Чтение онлайн

Белоснежка сидела за столиком в углу спиной к другим посетителям кафе, листала газету и пила чай. За соседним столиком сидели Туукка, Элиза и Каспер.

Когда Белоснежка поняла, что купюры лежат в рюкзаке Туукки, она бросилась за ним следом. Схватила с вешалки пальто, варежки, шарф и шапку. Выбежала из школы, проскользнула через курилку и вошла в церковный парк, ища парня глазами. Серый рюкзак на плече молодого человека виднелся в конце аллеи, почти в начале улицы Хямеенкату. Белоснежка бежала следом, не обращая внимания на мороз, разрывающий легкие, потом постепенно перешла на трусцу и после – на быструю ходьбу. Она старалась держать подходящую дистанцию. Видь, но будь невидимой. Поле видимости.

Дыхание перешло в пыхтение, а пар изо рта – в лед, который покрывал тонким слоем ресницы и свисающие из-под шапки волосы. В такую морозную погоду все люди выглядят поседевшими раньше времени.

Белоснежка увидела, как Туукка прошел в «Кофе Хаус». Она подождала несколько минут и проследовала за ним. Туукка в то время был увлечен беседой с Элизой и Каспером.

Сейчас Белоснежка делала все, чтобы стать невидимой. Незаметной. К счастью, она умела стать кем-то другим. Сразу же проследовала в туалет, сняла верхнюю одежду и кофту, распустила хвост и заплела на волосах сбоку косичку, как никогда раньше. Взяла не кофе, а чай. Она листала женский журнал, хотя обычно хваталась за спортивные издания или «Имидж». Она сидела не как обычно, держала руки по-другому, наклоняла голову, как кто-то другой.

Люди считают, что больше всего человека выдают одежда и волосы. Поначалу кажется, что это так и есть. Но на самом деле опознание – более сложный процесс, к которому относятся сотни, или даже тысячи разных условий. Рост, осанка, походка, позы, пропорции лица и тела, жесты и даже такие маленькие детали, которые сложно сразу обнаружить. Поэтому превращение в другого человека – это трудно. Для некоторых – даже невозможно без пластической операции и многих лет практики.

Но даже с помощью маленьких изменений можно стать другим, если знать, как действовать. Если бы кто-то специально искал Белоснежку глазами, зная, что она в кафе, он ее, конечно же, опознал бы. Но если оглядеть посетителей кафе так, как оглядывают незнакомых людей, то Белоснежка выглядела как девушка-хиппи, пишущая стихи и пьющая ромашковый чай. Девушка, в образе которой не было ничего знакомого, привлекающего внимание.

Вот так Туукка, Элиза и Каспер, хоть и сидели совсем рядом, не обратили на нее внимания. Кроме того, у них были более важные дела. Проблемы.

– Ну, и что мы будем делать? – спросила Элиза у ребят.

Как только Белоснежка вошла в кафе, она отметила, что Элиза выглядела плохо. Обычно кожа девушки была светлой, но сейчас она выглядела сереюще-бледной. Синяки под глазами, макияж смыт или снят кое-как. Немытые, небрежно висящие осветленные волосы. Одежда не создавала законченного образа, а выглядела так, будто девушка надела первое попавшееся ей под руку. Элиза никогда не была такой в лицее. Странно, что она осмелилась прийти в кафе в таком виде.

Элиза была одной из самых красивых девчонок в школе. К тому же ее поведение заставляло других поверить в то, что она еще прекраснее. Когда видишь ее такой – утомленной и запуганной, – понимаешь, что ее красота – это тщательно созданная маска, наиболее важными элементами которой были не правильно подобранный блеск для губ или профессионально наложенные тени, а хорошая порция самоуверенности и кокетства. Улыбка Элизы заставляла мужские сердца трепетать, а ладони – потеть.

