Чтение онлайн

— Друг… — едва слышно прошептал Артемир, бессильно повалившись на спину, испуская дух с последними своими словами. — Прости меня, Раздавид.

— Что ж, этого не понадобилось. — отшвырнул пистолет умершего Артемира Датокил, — Парень ушел красиво, как и надлежит воину-вождю.

— Все кончено, как ты и хотел? — из дверного проема донесся скрип Пириуса, которому позавидовала бы и дверь, из-за которой он воплотился, словно призрак.

— О, да, теперь все кончено. — повернул к Пириусу свои черные глаза Датокил, скидывая утративший надобность шлем. — Замок захвачен?

— А почему же я здесь, по-твоему? — усмехнулся Пириус, переступая через край шкафа, ставшего приору смертным одром. На трупы Альзория и Артемира он даже не взглянул. — Замок наш, Старший консул Деятельного Совета, возглавлявший оборону города во главе рыцарской конницы, сдался. Победа достигнута.

Датокил ослепительно улыбнулся, схватив дыхание от восторга.

Пириус оставался более сдержанным, вторя бесстрастному Хрграру. Он понимал, что впереди еще будут восстания саргов и других нордиктовцев, которые придется подавлять, репрессии против прежних элит, установление нового режима и его распространение среди многочисленных народностей Вирида. Потому он подвел итог без обильных воздаяний торжеству победы:

— Это далеко не конец. Пойдем же, у нас впереди много работы…

Дополнительные материалы

Изрядное количество лет назад, гораздо раньше, чем земляне начали использовать в своих историях слова «давным-давно», да и раньше, чем появились сами земляне, а то и Земля, обреталась в одном из краев бескрайнего космоса Звезда… Яркое пламя ее беспокойной поверхности освещало несколько ледяных и безжизненных глыб, что вращались вокруг нее, но они не представляют никакого интереса, и упомянуты были лишь справедливости ради. Но этого нельзя сказать об одной планете, которая скромно составляет им компанию. Почему? Все просто — вода! Да, именно вода, этот незатейливый источник всего зеленого и цветущего, бегущего и ползущего, летящего и плывущего… Именно на одной-единственной планете этой системы есть вода. И сколько! Океаническая часть поверхности того космического обитателя поистине внушительна. Ну а там, где вода, да еще и благостная атмосфера присутствуют, высока вероятность зарождения жизни, и сие событие себя ждать не заставило…

Описание длительного процесса развития жизни от примитивных форм до высокоразвитых тварей слишком громоздкое и утомляющее, потому эта бездна информации, которой едва ли найдется здесь место, втеснена не будет. Достаточно сказать, что к моменту начала истории флора и фауна описываемой планеты слабо отличны от земных… Неправдоподобно, не так ли? Какова вероятность того, что жизнь в двух разных частях Вселенной будет ветвиться так, будто бы это две руки одного и того же человека, развивающиеся одинаково от момента его рождения, и до самой старости?.. Ну что ж, не стоит относиться к этому очень уж критично, ведь встречаются же люди-двойники, не имеющие родственных связей. Среди немногих отличий от Земли наиболее значительны денность и нощность, а именно: день длится тридцать часов, из которых двенадцатичасовая ночь(это в среднем, ведь на разных широтах темное время течет по-разному) непроглядно темна, ведь спутников, от которых отражался бы свет Звезды, планета попросту не имеет. Свет же немногочисленных и далеких звездочек тускнеет даже в ясную погоду, и внушает скорее тоску, нежели уверенность в ярко освященном пути…

Теперь бы необходимо упомянуть про ландшафт, дабы иметь хотя бы общее представление, каким образом твердь в том мире ширится и разделяется… Итак, посреди Вечного Соленого Океана, как его позже назовут, вольготно разложили свои безразмерные телеса два континента — северный Нордикт и южный Гунталь, разделенные меж собой широким проливом Сатиса, простым и прямолинейным, как длиннющее копье. Гунталь напомнил бы земную Африку, да и форма схожая, расширяющаяся от южного рубежа к северу, напоминая треугольник. Самое сердце континента — безжизненная песчаная пустыня Камата, испепеляющее жаркая днем, и промозгло холодная ночью. Гунталь очень скуп, и комфортный климат можно ощутить лишь в прибрежных полосах континента, где пальмы чередуются с сухими кустарниками и нечастыми озерцами, скудными речушками, вокруг которых собираются оазисы из сочной зелени, будто чудесные произведения магического искусства, нехарактерные для местных земель.

