Чтение онлайн

До спасительного хода было несколько ударов сердца, когда пол под ногами Калифа и его охранника мелко затрясся, а потом и вовсе пошёл ходуном.

– - Чёрт, не успеем!
– в отчаянии зарычал Конвойный, на ходу выхватывая из-за пояса компактную сферу из чёрного металла.
– Уходи!
– совсем как Мик недавно, крикнул он в лицо Калифу и с силой толкнул его в плечо, взлетел в воздух, крутанулся почти горизонтально вокруг своей оси и с размаху швырнул в громадную утробу своё незамысловатое с виду оружие.

Описав идеальную дугу, сфера взорвалась прямо в воздухе, не долетая нескольких сантиметров до раззявленных всполохов, в воздухе раскрылся прекрасный цветок, фиолетовый, с махровыми лепестками. Тонкие ниточки потянулись во все стороны от центра бутона и встали липкой сетью поперёк глотки огненного шара. Волк в его утробе взвыл и заскулил, клацая клыками, но, судя по всему, ничего не смог сделать: сетка, хоть и ненадолго, задержала его на расстоянии от запасного коридора. Не спуская широко раскрытых глаз с метущегося во временном заточении чудовища, Конвойный, спотыкаясь, поднялся на ноги и только тогда заметил, что Калиф, проклятый смертник и мерзкий наёмник, стоит у самой двери, пристально наблюдая за охранником. Заметив взгляд Конвойного, заключённый невесело хмыкнул, независимо, насколько это было возможно со связанными руками, развернулся к коридору и скрылся.

* * *

– М-мда, - скептически причмокнул языком Калиф, озирая преобразившегося Яра. Длинные, чуть ниже плеч, светлые волосы вампира на макушке топорщились ёжиком, удлиняясь по мере спуска ниже, а над висками практически отсутствовали, обрезанные до нескольких миллиметров. Одетый в длинную рубашку, штаны и сапоги до середины голени, он походил сам на себя лишь извечным безучастным выражением лица и целым арсеналом разнокалиберных серёг, кольцом огибавших левое ухо по краю. Налитые тёмно-вишнёвым вином крепкой выдержки радужки глаз были заменены менее вызывающими серыми линзами.

И в который раз Калиф успокаивался, озирая свой привычный наряд высококвалифицированного наёмника. А уж переводя взор на Гийома, заключённый чувствовал просто неприличный прилив удовлетворения и заливался громким гоготом. Бедный падальщик, уставший скалить зубы и бросаться на окружающих и по такому случаю лишённый магических пут, молча разглядывал узоры на каменном столе, изредка шмыгая носом - дёргал тонкими ноздрями. Худенький истеричный паренёк был, точно брюссельская капуста, упакован во всевозможные рюшечки, кружавчики, искусные паутинки шёлка и бархата и бесконечное количество бижутерии, порой, в самых неожиданных местах. Соответствуя своему новому амплуа парикмахера, парфюмера и художника по костюмам, Гийом ароматизировал едва уловимыми флюидами цветочной пыльцы.

– Это ты ещё её не видел, - обиженно прогнусавил мальчишка, имея в виду, разумеется, Саккх. Имени её за этим столом не называли: у каждого, как ни странно, были свои причины.

Вместо ответа Калиф ослепительно улыбнулся и, откинувшись назад, снова смачно, со вкусом рассмеялся. Надутый, как мышь на крупу, Гийом попытался было огрызнуться, выщерив острые клыки, как яростное веселье наёмника поддержала добрая половина столовой. Несмотря на матовые серые перегородки между столиками, на разодетого в пух и прах падальщика успела налюбоваться вся тюремная братия, коротавшая обеденные часы без всякой надежды на зрелища. А тут вдруг - такое! Да ещё и бесплатно! Похоже, мгновенно обежало столовую, начальство к хлебу добавило зрелищ!

– А, по-моему, она выглядит гораздо лучше, - меланхолично заметил Яр, маяча взглядом поверх макушки Гийома. Калиф вскинул голову, разом погасив насмешливые искорки в глазах, и присвистнул. Падальщик заинтересованно пискнул и медленно повернулся корпусом на девяносто градусов, оставив ноги в прежнем положении. Наёмник поморщился, обозрев ломаную фигуру сокамерника, и тут же забыл о нём.

В сторону женщины, выбивавшей толстыми подошвами армейских шнурованных ботинок уверенный шаг, было обращено всеобщее внимание уставших от однообразия заключённых. Саккх, затянутая в корсет с глубоким декольте, шуршала укороченной пышной юбкой из нескольких слоёв, верхний из которых за один край был прихвачен на талии. Короткие, в одну четверть, рукава с длинными воланами довольно странно смотрелись в сочетании с чёрными перчатками без пальцев и тюремным ошейником, отделанным под украшение. Возможно, в качестве бижутерии должен был выглядеть и миниатюрный, под женскую кисть, кастет. Вызывающий макияж - кофейная помада и сильно подведённые глаза - призваны были дополнить образ замужней аристократки. На самом деле, его наиболее полно дополняла мутная зелёная бутыль вина, словно только что вытащенная из графского погреба, где нетронутой пролежала не одну сотню лет.

– Откуда дровишки?
– деловым тоном поинтересовался Калиф, кивая на бутыль.

– Начальство расщедрилось, - Саккх небрежно выставила вино в центр стола и нога на ногу устроилась на стуле.
– Сердечно просили взять, мол, привыкайте к роскошной жизни.

– Ну и где тут роскошь?
– Калиф смерил презрительным взором бутыль.
– Ящик, говорю, где? С вином!

– Вы свинья, сударь, - хмыкнула Саккх.
– Ящик - это уже не роскошь, это - проверка на прочность.

– Ну так проверь меня! Должна же ты знать, кого берёшь на работу в охранники!

– Что слышно о нашем секторе?
– внезапно заговорил Яр. Саккх улыбнулась.

– Шарик сдулся. Насильственно. А волк был посажен в магическую клетку, заключённую в мощную пентаграмму. Кто успел его вызвать, Фокс решил не сообщать, а нам посоветовал не забивать голову "такой ерундой". Это его слова - не мои!.. Эй, наёмничек, ты алкоголик, что ли, в одиночку пить?

– Это не питьё, это лекарство, - восхищённо причмокнув губами от удовольствия, выдохнул Калиф.

– А поесть тебе ничего не предлагали?
– проскулил Гийом.
– У меня на лекарства аллергия.

– Поедите на месте, - металлический голос с нотками повеления прозвучал в разряжённой обстановке словно молниевый разряд. Яр слегка приподнял верхнюю губу, тут же зацепившись взглядом за руку Конвойного, прочно прижатую к поясу.
– Вам пора, - бесстрастно добавил Мик.

– Что-то ты странный какой-то на вид, парень! Не заболел?
– подмигнул Конвойному Калиф, на мгновение отрываясь от грубого стакана, вовсе неподходящего для коллекционного вина. Плавно откинувшись на спинку, он сделал резкий рывок, но преобразившийся охранник оказался быстрее. Мелькнула в протянутой руке узорная пластина, и столик с заключёнными накрыл сизоватого цвета колпак. На смертников с невообразимой высоты упал небосвод и с силой придавил к самому ядру заново обжитой планеты...

...Саккх безжалостно швырнуло куда-то в бесконечность. Под ладонью её замедленно и глухо стукнуло чужое сердце, и от этого звука, эхом отозвавшегося где-то в горле, она очнулась от забытья и широко открыла рот, жадно вдохнув воздух. В слегка подрагивающей полутьме, то и дело вспыхивающей тонкими яркими огоньками, точно это срывались с места и погасали в долгожданном полёте звёздочки, её заострённые в уголках глаза выловили тёмный силуэт. Человек?.. У неё не такой тонкий нюх, как у нечисти, но удивительное чутьё на опасности. Интересно, почему красная лампочка включилась только сейчас?..

– Яр...
– шепнула заключённая, не спеша убирать ладони с груди вампира и морщась от удовольствия при ощущении исходящего от него терпкого аромата могильного чертополоха. Два серых озерца зажглись красноватым огоньком, заставив Саккх отпрянуть и вновь приникнуть к смертнику.

– Где мы?
– его голос прозвучал на редкость ясным и осмысленным. Вампир...

– Не знаю, - беспечно пожала заключённая точёными плечиками.
– Разве есть разница?

– Разница - это когда ты просыпаешься неизвестно где неизвестно с кем?
– протянул Яр. Саккх рассмеялась.