Чтение онлайн

— Сэр Александэр, не продемонстрируете ли, как надо правильно обращаться с этой хитрой штуковиной? Я очень много слышал об этом русском способе охоты на медведей, но вот теперь несколько теряюсь…. В чём тут смысл? Ну, не метать же в медведя эту рогатину?

— С удовольствием объясню, государь! — ответил Егор и, забрав из рук короля рогатину, неторопливо подошёл к чучелу медведя.

Он пристроил на своём животе торец древка рогатины, приставил «рога» к груди чучела и приступил к подробным объяснениям, послушать которые тут же захотели все персоны, находящиеся в столовом зале замка:

— Зимой, как всем вам известно, господа и дамы, медведи крепко спят в своих берлогах. Первым делом надо отыскать такую берлогу и — при помощи длинных палок — выгнать зверя наружу. Медведь при этом впадает в сильнейшую ярость и от этого сразу же встаёт на дыбы, ну, как вот это чучело…

— Страшный такой! — скорчила испуганную гримаску маленькая Лиза Бровкина.

— Ерунда! — успокоил двоюродную сестрёнку Петька. — Вона, у моего папеньки рогатина какая, большая и надёжная!

Откашлявшись, Егор продолжил:

— Итак, медведь выбрался на свежий воздух и встал на задние лапы…. В этот момент охотник должен вот так упереть древко рогатины, а её острые «рога» воткнуть зверю в грудь. При этом надо, чтобы за спиной храброго охотника находилась надёжная опора: толстый ствол дерева, например, или просто — вертикальная скала. Ну, в общем, и всё…

— Как — всё? — не понял Карл. — А кто же убивает медведя?

— Никто его не убивает, — терпеливо объяснил Егор. — Он сам умирает — от потери крови. Охотник, опираясь спиной о скалу, держит зверя на своей рогатине. Медведь, ничего не понимая, пытается достать человека и напирает вперёд, всё глубже и глубже нанизываясь на острые «рога»…. Вот, через часдругой зверь и погибает — от потери крови…

— Очень мужественно — так долго держать разъярённого зверя на этой русской рогатине, неотрывно глядя при этом в его дикие и страшные глаза! — восторженно заявила прекрасная графиня Кенигсмарк. — Наверняка, при этом испытываешь совершенно невероятные ощущения…

«Вотвот, а я что говорил?», — недовольно заныл дальновидный внутренний голос. — «Ничего хорошего не стоит ждать от этих роковых красоток, они только провоцировать большие мастерицы — на всякие вредные глупости…. Головы им рубить, не ведая жалости! И все дела…».

Шведский король задумался на минуткудругую, после чего разродился чередой заинтересованных вопросов:

— Можно ли летом ходить на медведя с рогатиной? Бывает ли, что погибает сам охотник? Принято ли в России, чтобы охотника страховали его друзья, оснащённые надёжными ружьями?

«Будь осторожней со словами, братец!», — заботливо посоветовал осторожный внутренний голос. — «Очень похоже, что наш шведский шалопай всерьёз заинтересовался этим опасным мероприятием. Как бы не приключилось беды…».

Егор надел на физиономию маску озабоченности и, обеспокоено покачивая головой, начал отвечать, дисциплинированно учитывая очерёдность прозвучавших вопросов:

— Летом, ваше величество, охотиться с рогатиной на медведя невозможно. Как заставить зверя встать на дыбы? Далее, охотники тоже иногда погибают. Медведи, они же очень тяжёлые, древко рогатины иногда не выдерживает и ломается…. Подстраховка с ружьями? Конечно же, это надо делать в обязательном порядке: и рука у охотника может дрогнуть, да и нога неожиданно поехать, поскользнувшись…. Только полностью сумасшедшие отказываются от страховки. Они, в основном, и погибают…

— Что ж, я всё понял, спасибо! — неопределённо пожал узкими плечами шведский король, нежно проведя ладонью по дубовому древку рогатины, заметил вскользь: — Как медведя заставить летом встать на задние лапы? Тут надо подумать…. У меня в специальной, очень просторной яме содержится на цепи матёрый косолапый. Если, допустим, десять гренадёр возьмутся за цепь, обмотанную наверху вокруг большого валуна, и сильно потянут за неё? Потянут, отпустят, снова потянут? А? Так ведь можно запросто заставить медведя встать на дыбы…. Впрочем, это будет не почестному. Совершенно не порыцарски…. Ладно, придётся, всё же, подождать до зимы. Но зимой, сэр Александэр, я обязательно воспользуюсь вашим чудным подарком. Обязательно! Честью клянусь!

Карл Двенадцатый был насквозь прагматичным молодым человеком. Слегка грубоватым, консервативным, полностью чуждым сентиментальности и не имеющим никакого представления о хороших манерах и условностях, принятых в высшем европейском обществе.

Поэтому сразу после краткой процедуры взаимных представлений и лекции об особенностях национальной русской охоты на медведей, шведский король перешёл к делу, заявив:

— Сэр Александэр! Я рад видеть вас лично, членов вашей семьи и ваших благородных друзей. Ну, и всё такое…. Только вот со временем у меня туго: вечером с приятелями выезжаю охотиться на благородных оленей. Задумчивый вечерний закат, нежный утренний рассвет, мускулистые и величественные красавцырогачи…. Вы меня, надеюсь, понимаете? Просто отлично! Так вот, до обеда остаётся ещё порядка двух часов, и мы успеем подробно поговорить о делах. Тем более что я не люблю — во время трапезы — обсуждать серьёзные вещи. Да и к разносолам и прочим экзотическим блюдам я полностью равнодушен. На войне питаюсь только свежими овощами, запивая их чистой ключевой водой. А на охоте могу предложить гостям только мясо дичи, убитой мной, запечённое и зажаренное над огнём и углями, да крепкое шведское пиво. Настоящему воину всякие утончённые излишества совершенно ни к чему…. На чём я, простите, остановился? Ах, да! Вы же, сэр Александэр, не станете меня уверять, что прибыли в Стокгольм только ради праздного любопытства? Тут мне доложили, что на мачтах ваших кораблей подняты отнюдь не русские официальные флаги, а это понимающему человеку говорит о многом…. Кстати, кто придумал такие замечательные знамёна? Я имею в виду этих симпатичных, золотоглазых чёрных кошек?

— Моя жена, княгиня Александра Меньшикова! — ответил Егор и тут же поправился. — То есть, уже бывшая княгиня….

— Полноте, бывших князей и княгинь не бывает! — Карл склонился в почтительном полупоклоне перед Санькой. — Отнять княжеское достоинство, я имею в виду настоящее, природное княжеское достоинство, не по силам никому…. Княгиня, примите мои уверения — в самом искреннем почтении! — тут же позабыл о Саньке и продолжил свой прерванный разговор с Егором: — Предлагаю разделиться на две группы. Женщины и дети останутся в доме — в обществе моей прекрасной и взбалмошной Авроры. Здесь много забавных и интересных игрушек: ножи, сабли, пистолеты, мушкеты, чучела.… Кроме того, в дальней комнате стоят клетки со всякой разностью: ужи, шустрый хорёк, барсучата, лисята, щеглы, скворцы, старенький филин. Короче говоря, детям в замке будет весело…. А дамы будут заняты умными разговорами о последних веяниях моды, моя Аврора расскажет вашим спутницам свежие и пикантные сплетни из жизни европейских королевских дворов…. Мы же, мужчины, немного прогуляемся по свежему воздуху, поболтаем о серьёзных мужских делах. Вы не против, господа?

— Государь, извините меня! — неожиданно вмешался в беседу Томас Лаудруп, так и не выпустивший из своих рук кривую арабскую саблю. — Но к какой из этих двух групп отношусь я? Мне — буквально на днях — уже исполняется тринадцать лет…

— Тринадцать лет? — рассеянно переспросил шведский король. — Это очень солидный возраст! В тринадцать лет я уже убил своего десятого медведя…. Тебя ведь Томасом зовут? Ты, Томас, безусловно, являешься настоящим мужчиной и можешь пойти вместе с нами. Кстати, эту саблю дамасской стали можешь забрать себе. Дарю! Только смотри, не порежься! А то у твоей матушки, мадам Гертруды, такие глаза…. Боюсь, что она большая и очень умелая мастерица — устраивать славные головомойки…

Отойдя от бревенчатого замка километра на полтора, они вышли на овальную полянку, поросшую белым мхом. На середине поляны располагался прямоугольный, грубо сколоченный стол, по периметру которого были расставлены такие же грубо сколоченные скамейки и табуреты.

— Добро пожаловать, друзья, в мой лесной кабинет! — вежливо махнул левой рукой Карл, опираясь правой на дарёную медвежью рогатину, которую он зачемто прихватил с собой. — За этим столом мною было подписано множество важных бумаг. Например, о переустройстве работы шведского Сената, об объявлении войны Дании…. Давайте, сэр Александэр, рассказывайте о вашем деле, не стесняйтесь!