Алый глаз ворона
Шрифт:
Какаши-сенсей взял на себя Забузу, Сакура охраняла Тадзуну, а Саске достался лже-ойнин, которого, судя по словам Забузы, звали Хаку.
Этот Хаку был хорош. Он не только был очень силён в тайдзюцу, не только виртуозно владел сенбонами, но ещё и умел складывать Ин одной рукой. Саске кое-как держался, он даже начинал одерживать верх, но выяснилось, что Хаку обладает кеккей генкай: Стихией Льда. И в одно из дзюцу Хьётона Саске и оказался заключён.
В каждом зеркале ледяного купола отражался Хаку. Из каждого зеркала он мог атаковать. И пусть у Саске сложилось впечатление, что противник не желает убивать, ситуация все равно выглядела безнадёжной.
Кажущееся спасение в лице непонятно откуда взявшегося Наруто обернулось полным провалом. Этот идиот, вместо того, чтобы атаковать купол снаружи, зачем-то полез вовнутрь, попав в полное распоряжение противника. Саске пытался растопить зеркала огненным шаром, но безуспешно — этот лёд не поддавался даже мощным катондзюцу.
Итог был закономерен — Наруто превратился в подушечку для иголок, да и самому Саске не удалось избежать ранений.
Хаку любил поболтать. Он любезно рассказал об особенностях своей техники, оказавшейся сверхбыстрым перемещением из зеркала в зеркало. Но даже эти знания не очень помогли — оппонент все равно одерживал верх. Саске был на пределе. Но каким-то невероятным и сверхъестественным способом ему удалось этот предел перешагнуть.
Учиха не сразу понял, что случилось. Тело врага окуталось слабым голубым огнём, а движения стали тягучими, словно в замедленной съёмке. И лишь реплика Хаку позволила понять, что случилось то, чего он так долго ждал — пробудился Шаринган.
Противник решил действовать наверняка и атаковал самого слабого противника. Им, конечно же, оказался Наруто — беззащитно валявшийся на бетоне моста. Удар противника был быстр и смертелен, и Саске оставалось только одно — кинуться наперерез, закрывая напарника своим телом. Он успел нанести удар по закрытому маской лицу, отбрасывая Хаку прочь, но непоправимое свершилось: несколько сенбонов поразили жизненно важные органы.
— Саске! — образованно крикнул Наруто.
— Идиот! — прошипел Учиха.
Пусть он ещё мог двигаться и говорить, но его не зря назвали «новичком года». В отличие от некоторых, Саске не прогуливал уроки анатомии и знал, что спасения нет, что от небытия его отделяют считанные секунды. Нет, если бы в данную минуту его доставили в госпиталь деревни, его жизни ничего бы не угрожало — ирьёнины справлялись и с более серьёзными ранами.
«Ты бы ещё пожелал, чтобы лично явилась Сенджу Цунаде», — зло подумал он.
Он не мог понять, для чего отдал жизнь ради этого придурка. Нет, в какой-то момент ему показалось, что те узы дружбы и товарищества, о которых твердили в Академии и которыми все уши прожужжал Какаши-сенсей, умудрились просочиться к нему в мозги, но секунду поразмыслив, он облегчённо вздохнул — это было всего лишь чувством собственности. «Никому не позволено убивать Наруто, кроме меня! Хотя, это, конечно, будет слабым утешением после смерти!»
— Для чего ты это сделал Саске?
Учиха прикусил язык, пресекая готовое сорваться ругательство.
— Ты так и не понял? Мы — команда. И тот, кто позволит погибнуть напарнику — хуже, чем мусор, — усмехнулся Саске, поражаясь лицемерности своих слов.
— Но… Но мы с тобой никогда не ладили!
— Теперь плевать, — прохрипел Саске.
Чувствуя, как темнеет в глазах, он торопливо заговорил о самом главном:
— Ты должен выжить! Это твоя миссия, генин! Ты должен остаться в живых! Мой брат уничтожил клан. И теперь последний Учиха тоже мёртв. Моя миссия провалена. Не провали свою!
— Пока я жив — не провалена! Я обещал помочь с твоим братом, а Наруто Узумаки никогда не нарушает обещаний!
Последние слова были неразборчивыми из-за оглушительного пульса в ушах. Темнеющий взгляд успел заметить, как Наруто о чём-то перекрикивается с Хаку, а затем начались галлюцинации — Саске показалось, что Наруто окутывает алая аура тяжёлой давящей чакры. А затем пришла темнота.
* * *
Сознание возвращалось медленно. Саске чувствовал себя отвратительно — голова гудела, болело всё тело, а во рту стояла отвратительная сухость. Оглушительные барабаны в ушах не прекращали свой исступлённый бой.
Учиха почувствовал, как ему на лицо упала капля воды. Судя по влаге на щеках, это было не первой каплей, что, в общем-то, было не особо удивительно, учитывая то, что он находился на мосту через морской пролив.
«Что за чушь приходит в голову в такой момент?» — подумал Саске. — «И каким образом я ещё жив?»
Приложив усилие, достаточное, чтобы поднять Монумент Хокаге, Саске открыл глаза. В расплывающемся зрении возникло ярко-розовое пятно. Постепенно сфокусировав глаза, он увидел склонившуюся над ним заплаканную Сакуру.
Саске резко поднялся, чувствуя, как желудок подкатывает к горлу, и попытался осмотреться. Гул в ушах не позволял расслышать радостные выкрики Сакуры, чему он в данный момент был очень рад.
Итак, это не было предсмертной галлюцинацией. Он был жив. Сенбоны, усеивающие его тело, были удалены, а раны умело замотаны бинтами.
Он всё ещё находился на мосту, рядом галдела толпа аборигенов, вооружённых самодельным оружием и различным сельскохозяйственным инвентарём, в сотне метров от него бетон моста покрывало огромное закопчённое пятно. Внутри пятна находились десятки тёмных силуэтов, в которых Саске опознал обугленные трупы. Над перилами моста склонился Наруто и неудержимо блевал в море.
На мокром бетоне лежало тело Момочи Забузы с зияющей в груди окровавленной дырой. Над телом неподвижной статуей замерла склонившая голову фигура — это был Хаку. Или, скорее, была — привычная маска отсутствовала, вместо неё на лице расплылся огромный синяк. Какаши-сенсей прислонился к ограде моста неподалёку и безучастно окидывал окрестности одним глазом.
— Что тут вообще творится? — прохрипел Саске и, не дожидаясь ответа, упал в обморок.
* * *
Саске смотрел на изменения своих характеристик, даже не пытаясь скрыть от команды, что он занят хоть чем-то, помимо выслушивания сбивчивого рассказа Наруто о происходившем на мосту после его мнимой смерти.
Команда стояла прямо на обрыве, возле могилы Забузы, который вроде бы оказался не таким подонком, каким казался изначально. Впрочем, это Саске интересовало мало, поэтому он особо и не вникал. У него были более важные дела.
— … и тут я разбил зеркала и вмазал Хаку прямо в морду!
Саске раздражённо фыркнул. Нужно потом будет тихо спросить Сакуру, что же именно произошло на самом деле. Наруто всегда склонен преувеличивать. Саске попытался сосредоточиться на информации из характеристик, но пронзительный голос Наруто вонзился прямо в мозг, минуя уши.