Чтение онлайн

— Мы что будем делать? — отворачиваясь от них, обратилась Чародейка к Аерис. — Нас так поднять не сможешь?

— Можно попробовать партиями, — с сомнением произнесла Аерис.

— Ну уж нет! Только не меня! — обхватив себя руками, возвестила Сунор.

— По-моему, ты только что жаловалась, что Аерис не поднимала тебя так до этого, — напомнила ей Сельма ледяным тоном, каким она обычно обращалась к дочери Дамрафа — с абсолютным равнодушием и неуловимым (но в то же время всеощутимым) презрением.

Сунор не ответила, только надула губы и отвернулась к Хаарту.

— Если честно, не совсем уверена, что кто-нибудь не упадёт, — призналась Аерис. — Практики, видимо, не хватает. Я ведь совсем не привыкла управлять какими-то сверхъестественными силами.

Сельма слегка улыбнулась.

— В магии нет ничего сверхъестественного, Эльфийка.

Внезапно лицо Аерис изменилось.

— Что-то не так? — нахмурилась Сельма.

— После того, как я встретила своих соплеменников, этих чистокровных эльфов, — произнесла она с презрением, — у меня совсем не осталось желания зваться Эльфийкой… — Аерис подняла взгляд наверх. — Надеюсь, ребята справляются…

— Трое против троих, — отозвался Хаарт. — Они точно справятся.

Сельма отметила про себя, что рыцарь наконец-то начал принимать участие в общих разговорах. Что ж, это отличное продвижение.

— Брось, Эльфийка, — обратилась она к полуэльфке. — Я уверена, что не все эльфы так уж плохи. Сама посуди: в тебе эльфийской крови ровно наполовину, но, тем не менее, в тебе нет ничего от этих мерзавцев.

Аерис улыбнулась ей благодарно.

Эйдан тем временем что-то тихо говорил Змейке. Она слушала внимательно, с улыбкой, но Чародейка заметила, что в её глазах стоят слёзы. "Чёрт бы побрал эту Сунор", — с раздражением подумала волшебница.

Змейка слушала Эйдана и еле сдерживала себя, чтобы не заплакать. Девушка не знала, каким раньше был этот человек, хоть и отлично понимала, что именно он подставил весь мир под страшную угрозу. Но сейчас ей было невыносимо его жаль. В последнее время Эйдан говорил уже почти без ошибок, хоть и не мог строить длинных предложений или использовать какие-то речевые обороты. Но, казалось, он понимал абсолютно всё, что происходило вокруг него. И иногда он говорил такие вещи, что Змейка только оттого, что понимала: ему будет ещё хуже, если она разрыдается, — сдерживала свои слёзы.

Змейка положила ему на щёки свои ладони и ласково улыбнулась. И тут какая-то неведомая сила поднялась внутри неё, обняла всё её существо и, казалось, завладела её сознанием. Змейка скользнула ладонями по лицу Эйдана и соединила кончики пальцев на его затылке. Эйдан замер и не дышал, с трепетом глядя на будто озарённое внутренним светом лицо девушки. Змейка потянула к его лбу и запечатлела на нём поцелуй.

Когда она отстранилась от него, Эйдан всё так же, задержав дыхание, глядел на неё, но это был уже другой человек.

Джара готова была завопить от радости, когда, откуда ни возьмись, за спинами Эмриса и Ноэмина, осыпавших её градом атак, появились Ивор и Тэллар. Она и завопила. Эльфы развернулись как раз вовремя, чтобы отразить атаки Сокола и Грифона.

— Откуда вы взялись? — весело улыбаясь, спросила Джара у парней, рьяно скрещивающих мечи с клинками эльфов.

— Прилетели на крыльях! — так же весело отозвался Ивор.

— Мы же Ангелы, — хмыкнул Тэллар. — Джара, сзади!

Джара обернулась вовремя, чтобы успеть ускользнуть от удара поднявшейся на ноги Элеа, в руках которой был зажат огромный булыжник. За её спиной стояла, занеся руку с ножом для удара, Найна, но она, видимо, так и не смогла заставить себя вонзить нож в спину эльфийки.

Джара на неё не злилась. У неё, впрочем никогда не было известного синдрома "первого убийства", но женщину она понимала. Та прожила полвека и никогда никому не причиняла вреда. Это слишком тяжело… Тем более, Джара ведь не получила камнем по башке.

Элеа развернулась к Бестии. Её красивые глаза налились кровью, в них читалась всепоглощающая ненависть.

Джара, держа руку с мечом эльфийки вытянутой, чтобы сохранять между ними дистанцию, приблизилась к лежащим на земле ножнам со своими мечами. Совсем рядом дрались Ивор с Эмрисом и Тэллар с Ноэмином. Звенели мечи, слышались вскрики и ругательства. Джара подняла свои мечи, затем подбросила клинок Элеа, поймала его за лезвие и протянула хозяйке.

— Бери. Я не как вы. Пусть я и человек, и имя моё никак, я не желаю убивать тебя безоружную. Да что ты встала, бери свой меч и принимай бой.

Элеа вдруг кинула булыжник в Джару — та еле успела увернуться — и тут же резко дёрнула рукоять своего меча, развернув его так, что лезвие слегка порезало пальцы Джары. Закапала кровь. Бестия зашипела, обнажила свои клинки и отбросила ножны в сторону.

— Ах так, значит, — произнесла она, глядя в горящие яростью глаза эльфки. — Не хочешь по-хорошему? Будем по-плохому!

— Ты совершила последнюю ошибку в своей жизни, — процедила Элеа, — дрянь.

Джара сдвинула тонкие брови.

— Я собиралась просто проткнуть тебя, теперь же буду рубить голову.

Элеа взревела голосом, совсем не вязавшимся с её красивым и, казалось, хрупким, лицом, (впрочем, это самое лицо теперь было так искажено гримасой злости и ненависти, что вряд ли кто назвал бы его прекрасным) и набросилась на Джару.

Бестии, несмотря на своё отношение к Элеа, пришлось признать в ней настоящего мастера меча. Хоть у наёмницы было два меча, а у эльфийки только один, особых преимуществ Джаре это не давало. Элеа дралась, как разъярённая тигрица. Но Джару не зря прозвали Бестией.

Её удары были молниеносными и точными, и эльфка демонстрировала чудеса ловкости рук и быстроты реакции, успевая парировать их один за другим. Один раз Джара чуть не оступилась: ей под ноги попался тот самый булыжник, два раза угрожавший размозжить ей голову. Элеа это дало шанс пойти в атаку самой, и она его не упустила. Клинки встречались, сталь звенела, будто отрывистая звонкая песня.

Обманным выпадом Джара заставила противницу оставить незащищённой грудь, и один из её мечей метнулся туда, но Элеа успела исправить свою ошибку, поэтому кончик лезвия лишь проехался по коже под ключицей эльфки, оставляя за собой кровавый след.

Элеа разъярённо вскрикнула и с новой силой обрушила на Джару град атак. Джара защищалась, чуть отступая вбок. Эльфийке показалось, что под её напором девушка ослабевает, но на самом деле Джара без ведома самой Элеа разворачивала её так, чтобы та оказалась спиной к обрыву.

Краем глаза Джара увидела Эмриса, истекавшего кровью, кое-как успевавшего отражать удары Ивора. Чуть дальше маячили фигуры Тэллара и Ноэмина, но девушка не могла их как следует разглядеть.

Ослеплённая своей яростью и всецело поглощённая схваткой, Элеа не понимала, что сама шаг за шагом приближает себя к смерти, отступая под напором ударов Джары.