Белоснежке никогда не были понятны отношения Элизы и Туукки. Ясно, что они иногда встречаются; но сейчас они – приятели. Приятели, которые проводят ночи в одной постели. Элиза вертела молодыми людьми лицея, как хотела. Спустившийся из высших сфер Туукка определенно был мечтой многих девушек. При этом казалось, что они приклеены друг к другу. Возможно, сами они считали, что являются невероятно желанными альфа-самцом и альфа-самкой лицея, и потому не могут снизойти до серьезных отношений с другими.

– Что будем делать? Конечно, удержим их. Как и удержим язык за зубами, – сказал Каспер.

Белоснежка удивлялась, за какие заслуги Каспера приняли в художественный лицей. Казалось, что парню больше нравится прогуливать, чем учиться. Ходили слухи, что ему грозит отчисление, если ситуация не изменится. Каспер носил черную одежду и крупные золотые украшения. Волосы он укладывал большим количеством геля и считал себя представителем уличной культуры блинг-блинг и хип-хоп; впрочем, его выступления, по правде говоря, вызывали у зрителей чувство стыда, а не восторг. Каспер был странным типом – было неясно, клоун он или малолетний преступник. Белоснежка давно удивлялась, почему Элиза и Туукка путаются с ним.

Элиза огляделась по сторонам и сказала, понизив голос:

– Но мы же не можем их взять.

В ее тоне была слышна паника.

– И что ты будешь тогда делать? – спросил Туукка. – Пойдешь жаловаться в полицию?

Каспер заржал. Отец Элизы был полицейским. Это иногда служило поводом для шуток – как добрых, так и злых.

– Они же не наши. Они оказались у нас по ошибке. Наверняка кто-нибудь заинтересуется ими, и у нас будут неприятности.

Элиза попыталась повлиять на парней.

– Ну, подумай. Что мы на самом деле можем сейчас сделать? Как объясним весь ход событий без того, что сами увязнем? Нам надо было действовать тогда, ночью, – прокомментировал Туукка.

– Ну, так мы и действовали, – прыснул Каспер.

– Да, это было очень умно, – усмехнулась Элиза.

– Тогда это казалось очень логичным, – сказал Туукка. – Наверняка ты понимаешь, о чем я говорю? Если мы расскажем об этом, нам надо будет рассказать обо всем остальном. По крайней мере, я не могу себе этого позволить.

– И я, – добавил Каспер.

Белоснежка услышала, как ногти Элизы настукивают по столу нервный ритм.

– Мои воспоминания слишком расплывчаты, так что я не могу сказать ничего определенного. Я не могу обрисовать, что когда случилось. Я знаю только то, что утром дом выглядел отвратительно. Вы даже не захотите слушать, что везде я находила блевотину, – наконец, сказала девушка.

– У тебя наверняка очень много уборки, чтобы твой папочка не понял, что его милая девочка не учила прилежно физику все выходные.

Каспер, весело улыбаясь, облокотился на спинку стула.

– Ты псих? Это, к счастью, как раз тот день, когда к нам приходит уборщица. Она и сейчас усердно работает у нас. Я обещала ей удвоить плату, если она сделает работу в два раза быстрее. Если бы я все хорошо помнила, то могла бы…

– Втянуть нас всех в очень-очень большие проблемы? Дьявольски хороший план. – Голос Туукки приобрел жесткий, угрожающий оттенок.

Элиза секунду помолчала. За соседним столиком кто-то радостно вскрикнул, пройдя на следующий уровень «Angry Birds».

– Окей, – сказала Элиза. – Будем молчать. Посмотрим, что будет дальше. Скажу лишь, что у меня плохие предчувствия.

– Возможно, десятка тебя согреет, – предложил Туукка.

– Что? Я не хочу.

– Конечно, хочешь. Они у меня в трех пакетах. По десятке каждому. Мы теперь все в одном бульоне варимся.

Послышались шорох и звук молнии, когда Туукка открыл рюкзак под столиком кафе. Белоснежка в предчувствии повернула голову и посмотрела уголком глаз, как два черных плотных пластиковых пакета проследовали под столом из рюкзака в сумки Элизы и Каспера.