Чтение онлайн

— Айна рассказала мне, что очень много лет назад на месте этого озера была самая обычная каменистая площадка, только очень ровная. На ней совершенно ничего не росло: ни деревьев, ни кустов, даже обычного мха не было. И вот, примерно семьдесят лет назад — Больших Солнц, как говорит Айна — на площадку неожиданно опустился большой серебристый, эээ…, сплюснутый шар (или диск?) на трёх ногах. Из шарадиска вышли люди. Только немного не такие, как мы. Ростом повыше, но очень худые и неуклюжие…. Необычные люди стали общаться с эскимосами и атабасками. Некоторые даже, эээ, крепко подружились с индейскими женщинами. Одним из таких шустриков и был прадед Айны. Так она говорит. Через несколько Больших Солнц странные люди ушли навсегда. Туда, откуда и пришли, то есть в небо. Когда их серебристый сплюснутый шар улетал, то под ним образовался толстый столб жёлтокрасного пламени, загремел ужасный гром, вся округа утонула в клубах белосерого дыма. Потом в небе промелькнула яркая вспышка, на этом всё и закончилось…. Когда густой дым рассеялся, то выяснилось, что на месте каменистой площадки образовалась странная, шаровидная выемка. Потом наступила зима, с небес выпало непривычно много снега. Весной же, когда весь снег растаял, то образовалось это необычное, яркоголубое озеро. Вот такие дела, командир…. Что скажешь по этому поводу? Бред, или как?

— Похоже на правду! — искренне ответил Егор. — Чего ты, Ваня, удивляешься? Мало, что ли, необычного и странного мы видели за время нашего долгого путешествия? Вспомни Аргентину, Новую Зеландию, Полинезию, Вьетнам…. Чего только не бывает на этом странном свете!

— А как же Бог, Александр Данилович? — очень серьёзно спросил Иван.

— В смысле?

— Так если летающие человечки, действительно, были, значит, Бога нет?

— Так уж и нет! — состроив многознающую гримасу, усмехнулся Егор. — Наверняка, Бог есть! Как же без него, родимого? Только он, скорее всего, совсем не такой, каким мы его себе представляем. Все эти попы и прочие служители разных культов — такие путаники и хитрованы…. Всё сводят ко всяким обрядам да молитвам, мать их всех!

Преодолев ещё полторы мили, они вышли на берег второго, овального и светлоизумрудного озера. Несмотря на приятный цвет воды, от озера веяло недобрыми предчувствиями и ярковыраженной опасностью. Тропа словно бы чувствовала эту опасность: подойдя к озеру вплотную, она тут же отворачивала почти на девяносто градусов.

Чуть в стороне, из густых кустиков черничника, над которыми располагался уже знакомый типовой навес, вверх поднимался ароматный табачный дымок. Оттуда же доносились отголоски оживлённого разговора на странной смеси датского и шведского языков, взаимные приязненные смешки.

«Понятное дело, драгунский капитан и Томас Лаудруп остановились на плановый привал», — констатировал невозмутимый внутренний голос. — «Тем более что все другие отстали. А вот костра, благо сегодня погода тёплая и без дождя, опытный Йохансен разводить не стал. Зачем, спрашивается, терять время понапрасну?».

Егор, не мешкая, демонстративно громко откашлялся и спросил поанглийски:

— Мы вам не помешаем господа?

После этого он, абсолютно невежливо давя каблуками сапог крупные и спелые ягоды, уверенно прошёл под навес.

— О, достопочтенный сэр командор! — тут же неизвестно чему обрадовался черноусый Йохансен. — Вы уже подошли? Извините, но мы с Томасом не сможем составить вам кампанию. Наша трапеза завершёна, мы уже выходим на маршрут…. А вы проходите под навес, располагайтесь, отдыхайте! О, мадам Айна! Вы как всегда великолепны! Господин подполковник Ухов, наш боевой привет!

Айна торжественно провела указательным пальцем правой руки по своему маленькому европейскому носику и слегка поклонилась, а вот её бравый муженёк… Ванька застыл — словно небесным громом поражённый, слегка приоткрыв рот и зачарованно вглядываясь удивлёнными глазами в изумрудную гладь овального озера.

