«Алое перо»
Шрифт:
– И что ты скажешь? – Кэти стало интересно.
– Скажу правду. Просто удивительно, как часто это срабатывает. Скажу, что у младшего Фезера появился неплохой шанс. Может, даже поймаю какой-нибудь заказ для нас… Никогда ведь не угадаешь. – Он так обаятельно улыбнулся, что Кэти поняла: это сработает.
Джей Ти Фезер был из тех, кто очень беспокоится о том, чтобы все было сделано правильно. Никаких путей наименьших затрат, чтобы власти никогда не проявляли никакого недовольства.
Кэти остановила фургон и с удовольствием отметила то, как было расчищено помещение. Мужчины поработали на славу.
– Вы понимаете, что это совершенно неправильно – делать все до подписания контракта.
– Вы же получили от них факс, мистер Фезер. Они так хотят.
– Но я всю жизнь работал по одному принципу: не начинать работу, пока объект не стал вашим по закону. – Мистер Фезер сильно хмурился.
– На этой неделе мы покупаем оборудование, и его нужно где-то установить.
– Ох, не на этой неделе, Кэти, будь разумной! Полы надо настелить, перегородки снести и поставить хорошие, потом еще большая работа по покраске… Тут сотня деталей, с которыми необходимо разобраться.
– О деталях мы поговорим позже. Мистер Фезер, Том сказал вам, что мы должны запустить дело к концу месяца.
– Этот парень всегда был мечтателем. Только посмотри на его замыслы насчет того или этого. Ты же рассудительная девушка и не принимаешь всерьез его расчеты?
– Ой, поверьте мне, это и мои расчеты тоже, и у нас уже запланирован заказ на последнюю пятницу января.
– Незачем суетиться, девочка, работа должна быть сделана как следует.
– Нет, сейчас нет времени на тщательность. Открываются еще три кейтеринговые фирмы. Они перехватят заказы, если мы не поспешим.
– Но правила, Кэти… – Он даже побледнел от волнения.
Было это лучше или хуже, чем ее собственный безрассудный отец, готовый поставить все деньги в доме на очередные бега, если бы мать не прятала их так хорошо?
– Я не стану вам мешать, мистер Фезер. Мне нужно снять кое-какие размеры для оборудования, которое я намерена купить сегодня.
– Сегодня?
Кэти услышала, как он задохнулся, но не подала виду. Она достала рулетку и прошла мимо него внутрь. Помещение стало выглядеть еще более пустым, когда громоздкие печатные машины вынесли и погрузили на трейлеры. Кэти присела на корточки, чтобы оценить, сколько здесь места для морозильника. Джеральдина сказала, что он огромный, но не сверх меры. Кэти быстро записывала результаты замеров в блокнот, когда увидела, что входит отец Тома, на ходу расстегивая верхнюю пуговицу рубашки, чтобы легче было дышать.
– Скажи, что все не привезут прямо сегодня.
– Ох нет! Сегодня я только поеду посмотреть. Аукцион завтра, так что есть время до конца недели. Мне просто нужно до конца дня разобраться, где должны быть розетки. Как вы думаете, можете найти электрика, чтобы он сделал все завтра утром?
– Мир абсолютно меняется, – сказал отец Тома.
– Расскажите мне об этом, мистер Фезер, – предложила Кэти, и он ушел.
Позвонил Том:
– Боюсь спрашивать, но как там дела?
– Не слишком плохо. А с твоей стороны?
– Я выиграл время, сказал им, что фирма отца великолепна и что мы пришлем им буклет. Только дай мне еще раз адрес того места с холодильниками и плитами, и я встречу тебя там.
Ее подруга Джун позвонила, чтобы спросить, могут ли они пойти в винный бар.
– Возможно, я никогда больше не пойду в винный бар до конца жизни, – ответила Кэти, отрываясь от особенно сложного замера.
– Да у тебя будет масса развлечений, когда ты станешь бизнес-леди! – мрачно произнесла Джун и отключилась.
Позвонил Нил:
– Как прошло у юристов?
Она сказала ему, что, похоже, нет никаких подводных камней или проблем.
– С законом всегда есть и подводные камни, и проблемы. За это и платят адвокатам, – возразил он.
– Ну, пока не видно. – Кэти хотелось поверить, что это станет, в порядке исключения, простой продажей.
– Что ж, ты получила лучших, – сказал Нил.
– Когда ты будешь дома? – спросила она.
– Боже, я не знаю! А что?
– Просто так. Эти дети…
– О боже, я и забыл о них! Где они сейчас?
– На Сент-Ярлат-Кресент, – ответила Кэти.
– Но ты же не оставила их у своих родителей? – Нил, похоже, изумился.
– Нил, мне ведь нужно было где-то их оставить. Я не могла взять их с собой к юристу, так? Или сюда, здесь же нечто вроде строительной площадки, полно всякого мусора, или тащить их осматривать оборудование перед аукционом, куда я сейчас и поеду.
– Но, Кэти… – начал Нил.
– Но что?
– Ничего… ничего. Увидимся позже.
Кухонное оборудование осматривали всего несколько человек. И это было почти в точности то, чего они хотели.
– Разве это не грустно? – шепотом произнесла Кэти.
– Понимаю, – согласился Том. – Я как раз об этом и подумал. Чья-то мечта разлетелась в дым.
– С нами такого не случится. – В ее голосе звучала бодрость, которой она не чувствовала.
И весь день их мобильники продолжали звонить. Что-то еще понадобилось адвокатам, появились какие-то новые проблемы у Джей Ти Фезера, Марселла хотела знать, не могут ли они все пойти на дневной киносеанс, Джеймсу Бирну нужны были новые подробности. И ни в одном из тех мест, куда они ездили, не было нормальной парковки. Никого из тех, к кому они приходили, не оказывалось на месте, и никто не знал, где они. К четырем часам Кэти с Томом отчаянно проголодались, но времени для остановки не было, так что Том купил им по плитке шоколада и по банану. И они как-то пережили этот день. Направляясь к Сент-Ярлат-Кресент, Кэти со стыдом осознала, что оставила там детей на слишком долгое время и что не купила им еды на вечер. Но они могли бы купить что-нибудь готовое по дороге домой. Неплохо для поставщика, подумала она.
Кэти до сих пор испытывала странное чувство, поворачивая на эту маленькую улочку с домиками, где было по две комнаты наверху и внизу, где она родилась и выросла. Ее отец всегда с гордостью рассказывал ей, как перевозил сюда их вещи в ручной тележке, а теперь она приезжала в белом фургоне или на «вольво» мужа. Она словно смотрела на свое прошлое с большого расстояния, и там все изменилось, но, с другой стороны, ничто не менялось совершенно. Это было место, где ее мать по-прежнему пыталась угодить всем недовольной Ханне Митчелл, хотя давно перестала работать в «Дубках». Здесь ее мать даже теперь испытывала нечто вроде благоговения перед этими ужасными и несчастными детьми, потому что они были Митчеллами. Ох, пожалуйста, думала Кэти, пусть там не случилось ничего жуткого! Пусть ее мать не стала чистить им ботинки, а отец не выманил у них все их карманные деньги.