Чтение онлайн

Много лет назад они заключили этот негласный договор. Хотя, если честно, то и договора-то никакого не было. Шакаца предложила себя вместо собственного сына, который так глупо попался в ловушку Серил. Самка пообещала служить амазонке до тех пор, пока не выплатит этот долг, если та в свою очередь пообещает никому не говорить о том, что шакацы умеют мысленно общаться с другими расами.

Серил еще не забыла, как ее поразил этот хриплый голос, неожиданно зазвучавший в голове. Сколько она себя помнила, никто никогда не говорил, что шакац - разумное существо, которое умеет говорить, мыслить и... жертвовать собой ради близких. Это было обычное животное, только хищное, хитрое и опасное, но его яд был необходим амазонкам. Собственно из-за этого 'эликсира молодости' и объявлялась большая охота на шакацей, которая никогда не обходилась без жертв. Охота была опасной не только потому, что шакац был сильным зверем, которого трудно победить в открытом столкновении, но и потому, что охота проводилась за завесой, где магические силы амазонок значительно падали. В таких условиях они могли рассчитывать только на свою физическую силу, опыт и умение владеть оружием.

Когда самка заговорила, Серил обомлела и первой мыслью было, что она сходит с ума. Она едва вникала в смысл слов, которые слышала в голове, и все никак не могла поверить, что это говорит хищник, стоящий перед ней. Шакаца говорила с ней, вместо того, чтобы просто разорвать на куски. Серил не понимала, почему, и не знала, что ей делать. Сил убить самку у нее уже не было, возможно, потому она так быстро и пошла на предложенный договор, в условиях которого так и не разобралась. Когда шакаца заводила разговор об их договоре, Серил не знала, какую часть сделки она имела в виду, но и не собиралась об этом спрашивать: пока шакаца давала ей то, что требовалось, амазонка не волновалась.

Но то, что произошло два дня назад, никак не укладывалось в голове Серил. Она явно ощущала прилив сил, словно ее переполняла магия, которую она последнее время только и делала, что теряла, не находя возможности восполнить.

Означает ли это, что помимо яда, шакац может делиться еще и магией? Что будет с этой расой, если другим амазонкам станет об этом известно, Серил прекрасно представляла. Она уже много лет хранит тайну шакаца, и теперь к этому секрету добавится еще один.

– Шакац, - выругалась Серил.

'Я здесь', - с насмешкой произнесла самка.

– Если я отключилась на два дня, то как же... амазонки? Амура? Они бы уже выломали дверь, пытаясь выяснить, что со мной случилось.

'Я сказала, чтобы тебя не беспокоили', - самка лениво потянулась, затем вытянула лапы и уложила на них голову. Прищурив глаза, она продолжала следить за амазонкой.

– Что? Сказала? Кому?

'Этой маленькой амазонке, которая всегда крутиться возле тебя и умеет читать души'.

– Читать души?
– Серил нахмурилась.
– Амура?

'Не знаю ее имени. Мне все равно как ее зовут. Она всем сказала, что ты со своим новым самцом'.

– И ей поверили?
– с сомнением протянула Серил.

'Как видишь, дверь все еще на месте'.

– Шакац, - снова выругалась амазонка.

'Я здесь'.

Серил уставилась на довольную морду зверя, не зная, как реагировать на ее насмешку.

– Если ты говорила с Амурой, значит, теперь и она знает, что шакацы умеют общаться?

'Знает'.

– И что теперь?

'Ничего'.

– А еще кто-то из шакацев общается с амазонками?
– странная догадка мелькнула в голове Серил.

'Нет. Никто больше не осмелился нарушить табу'.

– Табу? Это настолько серьезно? Но ведь ты...

'У меня не было выбора. Ты схватила моего сына. Я должна была что-то сделать, чтобы спасти нашего...'

Шакаца резко замолчала.

– Прости, - вдруг вырвалось у Серил. Это произошло так неожиданно, что и амазонка, и шакац с недоумением уставились друг на друга.

Но спустя мгновение самка опустила голову на лапы и прикрыла глаза, словно не произошло ничего необычного. Это позволило Серил перевести дыхание и взять себя в руки.

– А что случается с тем, кто нарушил табу? Что будет с тобой, когда ты вернешься в свое племя?

'Я не вернусь', - в хриплом голосе мелькнула грусть.

– Но почему? Никто не знает, что ты... Хотя нет, твой сын знает. Он догадался о том, что произошло, когда я отпустила его, а ты добровольно пошла со мной. Ведь вы говорили о чем-то, так?

'Это уже не имеет значения'.

– Почему?

'Я все равно не могу вернуться. Я нарушила табу'.

– Ну, нарушила ты табу, и что? Убить тебя за это?

'Да, королева. Я уже мертва для своего рода, для своей расы... Для своего сына'.

– Шакац! Тогда почему ты хочешь вернуться?

'Вернуться?' - в голосе появилась растерянность, да и выражение на морде зверя говорило, что шакац сейчас находится в полном недоумении.

– Да, ты сказала, что уйдешь, как только выполнишь свою часть сделки!

'Да, как только я спасу твою жизнь или жизнь близкого тебе человека, я уйду'.

– Но куда? Если твоя раса уже не примет тебя...

'Не имеет значения. Я уйду, чтобы уйти'.

Шакаца снова опустила голову на лапы и закрыла глаза, всем своим видом показывая, что разговор окончен. Да Серил и сама не знала, что еще можно сказать в этой ситуации. Наверное, лучше будет просто уйти, что она и сделала.