Чтение онлайн

– Через недельки две буду в сознание приводить.
– шаман задумчиво погладил изумрудный листик в основании косы на левом виске, - Еще неделю на калибровку сигналов головного мозга думаю потратить, а потом уже понемногу и мышцы в порядок приводить, да ходить начинать пробовать.
– орк прислонился плечом к дубу, - Работы с ним предстоит еще много, у паренька атрофия нижних конечностей страшная, не мышцы - тряпочки какие-то, такое ощущение, будто он ими никогда не пользовался.

– Ты ж его четыре месяца с отключенной двигательной функцией тела держишь, - справедливо заметил тролль, - ему все мышцы в порядок приводить нужно будет, не только ноги.

– Там все нормально, - отмахнулся Кай, - в норму вернется быстро, а вот с ногами вообще труба, придется еще чего-нибудь выдумывать.

Орочий шаман дернул ухом, резко обрывая разговор, развернулся лицом к охотничьему дому и тихо обронил:

– Нас обнаружили.
– Кайтар поморщился, призывая черный клинок из глубины души, - Идем спокойно, не торопясь, мы только спрашиваем дорогу.
– шаман сунул клинок в сумку за спиной, оставив торчать только рукоять, - Ты тупой как бревно, на всеобщем, кроме матов, не знаешь ни слова, говорить буду я.

– Грат тухк.
– кивнул тролль, вешая на шею духовные четки, словно это обычные бусы и снимая значок ордена с жилетки.

– Мрутта якх.
– громко поблагодарил Кайтар, снимая и свой значок.

Стерев с лиц злые усмешки и погасив огонь ненависти в глазах, побратимы уверенной походкой хозяев жизни ступили на плотно утоптанную тропинку, выходя из-под кроны деревьев под лучи лунного света. Громко переговариваясь на тролльем языке, шаманы двинулись к дому. Проем двери осветился тусклым светом масляного фонаря в руках седого старика одетого в лилово-желтую ливрею дворецкого.

– Кого там на ночь глядя нелегкая принесла?!
– старик поднял выше медный фонарь с небольшим оранжевым огоньком трепещущим за стеклом.

– Круор мал тат, тра ирэдт!
– прорычал шаман, вступая в круг света, - Кинемал, тра ирэдт, дорога чел-век?

– Чего?
– старик задрал голову, рассматривая побратимов без тени удивления на морщинистом лице.

Шаман нахмурился, мучительно подбирая слова:

– Чел-век, Кинемал, идти дорога, тра ирэдт, где?

– Не понял.
– маска невозмутимости на лице старика не дрогнула.

– Они спрашивают дорогу в Кинемал, Оррин.
– донесся мелодичный с жеманными нотками голос.

В дверях показался стройный молодой человек лет восемнадцати на вид, облаченный в темно-синий шелковый халат и мягкие тапочки. Породистое немного вытянутое бледное по столичной моде лицо с мелкими, даже кукольными чертами отталкивало капризным изгибом подведенных алой помадой губ, подкрашенными тонкими бровями и голодными, подведенными тушью водянистыми глазами с длинными ресницами. Привалившись спиной к косяку и медленно наматывая каштановый локон длинных вьющихся волос на холеный тонкий палец, молодой человек представился, ткнув в себя пальцем другой руки с изящным золотым колечком на нем по замысловатой траектории:

– Баронет Влессимир Тормульд.
– сверкнув мелкими зубами в белоснежной улыбке, баронет игриво протянул: - Можно просто Лесс. Это дом моего отца, барона Тода Тормульда.
– мурлыкнул он многозначительно, закатывая глаза и обводя бревенчатый сруб рукой, - Любим мы тут иногда развлечься.

– Кайтар.
– указал на себя орк и, кивнув в сторону тролля, представил его: - Кхат.

