Чтение онлайн

— Дэниел сказал, что тебе становится лучше. — Он сжимает челюсть. — Ты должна была сказать мне. — Мышцы на его лице напрягаются, что соответствует боли в его голосе.

— Я не хотела, чтобы ты беспокоился о том, с чем ты ничего не можешь сделать. Я не хотела, чтобы ты волновался о...

— Единственной семье, которая у меня осталась?

Я киваю.

— Почему? Если он сказал тебе, что мне лучше, тогда... почему? — я ненавижу то, что он отказался от своего шанса на настоящую свободу ради меня. Я добавляю это к длинному списку вещей, которые Оскар Стоун сделал для меня и которые заставили меня чувствовать себя виноватой за все мои неправильные поступки. Неправильные поступки, которым он меня научил.

— Я сидел в камере за сердце, которое принадлежало любви моей Руби. Я был там, чтобы у тебя была настоящая вечность.

О, чувство вины...

— Поэтому ты можешь представить мое удивление и разочарование, когда Дэниел сказал мне, что ты его бросила.

Меня зовут Скарлет Стоун, и однажды я вырвусь из тени человека, который вырастил меня. А до тех пор я буду гордиться им.

Мой взгляд находит пол между нами, когда я пытаюсь отпустить чувство вины так же быстро, как он его выплескивает.

— Человек, который умер из-за того, что не получил это сердце, не заслуживал смерти. Но Дэниел - хороший человек, и он тоже не заслуживал смерти. Неважно, будем мы вместе или нет, он принадлежит этой земле. И я всегда буду любить его.

— Но ты нашла другого?

Я киваю.

— Когда я смогу встретиться с ним? Когда я смогу встретиться с человеком, который забрал тебя у Дэниела... у меня?

— Не надо... — я закрываю глаза. — Не делай этого.

Он наклоняется вперед, мой стул скрипит под ним, когда он опирается предплечьями на колени.

— Я ничего не делаю, Руби, просто присматриваю за тем, что принадлежит мне.

— Ну, мне больше не нужно, чтобы ты присматривал за мной.

Он усмехается, поворачивая шею то в одну, то в другую сторону.

— Судя по виду этого места, я бы сказал, что тебе нужно много.

— Я плачу за аренду - легально. У меня есть легальная работа, которая оплачивает мои счета. У меня есть кровать...

Он оглянулся через плечо в спальню. Затем он возвращает узкоглазое выражение лица.

Я пожимаю плечами.

— Она гораздо удобнее, чем кажется. — На самом деле это не так.

— Так ты теперь легальна?

— Да. — Ладно, был переход в первый класс и небольшой инцидент с кражей кошелька... но в остальном...

Оскар медленно кивает, изучая меня, как он всегда это делает.

— Могу я подвезти тебя в аэропорт?

Он ухмыляется, глядя на мой велосипед в углу комнаты.

— Ну, я не знаю, Руби. А ты сможешь?

Черт!

Я вздыхаю, стиснув зубы, чтобы скрыть свою надутость.

— Это был код для того, чтобы ты не оставался здесь. И если хочешь знать, нет, я не могу подвезти тебя в аэропорт. Однако я точно знаю, что у тебя достаточно денег, чтобы купить машину и доехать туда самостоятельно или вызвать такси.

— Есть. Но поскольку я не собираюсь уезжать прямо сейчас, мне придется использовать часть этих денег, чтобы купить свой собственный матрас и... — он ухмыляется — ...подходящий складной стул, чтобы поставить его рядом с твоим. Может быть, даже телевизор...

— Нет. — Я качаю головой. — Никаких телевизоров. Никакой электроники. — Я киваю на телефон, висящий на стене в кухне. — Это все.

Он кривит губы и скрещивает руки на груди.

— Отлично. А теперь... когда я смогу познакомиться с этим новым парнем?

— Не сможешь. — Я бросаю сумочку на пол и топаю на кухню, чтобы выпить стакан воды. — Он уехал.

— Уехал? — Оскар прислонился к холодильнику.

Я поворачиваюсь, делаю несколько длинных глотков, чтобы выиграть несколько дополнительных секунд, чтобы обрести самообладание.

— Да. Ему пришлось уехать.

— Понятно. Когда он вернется?

Я пожимаю плечами.

— Он ведь вернется? Не так ли?

Я снова пожимаю плечами, сглатывая эмоции, которые все еще маячат на поверхности, сырые и уязвимые.

Он изучает меня еще немного. Никто не заставляет меня вздрагивать от одного его взгляда так, как Оскар Стоун. Ладно, возможно, Теодор Рид произвел схожий эффект.

— В другой день? Мы поговорим об этом в другой день?

Кусая губы, пытаясь сохранить самообладание, которое готово испариться, я киваю.

Меня зовут Скарлет Стоун, и я была воспитана бабником.

Оскар до сих пор поет в душе - Род Стюарт, «Мэгги Мэй». Как бы я его ни ненавидела, я всегда буду любить его в сто раз больше. Впервые я услышала песню Рода Стюарта, когда Оскар пел именно эту песню в душе. К тому времени, когда я услышала голос Рода на альбоме, я уже знала все слова большинства его песен, благодаря легендарному исполнению Оскара Стоуна, в душе.

— Ты еще не избавился от своей певческой привычки. — Я ухмыляюсь, когда он выходит из ванной, застегивая последнюю пуговицу на своей хрустящей белой рубашке. Я протягиваю ему чашку чая.

— Спасибо. — Он ухмыляется своей наглой ухмылкой. — Итак, что у нас на повестке дня на сегодня?

— У нас на повестке дня? — я смотрю на него поверх своей дымящейся чашки чая.

— Что это? — он морщит нос.

— Травяной мятный чай.

— Травяной? Правда, Руби?

Я пожимаю плечами.

— Кофеин не входит в мою противораковую диету. — Моя противораковая диета - это не более чем теории питания от нескольких экспертов-целителей - идеи, которые отвечают моему здравому смыслу и не оказывают негативного влияния на мое общее здоровье.

— Я с ужасом думаю о том, что еще ты запретила себе в своей жизни. — Он ставит чашку на столешницу, затем заглядывает в холодильник с еще более нахмуренным лицом. — Ты мне так и не ответила. Что у нас сегодня на повестке дня?