Чтение онлайн

– Все, кто участвует в охоте, получили вызов.

– Что? Что ты сказала?

Мурима повернулась к Серил и с какой-то необъяснимой печалью посмотрела на свою воспитанницу.

– Многие из верных тебе амазонок получили вызов на предстоящий турнир, - тихо, но четко произнесла Мурима.
– Я знаю, что законом запрещено, вызывать на турнир тех, кто участвует в большой охоте. Но в законе нет ни слова о том, что участник охоты не может сам бросить вызов и участвовать в турнире.

– Мурима, не томи, что случилось?

– Сегодня меня вынудили бросить это проклятый вызов. Прости, королева, я поздно поняла, что это была всего лишь ловушка и попалась, как девчонка. Прости. Мне жаль.

– Мурима, если честно, я тебя не понимаю.

– Помнишь охоту, когда погибла Мария, твоя мать и наша королева? Ведь это была твоя первая охота, так?

– К чему ты ведешь?

– Тогда было тоже самое, - Мурима подошла к столику и опустилась в стоящее рядом кресло, не обращая внимания на нарушение субординации.
– Тогда, много лет назад, всех, кто был близок к королеве, так же вынудили участвовать в турнире. Многие амазонки погибли, остальные не смогли участвовать в охоте из-за большой потери сил. И тогда с королевой пошла новая команда, в которую входили и твои младшие сестры. Мария решила сама прикрывать их, а тебя поручила мне.

– Мурима, я все прекрасно помню. И то, как ты чуть не погибла, защищая меня, я тоже не забыла. Но к чему эти воспоминания?

– Все повторяется, Серил. Тогда погибла Мария, а ты стала королевой, как ее старшая дочь. Многие амазонки были против тебя, но через год на турнире уже никто не посмел бросить тебе вызов. Угадай, если ты погибнешь, кто станет королевой?
– Мурима замолчала и впервые посмотрела на амазонку.
– Кто сможет противостоять Алигии?

Серил поджала губу. Всего несколько минут назад, она и сама об этом думала. Если бы у нее была дочь, тогда бы она стала королевой и только через год, на следующем турнире, Алигия смогла бы оспорить это право.

– Алигия не станет бросать тебе вызов открыто, она хочет убрать тебя так же, как и твою мать, - устало закончила Мурима.

– Ты не можешь утверждать, что в гибели Марии виновата Алигия. Этому нет доказательств.

– А я и не утверждаю. Но, подумай, ведь тогда спаслась только твоя сестра, и не осталось никого, кто мог бы сказать, как ей это удалось.

– Мурима, это слишком серьезные обвинения. И тем более Матушка ...

– Ты ей доверяешь?
– перебила амазонка.

– Ты о чем?

– Ты все еще доверяешь Матушке?

– Мурима, прекрати!
– резко приказала Серил. Она быстро зашагала по комнате, пытаясь унять гнев и боль.
– Ты не можешь обвинять Матушку. Благодаря ей мы живем, она охраняет нас своей магией, она помогает нам, она...

– Серил, послушай, - устало выдохнула Мурима.
– Я живу дольше тебя, намного дольше. Я много знаю, а еще больше видела. Просто выслушай меня, а потом уже решай, что со мной делать: докладывать о моей измене совету или... тебе решать. Только выслушай. Боюсь, у нас не будет другого времени поговорить.

– Мурима, ты говоришь загадками, и это меня пугает.
– Серил подошла к креслу и устало села.
– Я выслушаю тебя только потому, что ты была подругой моей матери, защитила меня тогда на охоте, скрыв правду о моем ранении, и всегда помогала мне. Я выслушаю тебя, и ничего не скажу совету, но большего я тебе не обещаю.

– А я и не прошу. Ты девочка умная, дальше будешь действовать сама.

Мурима смотрела на напряженную королеву и молчала. Когда-то давно она уже пыталась донести свои наблюдения и мысли до Марии, но королева не поверила ей и вскоре погибла. Теперь она попытается убедить Серил, но очень сомневается, что и эта королева ей поверит. Ведь она и сама все еще сомневалась в том, что собиралась сказать.

– Ты заметила, что твоя сестра стала сильнее?
– все еще глядя на Серил, спросила Мурима.

– Если ты сейчас начнешь намекать на то, что она использует магию своего самца, я разозлюсь.

– Заметь, ты сама это сказала, - усмехнулась Мурима. Серил нахмурилась еще больше и начала медленно подниматься с кресла, когда амазонка вдруг спросила: - Когда ты была с Алонзо, ничего странного не замечала?

Серил замерла на полпути, но потом все же опустилась в кресло.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты никогда не замечала, что после проведенной ночи Алонзо странно выглядел и плохо себя чувствовал. Он никогда тебе ничего не говорил по этому поводу?

– Нет, но если учесть, что ... ночи часто бывали довольно бурными, я не удивилась бы, начни он жаловаться на бессилие, - хмыкнула Серил.

– Я о другом, Серил. Много лет назад я пыталась рассказать об этом Марии, но она обратила все в шутку, говоря, что мой эльф слишком слаб, если после ночи слияния он устраивает истерики, и мне следует завести себе другого самца. Потом Мария погибла. Я бы не стала поднимать этот вопрос сейчас, если бы... Ты знаешь, что, в отличии от эльфа, кентавр магически очень силен, да и физически не слаб. Так вот, однажды, после проведенной ночи Биенор нехотя признался, что у него такое ощущение, будто бы я забрала все его силы, осушила его до дна и если бы не договор между нами, он бы так и думал. Его запас магии существенно упал.

– Но ведь ты...

– Нет, конечно. Я бы никогда не нарушила закон, а тем более свое слово.

Мурима замолчала, ожидая реакции Серил. Уже то, что королева не смеялась и не пыталась перевести все сказанное в шутку, как когда-то сделала Мария, говорило о ее собственных сомнениях.

– Алонзо никогда не говорил ничего подобного, - задумчиво произнесла Серил.
– Но после слияния, он спал несколько дней, словно дракон. Я спрашивала, что с ним, но он смущался и говорил, что ему нужно время восстановиться, поэтому у нас была всегда только одна ночь вместо трех положенных. Возможно, на самцов так действует преобразователь...