Альянс Ангелов
Шрифт:
— Вернётся в своё Братство, — повторил Ивор, — и будет там почётным членом, или получит звание Верховного мага — или даже станет председателем Братства. А нас друиды убьют за то, что мы упустили книгу, разрушили храм и потеряли медальон. Вот что произошло, Джара, — абсолютно спокойно говорил Ивор.
Джара замотала головой.
Эйдан не мог меня обмануть. Ивор просто не понимает… Просто он не знает… Он не слышал вчера его слов. Эйдан был таким… нежным. И он сказал… он столько всего сказал… Он не мог так поступить…
— Нет, Ив, нет…
— Что — нет? Джара, да что с тобой? — Ивор помолчал, глядя на неё, потерянную, не верящую в предательство Эйдана. Он шагнул к Джаре и опустился около неё на колени. — Джара, я тебя не узнаю. Ты же наёмница. Ты Бестия. Ты не строишь глупых иллюзий.
Почему если я влюбилась, Грифон, это обязательно должно быть глупой иллюзией? — подумала Джара с раздражением. — Почему ты, Ивор, считаешь себя самым умным? Почему ты думаешь, что знаешь меня лучше, чем я сама? Ты меня не узнаёшь? Может, ты вообще меня не знаешь? Может, я не хочу совершать только те поступки, которые оправдают твои ожидания. Почему ты вообще злишься на меня? Может быть, Эйдан был прав?…
— Эйдан предал нас. Предал тебя и…
— Замолчи, — резко оборвала его Джара. — Не желаю слушать этот бред. Эйдан вернётся. И он не такой, как ты думаешь.
Ивор встал на ноги, отошёл от неё на шаг.
— Будешь его защищать? Оправдывать? Да ты ведь его вообще не знаешь! Он мерзавец, Джара…
— А ты, что ли, знаешь? Почему ты его ненавидишь? — вскинула она на него горящий взгляд.
Ивор задохнулся.
— Почему? Бестия, да он…
— Ты его ненавидишь, потому что завидуешь, — выпалила она.
— Завидую? Я? — поражённо переспросил Ивор.
Джара молчала.
— Послушай меня, Бестия! Мне нечего завидовать этому лживому предателю! Не говори ерунды, открой глаза, осознай правду, Эйдан тщеславный лицемер и подлец, и давай закончим этот разговор и придумаем, как выбраться отсюда, пока нас не нашли друиды!
— Не говори о нём так.
— Я говорю как есть!
— Да ты просто… просто ревнуешь!
— Что?… — задохнулся Ив. — Ревную?!
— Ты злишься из-за того, что я с ним!
— Ты имеешь в виду, с ним, а не со мной, да? Это ты имеешь в виду?!
Джара закусила губу.
— Ив, — сказала она, избегая его взгляда.
— Иди на все четыре стороны!
Он развернулся и пошёл прочь.
Джара медленно сползла с камня, на котором сидела, на землю и зарыдала. Она плакала долго, пока не заметила, что солнце уже заходит. Потом, немного успокоившись, она долго смотрела на камень, где должен был открыться портал. Должен был. Но не открылся.
Девушка огляделась. Вокруг был лес. В сумерках она видела хорошо, но что толку? Она не знала, куда идти. На какое-то время она поверила, что сейчас придёт Ивор. Не может же он её бросить одну посреди леса. Он ведь… всегда её выручает. Поддерживает. Джара смотрела на деревья, и ей казалось, что ещё чуть-чуть подождать, и ветви разойдутся в стороны, пропуская Ивора. Он остановится и посмотрит на неё, как всегда смотрит, когда она в очередной раз что-нибудь выкинет…
Но, чёрт возьми, это не какая-нибудь моя выходка, за которую Ивор строго скажет "Бестия!", а потом улыбнётся, больше не в силах на меня злиться. И Ив не придёт…
Она долго смотрела в ту сторону, в какую он ушёл — ушёл, ни разу не остановившись и не оглянувшись. Но Ивор так и не появился.
Он не вернётся. Не придёт…
Отчаяние нашло путь в её сердце. Снова подступили слёзы, она поддалась, заплакала и легла на остывающую землю.
— Прости меня, Ив, — молвила она. — Я идиотка, чёрт меня побери!
Джара ударила кулаком по земле, перевернулась на спину и вперила глаза, полные горьких слёз, в темнеющее небо, стараясь бороться с рыданиями и противным комом, подступающим к горлу и мешающим дышать.
Неужели я его потеряла?…
А ночь тем временем вступила в свои права и окутала Лес Друидов беспросветным мраком. Луна спряталась за тяжёлой тучей, и звёзды не одарили в ту ночь землю острова Гирит, принадлежавшего славной стране Аронвард, своим мерцанием.
Среди деревьев шли друиды, искавшие своих спасителей. Они чувствовали, что портал был активирован, и в радости шли, чтобы встретить Книгу Стихий, которую надеялись получить от смелой черноволосой девушки, носившей друидский медальон. Неприятное же их ждало разочарование, когда они обнаружили на земле около телепортного камня жалкую, растерянную, плачущую девочку, в которую превратилась храбрая, бесстрашная героиня. Она лежала измученная, рыдающая, отчаявшаяся, без книги, без медальона и без своих спутников.
— Убить её, — холодно приказал главный друид. Но друидка, стоявшая подле него, покачала головой. Это была та самая, что заметила медальон на груди у Джары.
— Нет, Кельдан. Нет.
— Миерна? Ты что-то чувствуешь насчёт этой девушки? — спросил Кельдан. Он всегда доверял тонкой интуиции своей сестры. Он прислушивался к её советам, к её предсказаниям, всегда сбывавшимся. — Мы не должны её убивать?
— Не должны. Оставь её в живых, брат. Она по ошибке завладела медальоном, и тогда я не сумела распознать этого. Но они ведь нашли Книгу, хотя тот волшебник предал их, а её друг покинул её, оставив в отчаянии и одиночестве. Мы можем использовать её несчастное состояние. Мы сделаем её одной из нас.
— Миерна! — воскликнула другая друидка. — Ты серьёзно? Она ведь непосвященная!
— Так посвятим её, — ответила Миерна. — Я чувствую. Мы должны сохранить ей жизнь, но мы не можем выпустить её за пределы нашего леса. Значит… Что-то смутное подсказывает мне, что когда-то она поможет нам, отблагодарив за свою сохранённую дважды жизнь.
— Мы сделаем, как ты говоришь, сестра, — произнёс Кельдан.
Джара приоткрыла глаза, затем, обнаружив вокруг мягкий полумрак, приподнялась и, подождав, пока глаза привыкнут к темноте, огляделась. Она лежала на постели из аккуратно выложенных сухих листьев какого-то дерева, неизвестного ей или просто неузнанного в темноте. Вообще она находилась в небольшом тёмном помещении, в котором не было пола, лишь выровненная земля. Она подняла взгляд. Деревянные стены уходили высоко вверх, и никакого потолка в помине не было. Джара внимательнее пригляделась, и у неё создалось впечатление, будто она находится в пустом стволе большого дерева.
Она осмотрела себя. На ней ничего не было. Джара огляделась в поисках своей одежды, своего оружия, но ничего не нашла. Выхода из этого помещения тоже не обнаружилось. Девушка уселась на свою постель и задумалась.
Вспомнила недавние события. Отчаяние, угрызения совести, муки и страдания, упрёки — всё вновь вернулось к ней. Сердце опять сжала тоска, чувство вины, ощущение какой-то безысходности. Чья-то безжалостная рука ворочала в ране три кинжала, вонзённые в сердце. Тройное предательство. Эйдан предал её, Джара предала Ивора и предала себя.