Чтение онлайн

За время ее монолога, я успел выкурить еще две сигареты, допил кофе и посмотрел на часы — без десяти девять, пора выходить.

— Ладно, Женя, мне пора. Спасибо тебе за все и не отчаивайся. — Сказал я и подмигнул вмиг погрустневшей девушке.

— А ты вернешься? — С затаенной надеждой в голосе спросила она.

— Жди меня и я вернусь, я вернусь — ты только жди. — Процитировал ей строчку из старой песни.

Когда я был полностью готов к выходу, Женя открыла входную дверь и влетела в комнату, похоже, что от хорошо поставленного удара. Вслед за ней вошел крупный мужик с лицом, носящим следы глубоких запоев и отсутствия интеллекта. Он кричал что-то матерное в ее адрес на английском, из чего я сделал вывод, что мне посчастливилось увидеть того самого Ника, бывшего Женькиного.

Ну, что ж, слушая про похождения этого злобного уродца, я и сам, признаюсь, хотел этой встречи, просто как-то не ожидал, что произойдет она так скоро. Увидев меня, мужик замолчал, и недолго подумав, коротко ударил в голову. Целил он в подбородок, и я почти успел нырнуть под руку… почти. Меня как будто ветром снесло, теперь я, кажется, понял, где работал Женькин бывший, и откуда его поперли, с ТАКИМ ударом он точно был либо боксером, либо еще каким другим «ударником».

Громила Ник пер на меня как танк, а ограниченное пространство прихожей, сильно уменьшало возможность маневра, что только на руку играло моему гориллообразному противнику. Спас меня один старый приемчик, который еще в армии, показал один из офицеров батальона. В два коротких шага я взял разбег, и рыбкой прыгнул в ноги рогоносцу. Моторика тела при этом полностью повторяла движения обычного кувырка, вот только с той разницей, что свою правую ладонь я ставил рядом с внутренней частью его левой ступни, и правым же плечом упирался в точку, находящуюся примерно в пяти сантиметрах над коленным сгибом левой ноги противника. Свои ноги я не сгруппировывал, наоборот — полусогнутыми разводил в стороны, а соответственно попал правой пяткой куда-то в район солнечного сплетения Ника.

Теперь настала его очередь летать, что он и проделал, с гулом впечатавшись в стену прихожей. Быстро поднявшись на ноги, я неспешно подошел к поверженному «бывшему» — тот с выпученными судорожно пытался вдохнуть воздух, сидя возле стенки.

— Жень, ты как? — Ответа не последовало. Я посмотрел в сторону ее приземления, где обнаружил искомый объект в бессознательном состоянии.

Добавив движением ноги, которым обычно футбольные голкиперы выносят мяч в поле, по челюсти начинавшему было понемногу приходить в себя Нику, я связался с ребятами. Они как раз уже подъезжали, так что долго ждать не пришлось, через три минуты Кит с Фугасом сносили и грузили в «Тигр» связанное тело. А я остался приводить в чувство Евгению, и по новой с ней прощаться.

— А где Ник? — Придя в себя, первым делом спросила девушка.

— Мы с ним поговорили по-мужски, и он мне торжественно пообещал, что больше тебя не тронет.

— А ты точно его не убил? — И что ей ответить?

— Пока нет, — умудрился сказать правду я, — но если еще раз себе позволит подобное — убью точно!

После этого мы попрощались, и я со спокойной душой ушел, снова пообещав вернуться. Зато в машине меня ожидали утренние приколы товарищей. На этот раз пассажиры «Тигра» пополнились тушами Кита и Фугаса. Они то и начали прикалываться, судя по всему увидав лежавшую без сознания Женьку, они догадались, что информатором была именно она, а не связанный тяжеленный мужик. Однако догадки пошли куда дальше:

— В следующий раз я на встречу с информатором поеду, — сказал Фугас, показательно задирая нос, — я, может, тоже хочу качан попарить.

— В следующий раз, — отвечал ему Кит, — информатором окажется здоровенный грузин, и отпарит тебе булки как следует, потом будешь пердеть бесшумно.

— Чья б корова мычала, а твоя закрыла б хлебальник и не звиздела, — с помощью детской поговорки пытался не ударить в грязь лицом Фугас, — перед тем как рот открывать у старших надо разрешения спросить.

— Зато ты после информатора кавказской национальности долго будешь бояться свой рот открывать. — Снова одержал победу Кит.

— Короче, иди в жопу, индюк озабоченный.

— Ай-яй-яй, куда я лезу. — Полным иронии голосом, процитировал Никита окончание одного анекдота, и все ехавшие в машине, кроме бессознательного Ника дружно заржали.

— Ну ладно, я так понимаю, информатором оказалась дама, с которой Вампир, судя по всему, достаточно ПЛОДОТВОРНО провел минувшую ночь, — включился в разговор еще один умник Кедр, — но…

— Якорь тебе в горло за такие слова, — не выдержала изощренных издевательств моя натура, — я пока вампиренышей не планирую!

— …Но, — продолжал, притворившись глухим Кедр, — возникает закономерный вопрос, что там делал этот бугай? Свечку держал, или принимал в процессе более активное участие?

— Мой дорогой дендромутант, — меня не так-то легко выбить из колеи, я вам не какой-нибудь там Фугас, — ваше скудное, и опошленное аморальным образом жизни естество, видимо не догадалось о третьем варианте. Данный субъект, заявился под утро, буквально за пять минут до вашего приезда, и даже не поздоровался со мной, за что и был справедливо наказан.

— Шутки шутками, но куда этого фраера девать будем? — Наконец высказал здравую мысль Кит.

— На удобрение пустим, — сказал я, — нефиг быть таким хамом.

— Только я его закапывать не буду!

— И я не буду!

— И я!

— Да успокойтесь вы. Как дети, честное слово, — снова не выдержал я, — никто эту обезьяну закапывать не будет. Выедем за город, и оставим его в какой-нибудь канаве с аккуратной девятимиллиметровой дырочкой во лбу.

Тучи, которые успело нагнать за ночь, закрывали небо, а наша короткая колонна выехала за пределы города. До места назначения мы доехали только через полчаса — я все-таки решил немного прикопать труп.

Лагерь был стихийным — его образовали сами беженцы, и довольно небольшим. У первого же встречного, мы без особого труда узнали, как проехать к пастырю Шелдону — Пастору Шлагу, как его метко окрестил Кит. Интересующий нас индивидуум, прибыл позавчера вечером и расположился несколько на отшибе, от его автобуса-гостиницы до ближайшего трейлера было чуть больше сотни метров. Вчера он провел одну проповедь среди небольшого количества обитателей лагеря и должен был сегодня провести еще две — посмотрим, как это у него получится после нашего визита.

Оставив Кедра, Бреста и Фугаса в «Лэнд Круизере» стеречь проезд, ведущий к господину Шелдону, мы тихонько подкатили на «Тигре» к хоромам на колесах, в которые был когда-то превращен, стоявший перед нами автобус.

Возле «мобильного особняка» стояло еще два трейлера и три автомобиля, а перед входом в покои пастыря, стояла пара охранников, их и без того не обезображенное интеллектом выражение лиц сразу стало напряженным, как только мы остановились невдалеке. Из «Тигра» вышли трое — я, Чика и Кнут, остальные были нашей поддержкой на случай возможных осложнений. Низкие дождевые тучи намекали о возможном в ближайшее время ливне, день был мрачным, и три хмурые фигуры в плащах, отлично вписывались в пейзаж. Из автобуса раздавались женские крики, на английском языке взывавшие о помощи.

— Валите отсюда, пока целы. — Борзо сказал один из охранников, расстегивая поясную кобуру, и ложа руку на рукоять пистолета. Тем временем из-за машин показались еще три ствола нацеленных в нашу сторону.

— Мне нужно поговорить с пастырем Шелдоном, — как можно убедительнее сказал я, — это ОЧЕНЬ важно.

— Ты что, мудак, не понял, что тебе сказали? — Подал голос второй из охранников, тоже положивший руку на оружие. — Пастырь никого не ждет, а сейчас он занят, приходи после проповеди, а сейчас проваливай!!!