— Вот же, мать его! — чуть испуганно выдохнул Ухов. — Всегда думал, что такие гады живут только в бабушкиных сказках…

Метрах в ста двадцати от береговой линии из зеленоватой воды озера высовывалось нечто: длинная чешуйчатая шея, на которой располагалась большая, почти прямоугольная голова. Насколько большая? Наверное, со стандартный ямщицкий возок. Голова имела овальные, совершенно неподвижные жёлтые глаза — с чёрными вертикальными зрачками. Из пасти чудовища торчал хвост большой рыбины…

Беспокойный внутренний голос тут же оживился: — «Богата эта загадочная северная землица сюрпризами и неожиданностями! Инопланетяне, спаривающиеся с земными женщинами, клыкастые ньянги, кровожадные моржиубийцы, теперь — натуральное лохнесское чудовище заглянуло к нам в гости. Вернее, это мы — к нему…».

Собаки отнеслись к появлению гигантской желтоглазой головы на удивление спокойно: приветливо гавкнули пару раз, радостно повиляли лохматыми хвостами, после чего, как ни в чём не бывало, вернулись к повседневным делам — поиску полевых мышей и вычёсыванию блох.

Йохансен, хищно улыбнувшись, пояснил:

— Вот именно поэтому я — ещё две недели назад, при первом посещении этих мест — и принял решение: проложить тропу в обход Изумрудного озера. Это я его так назвал…. Кто знает, что у чудища на уме? Подплывёт тихонько к озёрному берегу, неожиданно бросится, да и утащит зазевавшегося путника под воду.

— А как же навес? — не удержался от вопроса Томас Лаудруп. — Может, стоило и место привала перенести подальше от берега?

— Осторожность — осторожностью, мой молодой и неопытный друг, но никогда не стоит переоценивать опасность, — Йохансен покровительственно потрепал молодого датчанина по плечу. — На месте привала, если ты не заметил, имеется пятиметровый обрыв, монстру его явно не одолеть. А вот дальше берег понижается, там уже присутствует нешуточная опасность. Ладно, хватит языками молоть. Хватаем нашу поклажу, и вперёд!

— Подожди, капитан! — вмешался Ванька Ухов. — А, может, того…. В смысле, поохотимся на это чудовище, а?

Швед неопределённо хмыкнул и мечтательно прищурился:

— Я уже думал над этой перспективой. Светлейшая княгиня Александра (долгих ей лет безбедной жизни!), милостиво выделила немного спирта, и я в подходящем бочонке заспиртовал голову клыкастого ньянга, убитого рядом с горной расщелиной. Если к этому бочонку добавить и второй, где будет храниться голова озёрного монстра, то это будет…. Это уже будет — настоящая коллекция! А за коллекцию и полновесных денег можно выручить многократно больше…. Только вот, как добыть озёрный трофей? Наверняка, эту животину, обросшую крепкой чешуёй, не взять обычными ружейными пулями. Эскимосские гарпуны, к которым прикреплены воздушные поплавки? Это более реально! Только и опаснее — на порядок…

— Зачем — эскимосские гарпуны? — загорелся УховБезухов. — Мы разберём на составные части корабельную пушку! Отдельно притащим и чугунную платформуоснование. Смастерим большой плот с досчатым настилом. На настиле укрепим чугунную платформу, соберём орудие. Потом выйдем на плоту в Изумрудное озеро, крупной рыбы набросаем — в заранее выбранном месте, недалеко от берега. Сами же затаимся в засаде, например, за какимнибудь маленьким островком…. Глупое чудоюдо неосторожно всплывёт, голову высунет из воды, озирая окрестности. Мол, а где тут дармовая рыбка? Тутто мы по нему и пальнём картечью! Причём, целиться будем сугубо в шею, что бы не повредить головы…. Только вот, где же взять такую большую бочку, чтобы в неё влезла голова этого чудика? Нет у нас такой! Незадача…. Впрочем, можно в бочонке заспиртовать только жёлтые глаза монстра. За них тоже могут от души отсыпать золотых монет! Тот же русский государь, Пётр Алексеевич, он страсть как любит всяческие необычные редкости…

Неожиданно Айна нахмурилась и, строго посмотрев на Ваньку, непреклонно заявила:

— Нельзя убивать инги! Инги — хорошие. Они рыбу едят. Людей — не едят. Их любить Небесная Тень. Нельзя — убивать инги!

— Да и лишнего времени у нас нет! — поддержал девушку Егор. — Вот же придумал, охламон безухий: корабельную пушку тащить через Чилкутский перевал! Умник, одно слово…

— Да ято что, — смущённо замялся УховБезухов. — Просто предложил, чтобы помочь капитану составить коллекцию. Нельзя? Нет времени на охоту? Эти чудовища любимы местными богами? Да без вопросов! Умолкаю и повинуюсь!