Нордикт куда более милосерден, нежели его южный сосед, и много больше по площади, сложнее по форме. Весь периметр континента по северу и западу представляет собой непроницаемые горные череды, восток и юг — протяженные песчаные и каменные пляжи. Природное многообразие Нордикта позволит ощутить на себе холод северных земель, богато приправленных снегами и северными сияниями, приятное тепло и свежесть центральных полос, украшенных цветочными лугами, жар южных границ, покрытых раскаленной пылью и растительностью, которую коварный Гунталь закинул со своих земель, словно лазутчиков во вражий стан… Весь нордиктов север находится на умеренных высотах, а граница с океаном увенчана огромной короной из непроходимых горных хребтов, одетых в вечно белые снежные шапки. Сами же прибрежные воды что с севера, что с запада, изобилуют торчащими скалистыми зубьями, вкупе с сильными волнами делающие эти самые воды непроходимыми. И вообще, многочисленные горные образования, будь то одиночки, или же целые гряды — это своеобразная изюминка Нордикта, которая впоследствии будет использоваться очень жадно… А уж реки и озера!.. Столь многочисленны бурные и журчащие артерии Нордикта, разносящие живительную, чистую влагу во все уголки благодатных земель, что не иссякнет никогда жизнь на этом континенте! Ну а юг… А что юг? Сказал про побережье Гунталя, считай, что и про юг Нордикта смолвил, разница в том, что ветры не такие черствые, температура гораздо комфортнее, да и живоносной зелени много более будет.

Легкомысленно было бы оставить в забвении одну из самых таинственных земель Вирида. Да, описываемая планета носит название Вирид. Но наделят ее сим красивым именем еще не скоро, потому и не было нужды в спешке ее именовать в этих строках… Ну так вот, неподалеку от северо-восточного края Нордикта, отрезанный Проклятым проливом(позже понятно будет, почему так зловеще прозвали его), прячется ото всея архипелаг Астия. Выглядит он так, будто бы уронили оземь Нордикт, и откололось от него несколько больших кусков тверди и множество маленьких, и оставили потом эти осколки, и покрылись они густыми лесами, чередующимися с широкими полями, омытые все вместе щедро холодными водами Колючего моря, волнами бьющегося в крутые берега островов…

Зеленая россыпь Астии не зря получила репутацию одного из самых таинственных уголков этого мира, но есть местечко и поинтереснее, где злобою пышет сама земная твердь… Но ведь таинственность зиждется на неизвестности, и потому неизвестность этого места будет сохранена. Пока что…

Теперь, со всеми условностями, можно сказать, что Вирид приразвеял туман неясности перед всяким, кто дочитал до этого места. Да, не нашла места здесь каждая кочка, каждое деревце и ручеек, однако, если воспрянет необходимость, описаны они будут вплоть до песчинки, листочка, капельки…

Но не случись того, что случилось после, повествование можно было бы и прекратить, однако!.. Всеми правдами и неправдами, под тяжкими усилиями эволюции, свершилось то, что, как и на Земле, считается поворотным моментом в жизни целой планеты — появление человека. Да, разумные представители людского племени появились далеко не сразу, развитие от местных приматов было длительным и избирательным, но с самого начала человеческие особи защитили свое право быть правителями своего мира, практически мгновенно распространившись от своей родины — юга Нордикта, до центральных и северных уделов материка, подавляя любое сопротивление со стороны флоры и фауны.

С самого начала осознания себя, как разумного существа, человек также примирился с тем фактом, что тварь он глубоко социальная, и потому разделение на племена, а потом и целые сообщества племен произошли очень рано, а вместе с тем и территориальная обособленность последних.

Так, шаг за шагом, век за веком, молодой человеческий род плодился и развивался, изменялся, в зависимости от среды обитания, и открывал для себя все новые и новые премудрости выживания. Но многие из этих премудростей к выживанию относились крайне неоднозначно… Да, как и земляне, люди Вирида рано переоделись из набедренных повязок в доспехи, сначала примитивные, сделанные из шкур диких животных, а потом, по мере развития ремесел, в более совершенные. Теперь, помимо болезней, диких хищников и несчастных случаев, людей стали убивать люди. Поводов для кровопролития становилось все больше и больше, но основным считался вопрос земель, а также закрепленных за ними ресурсов. Наибольшее влияние на ведение войн за территорию оказало искусство добычи полезных ископаемых и руд. Время напомнить строки, где было сказано, что горные естесства Нордикта будут злоупотребляться чрезмерно. Не было в том краснословцового лукавства, и изобилие разнообразных руд, особенно на севере, оказало людям, научившимся их добывать, и сделавшим их основой экономики, спорную службу…

Ко времени, когда человеческая цивилизация на Вириде достигла уровня развития, который землянин назвал бы «средневековье», на всей территории Вирида особливо выделялись пять народностей, с которыми было бы весьма занятно ознакомиться.

Посреди суровых северных уделов Нордикта, упираясь в горы и прокопав их вдоль и поперек, проживает величественный народ саргов, высокие и сильные представители которого заслужили репутацию воинов поистине умелых в руке и непоколебимых в сердце. Говоря про ремесленников и рудокопов Саргии, едва ли можно охарактеризовать иначе их рвение, мастерство и трудолюбие, нежели как безупречные. Светловолосые почти все, как один, сарги — умелые коневоды и всадники, а изобилие металлических руд на севере позволило им очень быстро освоить основы металлургии, а вместе с тем облачиться в тяжелые доспехи и вооружиться закаленными стальными мечами. Крестьянство в Саргии — неуважаемое призвание, да и жесткий климат не позволяет получить обильные урожаи, потому сарги все чаще и чаще подаются в горняки и воины, а разнообразное пропитание приносит торговля с южными соседями, ну или война…