Чтение онлайн

Магнум сказал, что позаботился о лошадях. Заколдованная стража крепко спала.

Я взглянула в окно, за которым наверняка спал господин Крар. А потом впитала в себя вид ночного замка, освещённого лишь луной. Пробежалась взглядом по крышам и остановилась на огоньке окна самой высокой башни. В горле встал ком, мои глаза скользнули в сторону.

Мы двинулись к кромке леса, где ожидали две лошади. Магнум нагрузил одну из них моими вещами, проверил все ремни. Клара прижалась ко мне плечом, дрожа всем телом. Или быть может, дрожала я?

От осознания, что мы вот-вот расстанемся, возможно, навсегда, во мне разлилось ошеломление и неверие.

— Хотела бы я пойти с тобой, — прошептала Клара, а потом крепко и порывисто меня обняла.

— Не забывай, что у тебя в этом мире есть сестра. Я всегда буду стоять рядом с тобой, что бы не случилось, — взяв меня за руки, она посмотрела мне в глаза, отчеканивая каждое слово.

— А я всегда буду стоять рядом с тобой, — сдавленно прошептала я в ответ, как следует запоминая её лицо.

Клара ещё несколько мгновений смотрела на меня, а затем коротко улыбнулась и пошла прочь. Её маленькая фигура исчезла за воротами, так ни разу и не обернувшись. Меня будто пронзили тысячи ножей. Я оглянулась на Магнума, и заболело ещё сильнее, словно кто-то запустил мне руку в грудь и просто вырвал сердце.

— Идём, — проговорил он, отведя взгляд. Магия помогла ему взобраться в седло с одной рукой.

На лошадях мы быстро добрались до дальнего конца деревни. Магнум выглядел почти взвинченным, глаза его то и дело вспыхивали красным. Он осматривался и прислушивался, но всё вокруг оставалось спокойным.

Мы условились встретиться с Флос-Виной в лесу, недалеко от тракта, ведущего на восток от деревни. Мы с Магнумом остановились между большими деревьями, и время как будто остановилось тоже. Он снова проговорил заклинание, и я почувствовала охватившее меня тепло. Его никогда не приходилось о таком спрашивать, казалось, заботиться о ком-то у него в крови.

— Мне удалось достать портальный амулет, — вдруг сказал Магнум, и я удивлённо на него взглянула.

— Как? — только и сумела сказать я.

— У директрисы. Она не знает зачем, но согласилась, — пожал он плечами так, будто бы это ничего не значило. Но это значило очень много, это значило всё.

— Что ты пообещал ей взамен? — нахмурилась я. Внутри разлилась благодарность и чувство вины за то, что ему приходится идти ради меня на какие-то жертвы.

— Ничего, — Магнум, наконец, посмотрел на меня. По-настоящему посмотрел, впервые с тех пор, как мы покинули пределы замка. В полумраке его глаза казались совсем чёрными, а тени делали лицо потусторонним. И всё же это был он. Увидимся ли мы снова? — Но за твою безопасность я бы отдал многое, — в тишине леса его тихие слова прозвучали громко, словно гром, и пронзили меня в грудь, заставляя дыхание сбиться.

— Я… — закончить мне не удалось. Раздался странный треск, Магнум выступил передо мной, я выглянула сбоку.

Мгновение спустя в десяти метрах от нас появилась низкая фигура, укутанная в теплый плащ с большой сумкой за спиной. В лунном свете блеснули многочисленные украшения в густой копне волос.

— Ненавижу это, — выругался знакомый голос. Флос-Вина.

— Флос-Вина, — позвал Магнум, и фокса вздрогнула, обернувшись. Она осмотрела нас яркими глазами, блестевшими в темноте.

— Дела плохи, не так ли? — нахмурилась она, подойдя ближе. Магнум достал из кармана массивный медальон и протянул ей.

— Настрой его как можно ближе к Лисьим землям. Дакса Августа хочет убить Алу, у нас очень мало времени, кто знает, когда она прибудет сюда со своей сворой, — отчеканил он, не давая Флос-Вине вставить ни слова. Она лишь кивнула и, схватив медальон, отошла подальше. Глаза её начали светиться зелёным светом.

— Лошадей он не перенесёт, я взял их на всякий случай, — он снял мою сумку и поставил передо мной. Где-то сбоку Флос-Вина продолжила заниматься магией, но я забыла об этом, стоило Магнуму посмотреть на меня.

— Терпеть не могу прощаться, — вымученно сказал он, двигаясь вперёд. Лицо его исказилось от множества невысказанных чувств. Я тоже шагнула к нему навстречу, и мы замерли в шаге друг от друга. Наше дыхание спуталось, образуя облачка, стоял мороз, а снег хрустел под ногами.

— Это магический светильник, он загорается по твоему касанию, — Магнум вложил в мои холодные руки шарик. — Пусть он освещает твой путь, — этот подарок растрогал меня до глубины души.

Что я могу ему сказать?

Слово «спасибо» казалось ничтожно маленьким и никогда не могло отразить всю степень моей благодарности. Не только за помощь, не только за спасение. Я хотела поблагодарить за тепло, за разговоры у камина и осторожные прикосновения. За внимание, за сухой юмор, за тёмные глаза, за всего него. За то, что он тот, кто есть и за то, что встретился на моём пути и пошёл со мной рядом. Пусть недолго, но всё же рядом.

А ещё эгоистично хотелось позвать его с собой. В тот мир, в котором ему совсем нет места. Флос-Вина говорила, что в Лисьи земли вхожи только фоксы и никто другой. Но на краткий миг я позволила своему сердцу озариться мечтой, в которой он пошёл со мной. Что я смогла узнать о нём ещё больше, что я смогла узнать о своих чувствах к нему больше.

Но мы не в сказке, которую я читала Кларе перед сном.

Это мир, в котором мы оба считаемся изгоями, но неожиданно нашли друг в друге родственные души.

Слов накопилось так много, но их уже не имело смысла произносить.

Я могла бы шагнуть вперёд. Совершить что-то совершенно безумное. Что-то такое, что сделает происходящее ещё более невыносимым.

Я могла, но не стала. Ради нас обоих.

Поэтому я спрятала шар в карман и просто взяла его за здоровую руку, скользнула большим пальцем по выступающим костяшкам и сказала:

— До свидания, Магнум, — имя легло на язык легко, в нём отразились все те чувства, что я отказывалась назвать.

— До свидания, Алу, — отозвался он, крепче сжимая мои пальцы.

А потом он поднял мою руку вверх и склонился вперёд, опаляя замёрзшую кожу своим тёплым дыханием. Я вздрогнула, когда сухие губы коснулись моей ладони в кратком прикосновении, а потом к тому же месту прижалась его тёплая щека, по моим пальцам скользнула колкая щетина.

Изнутри меня обожгла невыносимая тоска.