ЖАНРЫ

Альтернативный чемпионат фабулы по прозе 2015
Шрифт:

– Сожрешь меня, да? – совсем приуныл рыцарь.

– Тьфу! Нет, конечно. Начерта ты мне? Я не ем мясо, к тому же рыцари жесткие и железки ваши в зубах все время стрянут.

– Просто убьешь?

– Слушай, я тебе что, живодер какой? Мыслишь стереотипно. Что, если я дракон, то сразу поля жгу, деревни разоряю, девственниц краду. И всех, исключительно всех пожираю. Так, что ли? – Кеша гневно уставился на рыцаря.

– А что, нет? – удивленно протянул тот.

– Нет, – сказал, как отрезал, Кеша. – Проиграешь – уйдешь и расскажешь всем, что стережет принцессу не просто дракон, а настоящий монстр.

– А почем знаешь, что я правду не скажу, – ехидничал рыцарь, сообразив, что поминки по нему на этот раз откладываются.

– Скажешь правду – опозоришься. Ни одна дама на тебя без смеха не глянет, а тем более замуж не пойдет. Так-то.

– Хитрый ты.

– В наше время без этого никак нельзя, – важно проговорил Кеша и направился к башне, но остановился, осмотрел рыцаря, прищурился и добавил: – Доспехи тут оставь. Оставь-оставь, никто не украдет. И мечик положь у кустиков.

Рыцарь немного помедлил, слегка посомневался, а потом все же стащил доспехи и воткнул меч в землю.

Как только Кеша подошел к входу, тут же уменьшился и, слегка косолапя, стал подниматься по ступеням. К слову, этих ступенек было очень много, и чтобы чем-то себя развлечь, дракон считал их про себя.

К тому моменту, когда они поднялись на самый верх, даже Кеша запыхался, а рыцарь, судя по виду, был практически мертв. Он покрылся красными пятнами, дышал с трудом и качался из стороны в сторону. Кеша жалости особой к спасителю дам не испытывал, поэтому распахнул дверь и затолкал туда мученика.

Увидев за столом принцессу Эльку, тасующую колоду карт, рыцарь встал как вкопанный, разве что корни не пустил.

– Что встал? Садись, играть будем. Выиграешь хотя бы два раза из трех, выйду за тебя, а нет, пойдешь лесом, – с этими словами Элька начала раздавать карты, не дожидаясь, когда соперник сядет напротив.

Кеша пристроился в кресле у окна, взял свою любимую книгу, надел очки и приступил к чтению. Он отлично знал, что менее чем через полчаса и этот воздыхатель прекрасной принцессы уйдет восвояси с пустыми руками, как и двадцать соискателей до него. Никто еще у Эльки не выигрывал, даже сам Кеша, принцесса резалась в карты с азартом и самозабвенно, но не чуралась иногда и сжульничать. Шулером она была. Может, ее кто когда и засечет за этим делом, но пока прокатывало. Потому и у этого рыцаря шансов-то не было. Дракону аж жаль было бедолагу и немного себя. Неизвестно, еще сколько раз повторится этот сценарий.

И в этот раз Иннокентий оказался прав. Рыцарь проиграл подчистую – 3:0 в пользу принцессы.

– Слушай, ну выйди ты уже замуж, – просил дракон, когда они с Элькой смотрели, как рыцарь уходит в закат, таща на плече завернутые в плащ доспехи.

– Нет, не выйду. Я предупреждала папеньку, что если не даст мне заниматься тем, что я хочу, так и помру старой девой, а замуж не выйду никогда. Пока он упрямится, и я буду.

Элька топнула ногой, нахмурилась и, забежав в свою комнату, громко хлопнула дверью. Кеша тяжело вздохнул и уткнулся в книгу.

«Не пойдешь, так не пойдешь. Чё орать-то? – думал он. – Интересно, когда ждать новую жертву?»

Кеша уже понимал, что переубедить принцессу невозможно, она слишком была похожа на своего батюшку, вот поэтому, когда эти двое встречались, от них буквально искры летели в разные стороны.

«Эх, правильно говорят: от осины не родятся апельсины. И уж точно от кактуса не родится нежная фиалка».

Кеша засмеялся, выпуская из ноздрей дым, и, поправив очки, вновь приступил к чтению.

Время покажет, может, и на этот кактус найдется свой дикобраз.

Нина Агошкова.

Самый Настоящий Принц

– Вот мне просто интересно, сколько ты ещё будешь крутиться и вертеться на кроватке? Песенку тебе спела? Спела. Спинку погладила? Погладила. Засыпай уже, Манюня!

– А сказку? – хитрыми глазёнками смотрит на меня дочь, – сказку-то не рассказала!

– Ты же все наизусть знаешь. Сколько можно их тебе рассказывать?

– А ты придумай новую!

– Хитрющая ты, однако! Ну, ладно. Только, чур, будешь мне помогать.

В сказочном лесу, на большой красивой поляне, стоял заколдованный замок. В самой высокой башне, на самом верху, жила-была…

– Рапунцель?

– Не угадала! Жила-была Царевна Лебедь.

– Нет, мам, в той сказке, у Пушкина, не было башни.

– А у нас будет. Так вот… Жила Царевна Лебедь. Днём она хозяйничала в башне, прибирала…

– Мам, разве царевны убирают в замке? У них же слуги есть!

– А эта жила без слуг, одна-одинёшенька.

– А что она тогда ела?

– Ты не спеши, сейчас всё узнаешь.

Так вот, днём она хозяйничала, а вечером садилась у окошка, доставала из шкатулки волшебное зеркальце и смотрелась в него. Только что была девушка – и вдруг превращалась в Лебедя, вернее, Лебёдушку, небывалой красоты. Вылетала она в окно и отправлялась на ближайшее озеро. Там плавала, ныряла и заодно ловила рыбу. Ведь ты правильно сказала, продуктов у неё не было, а есть хотелось.

И прожила Лебедь в ожидании Принца, который вызволит её из заколдованного замка, долгие годы.

Как вдруг поселился неподалёку от замка…

– Вредный Гном?

– Нуууу, пусть будет Гном. Он устроил себе домик под землёй, занимался своими гномьими делами, а заодно поглядывал в сторону замка. И живущая в нём Царевна ему очень нравилась. Но больше ему нравилось зеркальце, в которое гляделась она вечерами. «Ааааа, – с завистью рассуждал гном, – вот бы мне это зеркальце! Есть у меня под землёй и золото, и серебро, и каменья драгоценные, а такого интересного предмета нет! Надо его отобрать у девчонки. Заодно и летать научусь!».

Но пока зеркальце было у Царевны, и взлететь на башню без крыльев гном не мог. Как же быть?

– Я знаю! Можно верёвочную лестницу закинуть и по ней залезть, – подала идею дочь.

– Вот и Гном начал забрасывать лестницу. А Царевна ножницами чик – и перерезала верёвку. Он опять закинул – она опять перерезала. Закончилось тем, что вся верёвочная лестница вредного Гнома оказалась порезана.

Тогда он решил прорыть подкоп. По ночам, когда Лебедь улетала из башни, он рыл, рыл и рыл.

Поделиться с друзьями: