Чтение онлайн

Лорен

2004

– Три дня?
– кричу я.

Я ищу на его лице признаки того, что это какая-то запоздалая шутка. Вокруг его глаз нет даже морщинок, будто он смешал горчицу с глазурью, и выдал мне рецепт блинчиков, от которых меня будет воротить до конца жизни. На его губах нет даже намёка на ухмылку, как и тогда, когда он рассказал мне, что его бабуля с дедом - нудисты просто перед тем, как припарковаться перед их домом, чтобы поужинать с ними. Вместо этого, я встретилась с самым честным взглядом, который говорил мне, что он меня любит.

– Мак, о чём ты говоришь? У нас уроки в понедельник. Зачем ты трахаешься со мной?
– его взгляд не дрогнул. Он не взорвался смехом, и не прервал момент смешным «Попалась!».

– Я знаю, что уроки. Просто я еду в кампус. Как только тебя отмечают, можно на неделю пропустить школу, и прочувствовать тамошнюю атмосферу. Я не уеду до июля, - он проводит рукой по своим тёмно-каштановым волосам, которые слегка спадают на его шею.

Мой мозг бесконтрольно функционирует. Я могу отключиться. Я пьяна? Это сон?

– Ты серьёзно? Ты просто решил меня бросить? В вечер выпускного? Как долго ты это планировал? Ты хотя бы когда заявление подал?
– меня бросает в море злости и отчаяния.

– Я не хотел просто взять и сбросить это на тебя. Заявление я подал прошлым летом, и почти год проходил всё их подготовки. Это огромный процесс. Мне нужно одобрение от нашего конгрессмена. Данные по моим атлетическим способностям, балы по Стэндфордскому экзамену, навыки лидера, как и любая мелочь, которую они могут взять и проанализировать. Я не хотел всё это делать, прикладывая максимум усилий, и потом видеть жалость от тебя и всех остальных, если бы меня не приняли.

– Это безумие!
– я вскакиваю, и хватаю свою одежду.
– Не могу поверить, что ты принял такое серьёзное решение, - я скачу на одной ноге, пытаясь попасть другой в свои скрученные трусики, - и даже не упомянул о нём ни разу.
– Я ступила в своё платье, и натянула его до плеч.
– А что с моей стипендией здесь? Ты знаешь, что я не могу просто всё оставить и уехать на восток. Чёрт возьми, я даже не подавала документы ни в одну из школ Нью-Йорка! Застегнёшь или нет?
– я указываю большим пальцем через плечо, и Мак подчиняется. Его пальцы посылают слабое покалывание вниз по моей спине, но я моргаю и прогоняю это ощущение, позволяя недоверию и смятению управлять мною сейчас.
– Ты обо мне хоть секунду думал? Каким придурком нужно быть, чтоб сделать такое?

Если он хотел заставить меня кричать, он своего добился.

– Итак, уймись. Конечно, я думал о тебе. Ну а ты думала обо мне? Господи, я думал, ты будешь мной гордиться. Думал, люди поймут насколько это важно для меня. Ты знала, что я хотел служить в армии с тех самых пор, когда Бен… - его голос дрогнул.

Я помню, когда умер его брат. Этот день помнит вся нация и скорбит. Нам было пятнадцать, и Мак был так горд своим старшим братом, который после окончания колледжа отправился в Нью-Йорк на финансовую должность низшего уровня. Мы с ужасом наблюдали, как пали башни-близнецы. Они в замедленной съёмке рушились снова и снова, на каждом новостном канале.

Мак и его родители до последнего надеялись, что Бен позвонил на работу и сказался больным, или собирался показаться на работе позже. Они оставляли одно голосовое сообщение за другим, которые так и остались без ответа. Я видела, как надежда таяла.

Когда мы увидели группу посетителей и сотрудников, стоящих в окнах, держащихся за руки, и выпрыгивающих из горящих зданий, мы плакали. Я держала Мака в своих объятьях, пока его тело сотрясалось от рыданий. Он кричал на телевизор и давился от слёз.

– Зачем вы прыгаете? Вы всё ещё можете спастись! Зачем они прыгают?

Он так отчаянно хотел поверить в то, что их всё ещё можно было как-то вызволить. Будто была какая-то служебная лестница, до которой ещё не добрался огонь и дым. Будто существовала настолько высокая лестница, чтобы до них добраться.

Это был единственный раз в моей жизни, когда я видела его слёзы.

Позже, когда было подтверждено, что в тот день Бен пропал без вести, Мак признался мне: он надеялся на то, что его брат был среди прыгнувших. Ему нравилась идея того, что он встретился с Господом на его условиях, и не страдал.

С того дня я знала, что Мак хотел пойти в армию. С того дня, как он потерял Бена, с того дня, как у нашей нации вырвали сердце, он поклялся, что если ему выпадет шанс бороться против террористов, он его использует. Тем не менее я всегда думала, он присоединится к местному отделению, и мы вместе сможем строить нашу жизнь здесь, в Колорадо. Я понятия не имела о том, что он присоединится к самой элитной военной академии в стране. Но снова-таки, Мак никогда не делает ничего вполсилы.

– Ты хоть имеешь малейшее понятие, как тяжело попасть в Вест Поинт? Они принимают только десять процентов из всех, кто туда подаёт заявление, - продолжает он.
– Тебе не должно быть больше двадцати трёх, ты не должен быть женат, не должен иметь детей, должен пройти собеседование, тестирование, - он перечисляет каждый пункт на пальцах.

Десяти пальцев недостаточно для всего перечня. Я на мгновение закрываю глаза, и делаю глубокий вдох.

Чувство такое, будто каждый камешек фундамента для нашего совместного будущего исчезает с каждым пунктом, который он буквально рычит.

– Общественный деятель, - произносит мак.

Пуф! Исчезает даже картина нас, стареньких, прогуливающихся вдвоём в воскресенье.

– Медицинское обследование, - теперь его голос звенит отдалённо.

Пуф! Секс на футоновом матрасе и пикники в лесу растворяются и исчезают в облаке пыли.

– Ты хоть слушаешь меня?
– я открываю глаза, а Мак стоит передо мной. Дюймы между нами ощущаются милями. Только сейчас я понимаю, что так и не оделась, а его мышцы и голый член выставлены напоказ, как и его душа, а я не смею посмотреть на них.

– Да. Просто думала. Я на самом деле горжусь тобой, Мак. Правда, - мой голос срывается.
– Но что насчёт нас? Я думала, мы останемся вместе навсегда, ты и я.
– Крупные слёзы собираются в уголках моих глаз, и я быстро моргаю.

– Лорен, мы всё ещё можем быть вместе. Есть множество пар, которые поддерживают отношения на расстоянии во время колледжа, - он нежно сжимает мою руку, и на краткое мгновение, я ему верю. То есть, конечно, я не слышала, чтоб отношения на расстоянии когда-нибудь сработали. Эй, я могу ошибаться. Правильно?

– А потом что?
– реальность заползает обратно, заковывая меня в кандалы на задворках моего мозга.
– Что будет, когда мы окончим колледж? Тебе не нужно будет уезжать в командировку? Или писать письма? Непохоже, что это на четыре года, Мак. Это похоже на вечность. Я… я просто не могу этого сделать.