Чтение онлайн

Кольца должен был выбирать жених, и поэтому Мина и Шер долго ходили по ювелирным магазинам Кёнигсберга и некоторые им понравились. Но они уже были заказаны.

– Это распространенная модель, - сказал продавец, - гербовые обручальные кольца, к тому же они удобны. Но если вам нужно что-то особенное. Я могу вставить в серебро и золото любые камни, сделать любую надпись. Я могу сделать кольцо по индивидуальному эскизу.

– А я могу доставить вам индивидуальный металл? – спросил Шер?

– Да, конечно, если он плавкий и из него делают ювелирные украшения.

– Да, конечно, - подтвердил Шер. Он такой. Просто родий, он очень красивый на вид. Заплатим золотом.

– Кольцо будет по эскизу с рубином, - продолжил Шер, - И я хочу составить контракт, чтобы кольца были изготовлены только в двух экземплярах. Распространенную модель с гербом мы тоже купим.

– Откуда мы возьмем золото, любимый?
– зашептала ему на ухо Мина., испугавшись что он пойдет грабить на большую дорогу.

– На той планете, где сейчас обитают Оумага ни родий, ни золото никому не нужны - улыбнулся Шер, шепча ей в ответ.

Свадьбу справляли в замке Боненгалей. Которые подарили молодым часть своей земли где те смогли бы построить дом.

Мина подумала, что это будет очень скоро, поскольку золота у них может быть очень много. А среди ее помощниц Дома Гретель найдется сразу несколько тех. кто способен исполнять обязанности управляющих.

К тому же, у Эрты скоро должен быть родиться ребенок и Мине очень хотелось посмотреть на племянника.

В первую брачную ночь Шер и Мина, надев свои кольца, отправились на водопад. И Мина снова поглотила всю звездную сексуальную вспышку Шера.

– Ты становишься настоящей звездой, гладя ее по пламенеющему телу и целуя в горящие губы сказал муж

Эпизод 19

Плачущее сердце.

Их дом был построен, как и рассчитывалось скоро, Строили они не замок, ибо замок все равно был рядом и при случае мог взять под свою защиту всех жителей построенной по эскизу Шера усадьбы из камней скал, той приграничной территории, которую защищал замок Боненгалей. Усадьба была невообразимо хороша. Выглядела она как полукруглый двухэтажный лунный месяц. Перед нею был большой пруд, а сразу за ним полукругом был высажен сад. Вся усадьба располагалась овально. А сбоку располагались хозяйственные постройки. Мина была очень счастлива. Эрта сказала, что она не видела такой красоты даже в будущем и все прекрасно вписывается в обстановку этого мира. Шера она назвала гением и потрепала по мягким темным волосам. При этом глаза ее погрустнели, и она поспешила их покинуть.

– Шер, - позвала Мина, - тебе обязательно прикидываться именно этим человеком? Воспоминания о котором доставляют Эрте боль.

– Это не боль, - ответил Шер, - это сожаление от того, что у нее до Ульриха были другие мужчины. А этого клона она считает братом того человека. И он еще не умер. Война еще пока не началась. И я надеюсь, что мы сумеем ее предотвратить теперь, когда научились друг друга понимать.

У Эрты родился малыш, которого они назвали Марк, в честь дедушки. Он был так прекрасен, что Кристина постоянно смеялась, тиская его своими нежными руками, а Марк не смог сдержать слез радости. Он так мечтал об этом. Но его сын всегда противился его желаниям, пока не появилась эта женщина, перед желанием которой Ульрих не мог устоять.

– Он будет сильным, очень сильным, – сказала Эрта, заканчивая кормить ребенка и укачивая его, - и очень опасным, поскольку ген модбезопасности ему не вводился. Поэтому все мы должны воспитывать его так, чтобы у него в голове была своя модбезопасность, свой мощный нерушимый моральный стержень.

– Мы справимся, - сказал Ульрих, обнимая жену, - он первый из клана спасателей человечества. Через годик начнем делать остальных – вслух размечтался он

– Ты хочешь сделать из профессионального Убийцы крольчиху – гневно возмутилась Эрта, но потом стихла – ты прав, ради спасения мира, мне придется рожать до самой смерти.

Ульрих встал на колени возле люльки, обнимая жену:

– Ну не до самой смерти….. их же еще надо воспитать… с моральным стержнем, - улыбнулся он, - но ты ничего не бойся. Я всегда буду тебе помогать, я всегда буду рядом. Мы справимся

– Конечно, - улыбнулась Эрта, зажигаясь от страсти мужа, - сейчас он заснет, и пойдем, попробуем сделать еще одного спасателя?

– Ульрих крепко поцеловал жену в губы, а когда ребенок заснул, отнес ее в спальню.

Семейство Боненгалей поздравили уже почти все родственники и знакомые, даже из самых далеких земель. Кроме Мины и Шера, которые жили - рукой подать.

– Я боюсь, - объясняла Шеру Мина, - я боюсь начать завидовать им. У нас с тобой ведь никогда не будет детей. Я боюсь расплакаться от зависти прямо там.

– Может быть, попробовать усыновить сирот? – предложил Шер

– Нельзя взять себе детей из церковного сиротского приюта. Они же верующие. Увидят хоть раз в твоем поведении что-то не то и побегут докладывать Инквизиции, что ты дьявол.

– Знаешь, Мина, в конце концов, я могу забрать тебя куда угодно. В какую угодно страну. И начать все сначала. Давай рискнем. Давай я возьму хотя бы двух сирот, брата и сестру, я видел их в городе, они очень хотят жить в доме, в семье. В Рождество они таааак смотрели на дома, в которых семьи справляли Рождество, а потом вернулись в свой помойный закуток на заводе и плакали, обнявши друг друга.

– Хорошо, Шер, рискни. Приводи их сюда. Когда сможешь. В человеческой форме. И возьми денег, возможно, придется выкупить их договор на работу с хозяином завода. И я надеюсь – она строго повысила голос, - что ты не переплатишь этому живодеру.

Потом они пошли поздравлять Эрту. И Мина все-таки заплакала

– Я правда рада за вас братиком, Эрта! Ты веришь мне? – рыдала она, - но …. Маленький милый Марк, он такой хорошенький, что мне до боли хочется такого же от Шера.

Эрта обняла ее и сказала:

– Прости, Мина, за мое эгоистичное желание видеть тебя здесь. Конечно же, я верю, что ты рада за нас, я же эмпат. Я поступила очень эгоистично. Прости меня.

– Да ничего, - отмахнулась Мина, - наверное, я просто старею, - раньше я бы никогда не позволила себе расплакаться при людях.

– Знаешь, - сказала Эрта, - со мной было то же самое, когда я встретила Ульриха. До этого я не плакала никогда. У меня не было достаточных нужных эмоций. Может и у тебя так.

– Достаточные эмоции это хорошо или плохо – спросила Мина.

– Сверхэмоциональность – это эмпатия. Но, чтобы она не причиняла боли, нужна сверхрациональность. Они стабилизируют друг друга. – объяснила Эрта, - иначе эмпат погибает или сходит с ума. В основном от чужой боли.

– Значит эмпатия это не очень хорошо, - решила Мина, - и зря я к ней стремилась.

– Неотлаженная и не проверенная медиками и учеными – абсолютно точно нехорошо, - подтвердила Эрта.
– Но есть один вид эмпатии, который есть у многих-многих людей даже здесь. Это любовь. И пока ты любишь – частично ты можешь чувствовать чувства своего любимого человека и передавать ему свои чувства. А больно бывает от нее потому, что люди еще немодифицированы и надо помнить о рациональности. В тебе, Мина, ее много, тебе не должно быть больно от любви.