Чтение онлайн

– Не хотел общаться с пациентами и выслушивать жалобы, – думая о чем-то своем, ответила Люда и тут же добавила пояснение: – Это не тот Александр, который победил Наполеона. Это мой бывший муж, а первый, потому что второй муж тоже был Александром. И чтобы не путаться, я их пронумеровала.

– Мудро, – согласился Саня.

– Ань, а ты пока придумай, чем мы можем испачкать ему руки, чтобы получить качественные отпечатки.

– Сажа из камина подойдет?

– Тащи. И еще чистый лист А4. При случае с Первым поговорю. Это же не к спеху? Так долго человек не знал, кто он, продержится в неведенье и еще некоторое время. А сейчас позвольте я вас осмотрю. Думаю, вы достаточно долго пролежали в беспамятстве.

– ???

– Саня, вы же не думаете, что мы просто так сюда прилетели? Вы почти сутки не отвечали на звонки. А беспокоить соседей мы не рискнули. Они здесь все возрастные и весьма впечатлительные.

– Ой, соседи! Люсенька, мне надо своим позвонить, а то Аркадия сейчас прискачет вместе с Платоном Петровичем и Джесом.

– А Джес это кто?

– Взрослый и огромный как слон неаполитанский мастиф.

***

Новая машина еще пахла автосалоном. Люда физически наслаждалась ездой – внутри все пело и ликовало. Не машина, а мечта.

– Кстати, как Марина Игоревна отреагировала на твой звонок?

– Не спрашивай, – в очередной раз выныривая из сумки и отвлекаясь от изучения ее содержимого, наморщила нос Аня. – Поинтересовалась, готова ли я в тридцать шесть лет стать сиротой, и добавила, что если буду продолжать в том же духе – моя мечта скоро исполнится.

– Суровый подход. Твоей маме надо было не филологом стать, а хирургом или патологоанатомом.

– Может, поэтому она и вышла замуж за медика…

– Саня спрашивал о тебе, – внезапно сменила тему Люда. – А именно – о твоей атаке на вожака этих малолетних уголовников.

– Да? – Аня искренне удивилась и тут же по пояс залезла в свой баул.

– Вылези наконец из своего рюкзака – по-настоящему раздражает, – и, не обращая внимания на отсутствие реакции со стороны подруги, Людмила продолжила: – Я ему рассказала, что защищать сирых и убогих, несмотря на значительное превосходство противника, – это особенности твоего характера. Мол, ты с детства малость не в себе: помнишь, как в школе старшеклассника ранцем лупцевала за то, что тот у первоклашки пытался деньги отнять? Он от удивления тогда чуть богу душу не отдал – еле отбили. А ведь был на голову выше тебя. Слышала легенду, а может, это и правда, о том, как Петр I себе солдат набирал: если испытуемый в стрессе бледнел, то его отправляли в обоз или в технические помощники, а если краснел – то пожалуйте в ряды славной русской армии.

– Это почему? – Аня, оставив поиски неизвестно чего, с интересом уставилась на Люсю.

– Бледность – это спазм сосудов, кровь от головы отлила, мозг не получает кислород, и человек, вместо того чтобы идти в атаку, падает в обморок. Ну а если краснеет – выброс адреналина, кровь бьет в голову – человек впадает в ярость, горизонтов не видит и с голыми руками на танки, «За Родину, за Сталина». Особенно если видит какую-нибудь несправедливость, и особенно относительно других.

– Это ты обо мне?

– О тебе, догадливая моя, и имей в виду: подобные героические личности если и умирают собственной смертью, то преимущественно от инсульта – то бишь кровоизлияния в мозг.

– Угрожаешь?

– Как врач – предупреждаю. Но до инсульта можно и не успеть дожить. Неизвестно чем бы закончилась та история со старшеклассником, если бы меня не было рядом. Помнишь, как я ему в лицо вцепилась – швы накладывали? А сейчас? Хорошо, Саня оказался такой особенный, а то оба уже лежали бы у Александра I в прозекторской. Хотя уверена, что до этого бы не дошло… – постаралась она успокоить Аню. – Сделаем все дела и дома по глотку хорошего вина выпьем. Ты же знаешь: у нас всегда и все заканчивается хорошо.

