Чтение онлайн

Она уткнулась мокрым лицом ему в грудь и разрыдалась.

– Я с этим живу вот уже три года, представляешь?! – мычала она, не поднимая головы и судорожно хватая его за плечи, быстрыми нервными движениями поглаживая их. – Они попросили меня не появляться на суде, чтобы я не сорвалась, не призналась… И я не поехала! Я – жалкое, трусливое существо, я обрекла своего чудесного брата на ужасную жизнь за решеткой, затем – на очень опасный побег, а потом и на смерть…

– Он на самом деле умер?

– Знаешь, а ведь ты такой же, как и я, – не веришь до последнего в его смерть…

– Как он умер? Когда? При каких обстоятельствах?

– Понимаешь, ко мне сегодня приходил один следователь. Из Москвы. Он искал следы Нади.

– Надя… Это та девушка, с которой они вместе прилетели в Москву, она еще путешествовала с твоими документами? Так ты, кажется, мне рассказывала?

– Да. Все правильно. Следователь этот много чего знает про Агренич. Это фамилия Нади. У нее своя история… Но не это главное. Главное, что мой брат остался верен себе и помог этой девушке бежать, поскольку у нее были свои, криминальные, причины бояться милиции. То есть они вместе прилетели в Москву и остановились у Левы. Лева – потрясающий! Он все организовал, он потратил кучу денег для того, чтобы Гриша оказался на свободе, а потом поселил брата в своем новом доме в Горышкино… Я ездила туда, навещала их. Знаю, что сначала они жили вместе – Гриша и Надя. Ей некуда было податься. Лева обещал ей помочь с документами, с работой… Да, Надя болела, у нее были больные почки, кажется, она их застудила в поезде. Понятное дело, что они постоянно нервничали, вздрагивали от шума любой проезжавшей мимо дачи машины… Ведь Грише там, в поезде, пришлось убить Опарина! Опарин – это тот беглец, изнасиловавший Надю, а потом убивший проводницу. Мой брат, который до этого оперировал, лечил людей, возвращая их к жизни, убил человека! Они с Надей находились в состоянии сильнейшего стресса. Каждый день ждали, боялись, что их найдут.

– И что случилось потом?

– Конечно, их искали. И у Левы милиционеры бывали, неоднократно, да только мало кто знал, что он построил дом в Горышкино. Я надеялась, что Гриша так и проживет там несколько лет под защитой Левы. Судьба же этой девушки меня беспокоила меньше всего, хотя я и догадывалась, что между ними что-то есть… Конечно, он остался один, он так много пережил… У нее тоже был какой-то несчастный роман, она чуть руки на себя не наложила. Знаешь, как все получилось? Встретились два одиночества. Сначала я ревновала, но потом поняла, что с этим пора заканчивать – я не имею права вмешиваться в жизнь брата. Если он будет счастлив с этой девушкой, то пусть себе и живут вместе. Кажется, Лева все-таки устроил ее потом на работу, потому что позже, когда я тайно навещала брата, ее я ни разу в доме не застала. Да и на мои вопросы Гриша отвечал уклончиво. Я поняла, что все, что касается этой Агренич, не должно интересовать меня. А потом он умер. Неожиданно для всех. Сердечный приступ – и все. Похороны были тихими, но Гришу провожали все его близкие, в том числе и отец Людмилы. Он всегда хорошо относился к Грише.

– Значит, ты была на похоронах… – разочарованно протянул Костя. – А я и в самом деле надеялся, что твой брат жив…

– Нет. А уж почему сейчас, спустя три года, вновь кто-то решил начать поиски Агренич – я ума не приложу! Вероятно, она успела здорово наследить в своей жизни… Или же ее ищут близкие люди, которые не могут успокоиться, они надеются, что она жива… Тела-то ее не нашли.

– А она была на похоронах Григория?

– Конечно! С ней там вообще случилась истерика… Вероятно, за то недолгое время, что они пробыли вместе, она обрела близкого человека. А потом… потеряла.

– Понятное дело, ты не могла рассказать об этом следователю. Но представь себе, что эту девушку действительно ищут ее близкие…

– Не знаю, близкие ли? А что, если ее по-прежнему ищет милиция, ведь она совершила какое-то преступление… Гриша мне только намекнул, я поняла, что ему неприятно об этом говорить. А не упоминать об этом я не могла – в самом начале – уже потому, что мне было непонятно: зачем она вообще согласилась бежать с ним? Но сейчас все это уже не имеет никакого смысла. Гриша умер, а девушка исчезла и живет где-то своей жизнью. Я так думаю: если она жива-здорова и у нее есть какие-то родные, то она сама знает, когда дать им о себе знать. Если же она молчит, скрывается до сих пор, значит, у нее есть на то свои причины.

– Но ты-то отчего плачешь?

– Как отчего? – Роза вытерла мокрое лицо ладонями, брови ее взлетели вверх. – Я же только что рассказала тебе о том, что мой брат сидел из-за меня!

– А теперь постарайся посмотреть на эту историю с другой стороны. Почему ты считаешь, что в случившемся виновата лишь одна ты? Разве это не твой брат выбрал себе жену, которая терроризировала тебя, оскорбляла, на твоих глазах портила жизнь самому Грише, твоему любимому брату? Не женись он на этой женщине, ничего бы и не было! Уверен, что Гриша рассуждал точно таким же образом, когда предложил тебе взять вину за убийство своей жены на себя. И Людмила стала пить тоже не просто так. Вероятно, ей не хватало его внимания, понимаешь? Да, он отличный хирург, он помогал чужим людям – и прошляпил собственную жену. Вот так! Поэтому вытри слезы, успокойся, и давай уже спать.

За какие-то пару минут все в голове и душе у Розы встало на свои места. Она ощутила себя лишь крохотным звеном в череде неминуемых событий, которые развивались словно сами собой… Возможно, это была ее миссия – избавить окружающих от Людмилы. Тонкой ядовитой змейкой заползла в ее голову даже мысль о том, что хоть человек и не имеет права решать – кому сохранить жизнь, а кого лишить этой жизни, но ее руками кто-то же явно двигал! Кто-то послал, отправил ее в тот день в квартиру Григория…

Она даже замотала головой, чтобы прогнать эту крамольную, грешную мысль.

Тяжко, судорожно вздохнув, Роза закрыла глаза, крепко прижалась к мужу и наконец уснула.

В какой-то момент я поняла, что строю свой диалог с Володей, как настоящий профессионал. Больше того, мне вдруг увиделись напечатанные на белом фоне темно-синие (это мой любимый цвет компьютерного шрифта) строчки, и это не считая того, что сама композиция нашего разговора и, главное, самое его начало, завязка придумалась мною молниеносно, как автором многочислнных психологических романов. И говорила я все это в трубку своему невидимому собеседнику, которого очень хорошо знала, как, впрочем, и его коллегу, Гохманшу, словно открывая очередную (уже близкую к развязке) главу своего нового романа. Причем главу явно не проходную: мне надо было ею удивить читателей. Вот, мол, какой внезапный поворот сюжета и какое неожиданное и опасное развитие для моего героя может сыграть это свидание…

Я очнулась после Володиных слов: «Поля, скажи, зачем ты мне помогаешь?» Вся сладость от своей находки, от такого вот угадывания событий, а также от реакции Володи на возможные неприятности со стороны Гохманши улетучилась, и я поняла, что Володя мне изменил. А если сказать еще точнее, то он вляпался по уши в пошлую, грязную историю с алчной и циничной особой, которая попытается теперь разыграть на всем этом крупную денежную «партию», а я, полная дура, только что пыталась подкинуть ему несколько вариантов выхода из создавшейся ситуации. Мне стало так жаль себя, что я расплакалась. Все планы относительно моего возвращения в Москву, к Володе, единственному преданному и любящему меня человеку, рухнули. И я снова осталась одна. В голове, опухшей от размышлений, горестей и отчаяния, вертелся вопрос, который мне хотелось задать Володе… но спрашивать его о таком – это было бы неприлично. Мол, неужели ты, дорогой мой, не понимал, что, когда я советовала тебе подыскать себе другую женщину, то на самом деле я имела в виду совершенно другое: ты всегда должен помнить, что я у тебя – единственная, и это ничего, что я постоянно делаю вид, что не дорожу тобой; все это не так, я люблю тебя и чувствую себя защищенной только благодаря твоей любви, и мои слова о некой вероятной «другой женщине» – лишь правила нашей любовной игры. А на самом деле я и мысли не допускала, что у тебя появится любовница!

Вероятно, я переусердствовала в демонстрации своей независимости от Володи. Переиграла. К тому же он, видимо, устал от одиночества, ему захотелось тепла и женской ласки, и вот он, особо не раздумывая, и пригласил к себе на ночь женщину, оказавшуюся как бы под рукой – свою коллегу по работе. Забыв о том, что она, помимо того, что самка, еще и опытный адвокат, весьма изобретательная и умная женщина, да и вообще на редкость талантливая в своем деле особа. Возникни у меня серьезные проблемы, я обратилась бы именно к ней…

Стоп! А что, если мне на самом деле обратиться к ней за помощью, а встретившись, показать ей всем своим видом, что между мной и Володей ничего нет, что у меня своя жизнь?.. Ведь если она, предположим, положила глаз на Володю, то ей будет очень приятно это услышать. К тому же если она, раздраконившись, решится все же отправиться в милицию с заявлением об изнасиловании (надо признаться, что с каждой минутой этот вариант развития события начинал казаться мне вообще полным бредом!), то я, успев подружиться с Ларисой при помощи нового дела, постараюсь убедить ее в том, что так ей поступать не следует. Но с чем, с какой именно проблемой можно к ней обратиться? Не так-то просто найти повод завязать контакт с дорогим адвокатом. Проблема должна быть весьма серьезной.