Чтение онлайн

– И твой ангел привел тебя к Шаго Мартину?

– Нет, – ответила она и тут же передумала: – Да, да.

Нам было ясно, что оба мы думаем сейчас о ее сестре.

– Знала бы ты, как замечательно ты выглядишь.

– Я похожа на призрак, – возразила она и чувственно ухмыльнулась.

– Надо мне было включить тебя в мою телепрограмму.

– Уж я бы ее украсила. Я бы объяснила всей Америке, что у одних людей есть душа, а другие просто призраки.

– Готов согласиться.

– На людях, у которых есть душа, держится мир, – сказала она своим южным голоском, и акцент был столь же легок и деликатен, как у старых дам с Юга. – А когда они терпят поражение, но благородно, то Бог из милосердия забирает у них душу и они становятся призраками. Ужасное дело сделаться призраком. Ты больше не можешь жить с другими призраками, это невыносимо. И тебе приходится искать кого-нибудь с душой – даже если они будут подлыми и отвратительными.

– Вроде Эдди Гануччи?

– Он ужасен. Больной старикашка, никогда не обладавший классом.

– Однако люди, обладающие классом, перед ним трепещут?

– Да. – Она кивнула. – Может быть, я уехала из Лас-Вегаса и по этой причине. Скверно водиться с людьми, которые выглядят молодцами, а на деле оказываются сущими слабаками. – Она улыбнулась мне. – Я была уверена, что прошлой ночью ты удерешь от Ромео.

– Я зашел так далеко, что мне было на все наплевать. Даже если бы он избил меня до смерти.

– Не наговаривай на себя.

– Это Шаго научил тебя петь?

– Кое-что он мне преподал. Но, боюсь, певичка из меня вышла паршивая.

И на этом разговор о Шаго закончился. Она потянулась и широко зевнула. У меня полегчало на душе. Я ждал от ее рассказа чего-то худшего. А теперь все снова было превосходно. И вскоре нас опять потянет в постель.

– Стив? – сказала Шерри.

– Что?

– Ты убил свою жену?

– Да.

– Да, – повторила она.

– Ты умница-разумница, вот ты кто.

– Нет, дружок, я знала, что ты сделал это. О, Господи.

– Откуда ты знала?

– Однажды я видела человека, только что убившего другого человека. И ты выглядел абсолютно так же.

– А как он выглядел?

– Как будто его одолели некие чары. – Ее лицо исказилось. – Я надеялась, что ошибаюсь, но знала, что не ошиблась. Ох, остается надеяться, что для нас двоих ничто еще не поздно.

– Ничто не поздно.

– Но мне страшно.

– Мне и самому немного страшно.

– Тебе надо сегодня ночью куда-нибудь пойти? – спросила она.

Я кивнул.

– С кем ты должен встретиться?

– С отцом Деборы.

– С Барнеем Освальдом Келли?

– Тебе известно его имя?

– Я читала сегодня газеты.

Но я почувствовал, что за ее словами кроется еще что-то. Мне не понравилось, как она это сказала.

– Тебе доводилось слышать о нем и раньше?

Она пристально поглядела на меня. Наступила пауза, самая длинная пауза во всем разговоре. Она длилась так долго, что, казалось, в комнате зазвенел сам воздух.

– Стивен, – сказала она, – я знакома с Келли.

– Ты с ним знакома?

– Это он взял меня с собой в Лас-Вегас.

И вновь передо мной возникло то же видение, что и в постели Руты: город в пустыне с огнями, горящими на заре.

– Я не хочу больше говорить об этом, – сказала она. И как будто это разоблачение раздело ее догола, пшеничного цвета халат медленно распахнулся, мрачно и многозначительно.

– Но как ты могла? – вырвалось у меня.

– Он привлекательный мужчина.

– Он смешной до омерзения.

– Вот уж нет.

И в самом деле это было не так. Разумеется, не так. Вернее, как-то иначе. Мне показалось, что мы с Келли купаемся в чьей-то крови. И ощущение невозможности принадлежать самому себе, оккупации и замещения моего «я» Деборой – ощущение, овладевшее мною за пять минут до того, как я ее убил, вернулось ко мне. Вновь запахло убийством. И это напугало меня. Само предположение, что чувства, которые я испытывал, когда мы занимались любовью, были только моими чувствами и Шерри вовсе не разделяла их, – само это предположение наполнило меня жаждой крови. Ибо как человеку отличить любовь от дьявольского наваждения?

Но затем, как ребенок, я сказал себе: «Дьявол летать не умеет». Эти розы, омытые морскою волною, этот ангел, скользнувший сюда…

– Как ты думаешь, ты забеременела сегодня?

– Думаю, да.

Ничто в комнате не шелохнулось. Если она солгала мне, значит, мне суждено умереть слепцом, или же она само исчадие ада. Мгновенья бежали за мгновеньями. Я вновь чувствовал нежность.

– Мальчик или девочка?

– Знаете, мистер, – сказала она, – я вам так скажу: или мальчик, или девочка.

Но нам предстояли операции, без которых невозможно обойтись. Я обладал практичным дикарством любовника.

– Давай-ка выкладывай до конца, – сказал я.

– Но я уже выложила.

– Не все.

Я видел, как в ее душе поднимается некая буря, со вспышками той загорелой чувственной гордости, с которой она пела свои песенки прошлой ночью. Но возобладала кротость.

– Ладно, – сказала она.

– Это не первая беременность?

– Нет.

– От Келли?

– Да.

– Что случилось с ребенком?

– Я его не оставила.

– А еще?

Она промолчала.

– От Шаго Мартина?

– Да.

– И побоялась оставить?

– Шаго побоялся.

– Когда это было?

– Три месяца назад. – Она кивнула. – Три месяца назад. А на прошлой неделе я с ним порвала.

Однажды, под ливнем, я наблюдал, как рождается ручей. Вода текла со всех сторон и собиралась в ямку размером не больше листа. Ямка заполнилась, и образовался ручеек. Он побежал вниз по склону холма между участками травы и сорняков, завернул в сторону, побежал в ущелье и влился в маленькую речку. Он не знал, что сам не был рекой. Вот так же слезы хлынули сейчас по щекам Шерри. Они собрались в какой-то ямке горя, в какой-то горькой полости, поднялись к глазам, хлынули по щекам, упали на обнаженную грудь, упали на бедра и в пах – чайная ложка десятилетней печали.

– Прости, – сказала она и принялась рыдать в голос, – я думала, что у меня никогда не будет детей. Доктор, которого послал ко мне Келли, намекнул, что что-то у меня не в порядке, и я никогда не пыталась выяснить, в чем дело. Я просто все эти годы не залетала. А с Шаго залетела. И он взбесился. Он сказал, что я белая ведьма, – а ведь мы прожили с ним так долго.

– А тебе самой не хотелось его оставить?

– Я не решалась. И потом, знаешь ли, я изменяла ему.

– С Тони?

– Да.