Чтение онлайн

В последние несколько десятилетий было тепло принято и получило широкое распространение и применение значительное число гедонистических этических теорий. Перефразируя старую пословицу о том, что “величайшее удовольствие для величайшего числа людей есть высшая этическая ценность”, эти новые доктрины применяют ее к сексуальным отношениям. Они учат нас, что воздержание, целомудрие и верность нерациональны и предосудительны, потому что они приносят боль и лишают нас удовольствия. Они учат нас, что все доставляющие удовольствие сексуальные связи моральны, и неважно с кем — с проституткой или жиголо, и каковы они — естественные или противоестественные, законные или незаконные. Они открыто провозглашают новую свободу, когда человек имеет право наслаждаться сексом в любое время и с любым партнером.

Эти новые заповеди блаженства, имеющие как более сложные, так и более простые версии, но обычно облеченные в форму научного жаргона и часто документально подкрепленные сотнями статистических таблиц и диаграмм, успешно распространялись по всей нашей стране. Этот вид этической бессмыслицы предоставляет миллионам людей блестящее оправдание их порочных наклонностей. Они поддерживают растущую свободу наших нравов, которая в свою очередь ускоряет их распространение. В результате этого наше поведение радикально изменилось в течение последних десятилетий. Открытая сексуальная страсть перестала рассматриваться как что-то личное и интимное. Мы стали более терпимы по отношению к добрачным и внебрачным связям. Мы скорее восхищаемся похождениями распутников, чем осуждаем их. Развод, оставленная семья, скандал — все это перестало караться общественным остракизмом. В наших колледжах преподает множество разведенных профессоров. Некоторые из них даже считаются авторитетами в области брака, семьи и сексуальной адаптации. У нас легионы разведенных среди самых выдающихся граждан, включая индустриальных и финансовых магнатов, журналистов и писателей, врачей и юристов, общественных лидеров и политиков. Скандальное сексуальное поведение является почти необходимым условием для того, чтобы стать звездой в театре, кино или на телевидении. Иногда оно оказывается единственным талантом подобных артистов, не имеющих никакого представления о художественном исполнении. И среди наших должностных лиц также имеется целый легион развратников, как гетеросексуальных, так и гомосексуальных.

Действительно, наши нравы так сильно изменились, что воздержание, целомудрие и верность все больше считаются чудачествами, окостенелыми пережитками доисторической эры. Под влиянием Фрейда даже чувство вины и раскаяние объявляются опасными симптомами подавления сексуальных проявлений. Так же и статьи, и книги (включая эту), содержащие критику в адрес новейших нравов, подвергаются осмеянию и клеймятся, как безнадежно устаревшие, антинаучные и глупые.

Одним словом, переоценка ценностей была революционной. То, что считалось морально предосудительным, теперь рекомендуется в качестве позитивной ценности; что когда-то называлось безнравственным, теперь именуется нравственным прогрессом и новой свободой. Мы, кажется, выходим за пределы различий между добром и злом, двигаясь в направлении вульгаризированной псевдо-ницшеанской аморальности. Еще одна странная черта этой тенденции — настойчивые утверждения многих ее сторонников, что они являются христианами. Такое открытое примирение антихристианского сексуального поведения и активного исповедания христианства служит еще одним симптомом умственной и моральной абберации у приверженцев новой религии эротизма.

Эта моральная шизофрения ведет к распространению массовой религиозной шизофрении, охватившей эту страну. Христианство и другие религии нашей страны заражены сексуальностью. По воскресеньям христиане на словах выражают верность Нагорной проповеди, которая запрещает даже смотреть на женщину с вожделением: “Всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем”. Они на словах выражают верность Десяти заповедям и их императивам: “Не прелюбодействуй” и “Не возжелай жены ближнего своего”. Однако в будние дни, и даже по воскресеньям, многие их этих христиан следуют совершенно другим предписаниям: “Наслаждайся, а думать будешь потом”; “Вино, женщины и песни”; “Ешь, пей и веселись, ибо завтра мы умрем”. Все меньше людей соблюдают заповеди Моисея и Христа, в то время как этику сексуальной свободы охотно изучают и еще охотней практикуют все новые миллионы мужчин и женщин.

Зараженность нашей религии сексом проявляется и во многом другом. Наши убеждения пропитаны антирелигиозными теориями

Фрейда. В последние годы появился ряд бестселлеров, в которых христианские священники и иудейские учителя свободно смешивают учения и терапевтические практики, присущие этим вероисповеданиям с концепциями психоанализа. В результате появляется чудовищная псевдонаучная мешанина из секса и религии. Поразительному сочетанию христианства и иудаизма с фрейдизмом способствуют журналы “пасторской психологии” и “пасторского психоанализа”, потоки книг и памфлетов, проповеди и лекции, звучащие с кафедр, и транслируемые по радио и телевидению. Миллионы людей посвящаются в эти новые “религии” фрейдизированного христианства и иудаизма. Кроме того, появились и увеличивают свою численность и влияние небольшие секты, проповедующие открытую “теологию” секса. Все эти факты явно свидетельствуют о возрастающем осквернении наших религий ложными сексуальными идеологиями, и терапиями.