В ответ Анна смогла лишь судорожно дернуть головой, что, по-видимому, означало согласие, но Людмила (на всякий случай) уточнять не стала.

Зарегистрировав машину в ГАИ, они совершили небольшой (для поднятия жизненного тонуса) тур по магазинам и, припарковавшись у дома, стараясь забрать из салона одновременно все пакеты (обязательно же надо унести всё и сразу), устроили небольшую давку.

– Представляешь, если бы не было машины – вот как бы мы это все дотащили? – задыхаясь под тяжестью покупок, произнесла Анна. – А ты еще сопротивлялась и не хотела ее брать…

– Во-первых, мы бы столько не накупили и сберегли не только здоровье, но еще и кучу денег сэкономили.

– Ничего б мы не сэкономили – купили бы все то же, только в несколько заходов…

– Фефчонки!!! Как я фаф фас фифеть!!!

– О нет, только не это, – еле слышно пробормотала Аня и тут же, расцветая вымученной улыбкой, громко добавила: – Вовчик, дорогой, как ты вовремя! Давай помогай!

И они дружно взвалили на него большую часть пакетов. От неожиданности тот чуть присел в коленях, при этом заметно подрастеряв радость от их внезапной встречи.

– Фы чего там накупили? – кряхтя от натуги, спросил он, подозрительно багровея. – А лифт у фас фаботает?

– Нет, – выпалил они дружно и, переглянувшись, забрали у него большую часть покупок.

– Дефчонки, фы фто? – не очень сопротивляясь и не очень убедительно фуфыкнул Вовчик. – Ну, мофет, чаем напоете?

– Напоите чаем, а не напоете, – поправила его Анна и отобрала последнюю сумку. – А чай в следующей раз, когда лифт отремонтируют. Так что не скучай, скоро увидимся…

– Обязательно, – подхватила Люся, перехватывая оставшеюся поклажу, – Все, Вовчик, чао, мы торопимся. Дети ждут.

– Фефчонки, поговофить нафо, фавно не фифились…

Его голос пропал, как только щелкнул автоматический замок закрывшейся за ними двери подъезда.

– Вот же братики-ужастики. Надеюсь, что лифт все же работает, а то я здесь, на первом этаже все оставлю, – тяжело дыша, сообщила Люся, яростно давя пальцем на кнопку вызова.

Лифт работал.

– Столько людей задаются вопросом: что такое счастье? – Аня смотрела на сигнальное окошко, где цифры отмеряли количество этажей, разделяющих их с лифтом. – Философы, ученые, писатели, кто только ни пытался дать на него ответ, а вот для меня счастье в данный момент – исправно работающий лифт. По-моему, счастье – это умение ценить то, что у тебя есть сейчас и быть способным этому искренне радоваться. Здорово, если ты стремишься к большему и достигаешь, а если не получилось, ну и что, зато хватило сил и смелости попробовать. Мне кажется, что счастье – это уменье радоваться не только большому, но и малому. Надо просто шире открыть глаза, научиться замечать очевидные вещи. Любовь – счастье? Власть? Деньги? Спорные моменты. И в доказательство: «Сказка о золотой рыбке», Ромео и Джульетта… А «властители судеб человеческих»? – в большинстве своем с собой разобраться не могли. Или счастье – это когда тебя понимают. Но если бы лифт сейчас не работал, я бы под этими сумкам сдохла где-то между третьим и четвертым этажами и при этом мне было бы абсолютно все равно, понимает меня кто-нибудь или нет.

– Все, Джульетта, приехали, выгружаемся, – прервала подругу Людмила. – Насчет миллионов: если бы они были, тебе не пришлось бы таскать такие тяжелые сумки. Хотя, как ты говоришь, «это спорный момент», но главное я поняла: счастье – это сегодня и сейчас, а не вчера и не завтра, поэтому радуемся тому хорошему, что имеем, но мечтаем и стремимся к большему. Отсюда вывод: Анна, мы с тобой счастливые, но не ценим то, что имеем.

Повернуть ключ в замке она не успела. Дверь распахнулась сама, и навстречу им, радостно вопя, вылетели Поленька и Оленька.