плаще неопределенного цвета, в основном – цвета жидкой дорожной грязи. Совершенно обыкновенный старик, морщинистый, сутулый, с длинной спутанной бородой; голову покрывал засаленный платок, из-под которого во все стороны торчали седые волосы, явно забывшие как о мытье, так и о гребне. Правда, абсолютно ничего страшного в нем не было. Обыкновенный грязный нищий, какие во множестве шатались по имперским городам, несмотря на строгие указы Радуги против бродяжничества и угрозу попасть в работные дома.

И что же обратило в столь паническое бегство пятерку тертых аколитов Семицветья?

– Я их прогнал, – деловито сказал старик. – Смешно было б дать тебе погибнуть сейчас, Тави.

– Откуда ты меня знаешь? – с трудом прохрипела она. Наведенные самой на себя чары слабели, колени дрожали, ноги подкашивались, во рту – омерзительный вкус медной пуговицы, а в глазах – желто-синие круги пополам со звездами.

– Мы виделись, – сказал нищий, протягивая ей руку и помогая перебраться через канаву. Рука оказалась сухой и необычно сильной. – Может, ты вспомнишь пещеру гномов?

– Так это был ты… – только и смогла выдавить Тави, изумленно уставившись на волшебника. – Кто ты? Учи…

– Нет, я не твой Учитель. – Нищий покачал головой. – И, увы, не знаю его. Хотя хотел бы. А кто я… Видишь ли, у меня много имен. В этом мире меня знали как Заточенного.

Тави едва не лишилась чувств. Ноги ее подогнулись; хорошо, что старик успел обхватить ее за талию.

– Боги!.. – Она задыхалась, глядя на своего спасителя расширенными от страха глазами. – Когда мы шли сюда.., священник говорил, что.., что они верят – в тот день, когда ты выйдешь из своего заточения, наступит конец мира!

– Успокойся и пойдем, – мирно сказал старик, ведя Тави за руку словно маленькую. – Здесь нам делать нечего. Тебе нужна горячая еда, горячая ванна и трое суток сна. – Он улыбнулся.

– Кто ты, господин? – Тави предприняла попытку упасть на колени.

– Перестань! – всполошился маг. – Ну, хорошо, егоза, зови Акциумом. Не слишком люблю это имя, натворил.., много чего, пока его носил, но что уж поделаешь.

– Акциум, Акциум… – бормотала Тави, судорожно пытаясь отыскать в памяти это имя, – Не трудись, – заметил волшебник. – Я носил это имя в очень далеких местах.

– На востоке? – жадно спросила Тави. – На востоке, за морем?

– Н-ну… – помялся чародей, – можно и так сказать. И за морем, и даже еще дальше. Так далеко, что даже и не описать. Идем, идем! Не глазей так на меня. Нищих никогда не видела?

– А.., а почему же разбежались те, что…

– Показался им в другом обличье, – пожал плечами Акциум. – Иллюзия, ничего больше. Просто даже удивительно, что они поддались на столь простую уловку. Там, в пещере, пришлось куда труднее.

– Ты убил его?! – У Тави появилась надежда на то, что за Кан-Торога все-таки отомстили. Пусть даже и не она.

– Нет, – вздохнул Акциум. – Не удалось. Он.., скользкий и верткий. Его так просто не возьмешь. А тогда я еще не пускал в ход всю силу. Потому что, сама понимаешь, сидел под храмом.

– Заточенный.., но почему у белых Слуг Спасителя такая вера? Что стоит тебе…

Акциум опустил голову. Видно было, что говорить на эту тему ему неприятно.

– Тави, девочка.., давай не будем об этом. Мир наш и впрямь ждут трудные времена, собственно говоря, я потому и покинул свою келью. Эти козлоногие твари – они смертельно опасны. Хотя если разобраться и если верить пророчествам Илэйны, не должны они были препятствовать вашему прорыву. Вы ведь шли к Алмазному Мечу? Тави кивнула.