Одержимость сексом заметно сказалась на наших законах, особенно тех, которые касаются брака, развода и семьи.

Что касается развода, то по внешнему виду изменения, внесенные в законы в последние десятилетия в разных странах, имеют довольно противоречивую направленность: в одних странах новые законы делают развод более трудным; в других — более легким. Однако, в целом преобладает тенденция к упрощению развода.

Значительно важнее текста законов является интерпретация и применение их судами и сторонами в судебных процессах. Действительные причины развода часто весьма отличаются от юридически оформленных. Так например, если в какой-либо стране единственным основанием для развода является нарушение супружеской верности, то ответчику предъявляется обвинение именно в этом, независимо от того, было ли оно на самом деле или нет. И наоборот, вместо обвинения в измене, имевшей место в действительности, стороны часто предпочитают требовать и получать развод по менее скандальным основаниям там, где государство признает их в качестве законных причин. Такие основания как жестокость, запойное пьянство, насилие, несовместимость, оставление семьи, обман, ошибка, невыполнение обязанностей по содержанию семьи и “неспособность партнеров жить вместе” получают во многих судах настолько широкую интерпретацию, что могут служить законными основаниями для развода, разъезда или признания брака недействительным, когда бы и какая бы из сторон ни потребовала расторжения брака.

Судьи хорошо осведомлены о многочисленных уловках, лжесвидетельствах и сговоре сторон с целью получения развода. Однако они видят в этом меньшее зло, чем принуждение сторон к совместной жизни или доведение их до греха ради того, чтобы соответствовать букве закона в тех государствах, где адюльтер признается единственным основанием для развода.

Еще одну возможность облегчить развод дают законы, принятые в Неваде и некоторых других штатах, по которым для развода требуется только проживание на территории штата в течение небольшого срока и соблюдение еще нескольких простых условий. Тысячи людей приезжают в Рино, мировую столицу разводов, живут там в течение трех месяцев (до 1927 г. требовалось шесть месяцев) и без каких-либо серьезных затруднений получают постановление о разводе.

Возросшая сексуальная свобода отражается в уровне разводов через судебный процесс: их доля постоянно уменьшается, начиная с 1906 года. Развод без судебного разбирательства не только облегчает процедуру, но и отражает существенные изменения в законодательстве, сделанные под давлением все возрастающей сексуализации нашей культуры.

Законы, касающиеся вступления разведенных людей в новый брак и многих других аспектов семейной жизни, были изменены в том же духе и по той же причине. Последние законодательные акты устранили или уменьшили юридические препятствия для вступления разведенных в новый брак. Были также внесены значительные изменения в некоторые положения законов, касающиеся отношений между родителями и детьми, и еще более существенные изменения произошли в толковании этих положений судами. Кто из разведенных родителей назначается опекуном детей? На каких условиях? Когда и по какой причине обоих разведенных родителей лишают родительских прав и родительской власти над их детьми, а детей поручают заботам государственного или частного учреждения? Какие экономические и другие обязательства в отношении их детей возлагаются на разведенных родителей? Новые законоположения, касающиеся этих и других важных вопросов, свидетельствуют об ослаблении священных уз, соединяющих родителей и детей, о возрастающем вмешательстве общества в нерушимую крепость семьи, о все большем ограничении родительской власти и замене ее бюрократическим контролем — короче говоря, о “национализации” института семьи.

Огромная роль, которую сейчас играет секс в нашей политической жизни, не нуждается в долгих доказательствах. Она отражается в общем снижении моральных стандартов у наших политиков и в политической жизни страны.

До XX века развод, уход из семьи, или беспутная жизнь были непреодолимыми препятствиями для избрания или назначения на высокий политический пост. Сегодня многие из наших лидеров являются сторонниками сексуальной свободы, часто они находятся в разводе или разъехались со своими женами.

В прошлом религиозная служба была единственной неполитической церемонией на партийном съезде. В настоящее время эти собрания подогреваются алкоголем и заметно оживляются чувственными развлечениями с участием легиона звезд, известных своими любовными связями, и звездочек, возрождающих молодые чувства у пожилых политиков.

Еще более важную роль секс играет в закулисных политических делах — на коктейлях и банкетах, в частной жизни, а также при даче сексуальных взяток и сексуальном шантаже, которые теперь так же распространены, как денежная коррупция.

Использование сексуальности стало одним из важных приемов политической пропаганды и политической кампании. Сексуально привлекательные мужчины и женщины теперь являются составной частью антуража и часто служат “знаменосцами” кандидатов. Для того, чтобы победить политическую партию или кандидата часто пускаются в ход скандалы. Известные своими сексуальными заслугами личности или их протеже часто назначаются на должности послов или супруг послов, или на другие посты. Кое-где развращенные люди уже стали популярным мэрами столиц, членами кабинета или лидерами политических партий.