– Приятно, очень приятно!
– расплылся в улыбке баронет и спохватился: - Ох, что же это я веду себя с гостями как нерадивый хозяин, если узнает папенька, будет мной очень недоволен!
– молодой человек картинно всплеснул руками и немного посторонившись, освободил проход.

– Проходите-проходите, будьте как дома, сейчас Оррин накроет на стол, и будем ужинать.
– Лесс облизнул накрашенные губы и пояснил вопросительно рыкнувшему орку: - Есть будем, ням-ням!

– Есть, - Кайтар изобразил улыбку дебила, обнажив кончики клыков, - тра ирэдт, карашо!

Кхат как-то непонятно булькнул и закашлялся, баронет, обеспокоено поднявшись на носки и вытянув руку, похлопал тролля по широкой спине.

– Все хорошо?

– Ирэдт мрэдо.
– также дебильно улыбнулся тролль, пришла очередь орка кашлять.

Кайтар подошел к двери, втянул воздух и, обернувшись к баронету, с четко обозначенными вопросительными интонациями прорычал:

– Дом, тат крут том, идти хозяин Лесс ты?

– Конечно-конечно, - баронет улыбнулся и первым, как просили, вошел в дверь, Кайтар вошел следом, на ходу говоря Кхату:

– Кхат, ар кайтх мрэдо, рутт пхрат хорлу тырс тхрамм.

– Грат.
– ответил тролль утвердительно.

Как только все участники ночного разговора оказались в сенях дома, Кайтар быстро выхватил клинок из сумки и вогнал его под лопатку баронету, придерживая того за плечо, чтобы не соскочил раньше времени. Кхат выдернув меч из наспинных ножен побратима, рассекая с гулом воздух, пригвоздил Оррина, закрывавшего за ними дверь к толстым дубовым доскам. Благообразный старик мгновенно преобразился: лицо исказила гримаса дикой ненависти, пасть наполнилась острыми клыками, глаза почернели, а на руках, прорвав шелковую ткань белых перчаток выросли внушительные когти.

Кайтар отпустил обезвоженное тело нежити, останки баронета со стуком упали на пол. Не теряя времени, орк подскочил к извивавшемуся на мече вампиру и, увернувшись от когтистой лапы шипящей оскалившейся твари точным ударом черного клинка, разрубил ему сердце. Оррин дернулся и обмяк, усыхая.

– Уф, - Кайтар отпустил черный клинок, медленно, словно неохотно истаявший из упокоенной нежити, смахнул испарину со лба и улыбнулся, - удачно получилось.

– Лед, ты их не слишком рано упокоил?
– проворчал Кхат, выдирая клинок побратима из толстых досок двери, - Может, стоило допросить сначала, а потом убивать окончательно?

– Это интересно как?
– озадачился орк, - Боли они не чувствуют, и смертью мертвецу как-то нелепо угрожать, а больше ничего на ум и не приходит.

– Не подумал.
– признался тролль, вытирая лезвие меча об розовую занавеску с веселыми цветочками.
– Что будем дальше делать?

– Черепа в мешок, остальное в банку, - Кай кивнул на трупы, - наверняка что-нибудь подобное на кухне найдется. Шерстим дом, потом согласно первому пункту уложения о нежити сжигаем дом, по зарубкам, что мы видели в лесу на деревьях, ищем отца этого, - Кайтар не удержался и коротко хохотнул, - мрэдо.

Побратимы громко рассмеялись, Кхат простонал:

– Это ж надо: сдохни тварь через слово вставлять!

– Сам-то, ирэдт мрэдо, - передразнил Кай, - сдохни неправильный сексуалист с улыбкой на почти искреннюю заботу о твоем здоровье отвечать. Меня на смех пробило даже с черным клинком в руках, хотя обычно только на ненависть в этом состоянии способен.

Стены осиротевшего дома снова содрогнулись от громкого хохота.

***

Тулларин посторонился, пропуская двух служанок, промчавшихся мимо по длинному коридору с охапками перевязочного материала в руках, и беззлобно проворчал: