Чтение онлайн

Убедить Ляхашша, шамана гоблинов клана Каменной Змеи обучить языку уже двух учеников не составило особого труда. Мелкие серокожие существа с длинными подвижными ушами сновали по горам во всех направлениях и были в курсе основных новостей, потому, не дожидаясь заморозки своего тотема, Ляхашш безропотно согласился. К обучению маленький серокожий шаман приступил со всей ответственностью и тщанием, ему льстило, что орченок, на полголовы выше его ростом и тролль-недоросль на все три преданно заглядывают ему в рот, когда он им что-нибудь рассказывает.

Подивившись находчивости внука, сумевшего убедить двух шаманов выучить его своим языкам и некоторым шаманским приемам, порадовался тому, что Кай наконец-то нашел себе друга, хоть тот и был троллем. Хайрат философски рассудил, что у каждого есть свои недостатки, а знакомства, с детства подкрепленные дружбой, пригодятся всегда, к тому же то, что Кай свободно разгуливает по стойбищам соседей, а Кхат зачастил в их стойбище тоже дело очень полезное для налаживания контакта и сотрудничества. Горы хоть и большие, но не бескрайние, чтобы жить и не встречаться с соседями. Даже если не хочешь, общаться придется, тем более, что внук, походя умудрился сгладить вековое недоверие между тремя народами показав всем, что, не смотря на внешние отличия они не такие уж и разные. Настороженность шаманов при необходимых встречах для решения неизбежно возникающих вопросов довольно быстро сменилась, как ни странно, доброжелательностью - три расы, проживающие в горах, объединял один закон - дети неприкосновенны при любых обстоятельствах. Нашлись и общие темы для разговоров никак не связанные с повседневной жизнью кланов, встречи с каждым разом становились все более неформальными, все больше напоминая встречи стариков, судачащих о том - о сем, в том числе и о клановой политике как бы между делом. Отношения постепенно налаживались.

Но самой удивительной была противоестественная связь Кая со льдом, полностью оправдывающая имя. Орки, особенно те, что выросли в горах, где на вершинах никогда не таял снег, отличались отменным здоровьем и завидной морозоустойчивостью, но даже толстошкурые тролли без шубы в лютые морозы и носа из теплых пещер не казали, не говоря уж об урук-хай и гоблинах. Кай же круглый год бегал в одной меховой безрукавке, тонких шерстяных штанах и в коротких сапожках с прочной подошвой, что такое простуда не знал в принципе. Пару раз старый шаман чуть не умер от беспокойства, когда находил притомившегося игрой на свежем воздухе паренька уснувшим в сугробе. В те моменты орк был очень близок к тому, чтобы убить Шалу, бдительно хранящую, как позднее выяснилось, спокойный здоровый сон мальчика. Останавливало только то, что овчарка находилась слишком близко к Каю, а потому была большая вероятность зацепить внука магическим ударом - о том, что можно позвать кого-нибудь из охотников, обеспокоенный дед забыл напрочь. Внук неизменно просыпался выспавшимся и отдохнувшим, и на странности, связанные с льдом урук-хай махнули рукой. По мере роста, эта связь становилась крепче, Кай носился по свежевыпавшему снегу как заправский эльф по траве, не проваливаясь и не оставляя следов, разгуливал в самую жестокую метель искренне не понимая как в ней можно заблудиться. Что с успехом и доказал, отыскав своих младших братьев-близнецов, заигравшихся на недалеком склоне и пропустивших начало метели, а потому безнадежно заплутавших. Мальчик привел обоих в целости и сохранности. Утара, жена погибшего внука, сильно недолюбливавшая Кая, после этого случая долго пыталась подкармливать самыми лакомыми кусочками беловолосого орченка, шарахавшегося от нее и никак не могущего забыть насмешки и постоянные шпынянья с упреками. Хайрат окончательно успокоился лишь поговорив с Вороном, дух прародитель посмеялся над страхами старого шамана и еще раз напомнил, что часть его имени не зря переводится со староорочьего как Лед.

Дед не мог нарадоваться на внука, но совсем недавно понял, что ему больше нечему учить Кая, а теперь мальчик преподнес еще один сюрприз, поймал горняка - горного духа, неразумного, как и все низшие духи, но очень сильного, которого подчинить может далеко не каждый шаман. К этому старый орк был не готов - гирлянды воздушниц, водяниц, туманников и, не смотря на то, что Кай любимец льда огневиц уже давно не вызывали удивления, но появление костяшки с горняком в духовных четках внука выбивали почву из-под ног. И еще, Кай не признавался, но старый шаман был практически уверен - у внука есть в загашнике пара - другая кошмарниц, а то и ужасниц. Потому, что особо доставучие подростки, которым Кай не мог навалять в силу малого возраста, долго мучились ночами от плохих снов, пока не извинялись или не переставали шпынять орченка. Духи дурных снов создания столь эфемерные и трудноопределимые, что обнаружить их порою занятие почти невыполнимое, кроме того, эти духи очень нудные в подчинении. Как оказалось совсем не бесполезные, только где внук их мог наловить, а главное каким образом наслал на недругов, шаман не знал - Хайрат лично ставил вокруг стойбища барьер, отвращающий плохие сны. Вспомнив это, Хайрат искренне поблагодарил Ворона за своевременный созыв малого схода, старый урук-хай твердо намеревался ввести орченка в "Круг Шаманов" Ледяной степи. Кай силой и знаниями заслужил право носить тарруш - отличительный знак шамана и получить первое имя официально, а злые духи, если такие заявятся, в лучшем случае осядут в очередной костяшке. Хайрат не сомневался, Кай потом придумает, куда их приспособить, особенно если вспомнить, как маленький орченок использует воздушниц.

Воздушники - самые распространенные и часто встречающиеся духи в изобилии водятся высоко в небе, но и ближе к земле они тоже часто спускаются, с их подчинения как раз и начинается практика любого шамана. Раньше Хайрат думал, что воздушниц можно использовать только для проветривания шатров, ну или, в крайнем случае, отбросить врага на пару шагов. Кай показал, что эти эфирные создания имеют громадный потенциал - мальчик в силу малого возраста имел большие проблемы с плетением косичек, а тут каждое утро приходилось подолгу ждать, пока Кара расчешет волосы, а затем заплетет две алые косички, означающие, что их носитель имеет два открытых кровных долга. По мнению малыша двадцать - тридцать минут это целая пропасть времени и терять их на всякие прихорашивания непозволительная роскошь. Потому повозившись несколько дней с расчетами, Кай заставил воздушниц расчесывать ему волосы и заплетать косы. Зрелище не для слабонервных. Со стороны, кажется, что в блестящих белоснежных волосах завелись такие же белоснежные змеи, увязывающиеся между собой безукоризненно-ровными плетениями.

Шаман покосился на внука и усмехнулся, орченок, прикусив губу клычком, увлеченно выводил маленьким резаком на полированной поверхности костяшки знак земника - духа земли. Духа не менее сильного, чем горняк, но еще более сложного как в поиске, так и в подчинении. Кай смахнул последнюю стружку и с любопытством осмотрелся по сторонам.

Хайрат мысленно пожелал внуку удачи и более не отвлекаясь, взялся за вожжи, подгоняя лошадь - до схода оставалось не так много времени, а ведь еще надо поболтать со старыми знакомыми, обсудить последние события в Ледяной степи до обсуждения в "Доме Предков".

"Дом Предков" представлял собой небольшую дубовую рощу в самом сердце Ледяной Степи с большой круглой площадкой в центре рощи. На этой площадке с незапамятных времен решались все глобальные вопросы, касающиеся жизни народов, населяющих Ледяную степь: урук-хай, троллей и гоблинов, правда, каждый народ в разное время. Присаживаться на камни, расположенные вокруг неугасимого костра в центре площадки носящей имя "Круг Совета" имели право только Решающие - Тринадцать шаманов, входящие в так называемый "Круг Решающих" и именно "Круг Решающих" правил Ледяной Степью, а сход вождей был нужен только для того, чтобы решать мелкие вопросы, возникающие в повседневной жизни кланов. Но на поляне, было тридцать девять всегда теплых камней по тринадцать на каждую расу, и все тридцать девять шаманов собирались лишь дважды, и было это так давно, что кроме самих шаманов об этом мало кто помнил. Вокруг рощи располагались стоянки, куда приезжали остальные шаманы кланов, входящие в "Круг Шаманов" и место взросления, где молодые шаманы получали свое первое имя, знаменующее переход из категории ученика в полноправные шаманы. Там же шаманы получали и второе имя - имя прародителя клана.

Хайрат подумал:

– "Совсем скоро Кай пройдет испытания и станет самым молодым шаманом за всю историю Ледяной Степи, а самое главное все запомнят его как Кайтара из клана Черного Ворона, это уже позднее, когда внук получит второе имя, он станет ... Кем?" - Хайрат не знал, он мог припомнить несколько кланов-любимцев льда, бесследно исчезнувших пять тысяч лет назад, но какой из тотемов достанется внуку, оставалось только гадать.
– "Но какой бы Кай не получил тотем он навсегда останется Кайтаром из клана Черного Ворона. Мелочь, а душу греет".

Кай быстро заскучал, голая степь до самого горизонта ничего интересного не являла, дед погрузился в свои мысли, воздушницы, стремительными росчерками проносящиеся мимо особенно после двухдневного наказания примелькались до тошноты, а вожделенный земник не показывался. Конечно, глупо рассчитывать, что неповоротливый земляной дух ради него поднимется из недр земли, но Кай не унывал, рассчитывая, что дед позволит на обратном пути произвести камлание-призыв. Вдруг повезет?

Орченок продел тонкий кожаный шнурок в костяшку, повесив ее к остальным, и оценил получившиеся духовные четки - длинные получились, с переливающимися костяшками разных цветов: чисто-белого, мутно-белого, синего, голубого, оранжевого и одной гранитного цвета - гордостью маленького шамана, в ней сидел горняк. Голубые костяшки тоже были его гордостью, но испытать их случая еще не представилось, к тому же их у Кая было много, десяток на четках и еще два десятка в мешочке в сумке, рядом с другими, туго набитыми мешочками с костяшками. Повертев четки, Кай привычно свернул их вдвое и повесил на шею на манер бус, вторые четки с пустыми костяшками всегда висели на поясе - вдруг что-то интересное покажется?

Кай оглянулся на деда, все еще погруженного в свои мысли и не долго думая, спрыгнул с телеги, Шала тут же радостно подбежала к мальку, вцепившемуся в нее, чтобы не упасть. Здоровенная овчарка лизнула в лицо орченка, для чего ей не нужно было даже поднимать голову - орочьи овчарки в холке достигали метра, а то и полутора. Кай обнял Шалу за шею и что-то прошептал ей на ухо. Шаман только головой покачал, провожая глазами внука скачущего на овчарке как на лошади и хохочущего от восторга.

Хайрат подумал, что надо будет объяснить мальчику, что совсем скоро Шала уже не сможет его носить на себе, но тут же одернул себя:

– Кай сам все прекрасно понимает и никогда не причинит вреда своей приемной матери.
– орк усмехнулся, в клане некоторые дети из зависти пытались дразнить беловолосого орченка песьим выкормышем, но все насмешки разбивались о ледяную глыбу гордости. Кай пожимал плечами и говорил, что обижаться на правду дело бессмысленное и неблагодарное. Кай любил Шалу и гордился ею, для Хайрата и Кары овчарка стала членом семьи. Насмешки быстро утихли, а те, кто долго не унимался, в скором времени начали просыпаться ночами в холодном поту и сердцем, готовым выпрыгнуть из груди или попросту, проснувшись утром, не могли отодрать насмерть примороженные к земле сапоги.