Чтение онлайн

Но почему-то в моем присутствии они больше не стали говорить, Фиса молча смотрела в окно, только руки плотно сцепила на коленях. Никакой охраны я так и увидела, вообще никого, пустая дорога. И скорость Вито увеличил, решил видимо, что мы уже все красоты рассмотрели. Где-то на повороте по пути я случайно заметила, что за нами едет такая же машина, а посмотрев вперед, увидела в темноте огоньки, тоже большая машина. Охрана? А кого охранять? Мари, она его дочь, самое ценное в жизни. И получается, что меня, раз я ему силы продолжаю отдавать.

Боль пронзила неожиданно, я тоненько застонала, сквозь туман увидела испуганное лицо Фисы, и темнота накрыла меня.

Фиса ругала меня всеми известными ей словами, но они никак не помогали ей полностью высказать все, что она думает обо мне. Я пришла в себя только на следующий день, вся разбитая и усталая. Ничего не двигалось: ни руки ни ноги, а от одного прикосновения пальцев Фисы я начинала кричать так, что она отступилась. Энергию Мари я не принимала, хотя очень хотелось, у Вито – тоже. Мари куда-то уехала, а Вито стоял у окна и смотрел на меня черными глазами. Он и сказал сразу, как только я пришла в себя, что я опять отдавала свои силы Амиру, он это почувствовал.

Фиса носилась по спальне и грозно смотрела то на Вито, то на меня. Наконец остановилась в своей беготне и, уперев руки в бока, заявила:

– Вот что, милочка моя, раз ты такая у нас разумница, никого не слушаешь, мысли свои не можешь в узелок связать, то придется этого змея к тебе приставить.

– А зачем мысли в узел завязывать?

– Так ты, небось, о нем подумала?

– Да я только… зачем охрана… решила, что он Мари охраняет. Ну и меня, раз я ему силы отдаю.

Собственный крик зазвенел в ушах, такова была боль и я потеряла сознание.

Желтые глаза внимательно следили за мной, не оставляли без внимания ни одного движения, ни одного взгляда. Боль сверкала и искрилась ножами и стрелами, сверкала огнями и жгла лавой, но глаза были страшнее. Что-то в них было такое, от чего у меня съеживалась кожа и кровь останавливалась.

– Рина, смотри на меня! Слушай мой голос! Посмотри на меня!

Кровавая пелена мешала видеть, но голос требовал и требовал, наконец, я смогла приподнять веки. Амир. И боль стала отступать, затихал огонь и исчезали ножи.

Амир держал меня за руки и смотрел совершенно черными глазами, хотя мне уже было лучше, я практически не чувствовала боли, только вздрагивала всем телом, как будто оно освобождалось таким образом от остатков напряжения всех мышц. Он стоял на коленях у постели, а за его спиной едва виднелась Фиса, бледная, как платок на ее голове, и возвышался Вито, лица которого я не могла видеть, так как головы поднять еще не могла.

– Мне уже… хорошо, все… прошло.

– Молчи.

Голос Амира был строг, взгляд тяжел как бетон, черный бетон страха. Начинающим понимать действительность умом я осознала, он боится, так боится, что говорить не может. И глаза от этого страха почернели.

Фиса длинно вздохнула и положила Амиру руку на плечо:

– Нелюдь, спаси Рину, а то прокляну так, что все твои годы кровавой мукой станут, каждый день, каждую минуту она тебе казаться будет. А глядючи на нее, умереть захочешь, смерти искать, молить станешь, но она к тебе не придет, не дам я тебе такого права.

– Фиса, не надо…мне уже хорошо…он меня спас…

– А ты молчи, речи тебе нет, ты никто сейчас, ты не умерла еще, но и не жива уже. Мари, твоя очередь настала грех за отца замаливать.

Я закрыла глаза и попыталась вдавиться в постель, слишком уж серьезно Фиса была настроена, таким тоном говорила, что, казалось, сможет так, проклянет и все исполнится для Амира. Ниоткуда появилась Мари и взяла меня за руку, но тут, же, отпустила.

– Рина, ты не берешь энергии.

– Вито.

Почему именно у Вито я стала брать энергию непонятно совсем, почему Мари мой организм отторгнул тоже. Энергия наполняла меня силой, и уже через несколько минут мне стало так хорошо, что я улыбнулась Фисе:

– Мне хорошо, все совсем прошло. Можно мне в бассейн?

Она сделала такие глаза, что я вжалась в подушку. Не сразу справившись с собой, она вдруг встала рядом и пальцем ткнула в голову Амиру:

– А вот с ним и плавай, рыбка золотая, он с тобой теперь связан навеки, куда ты, туда и он, вдруг ты что придумаешь несусветное, а мы кинуться даже к тебе не успеем. Али Вито, тоже навеки с тобой, выбирай из двух королей черного королевства.

Я растерянно посмотрела сначала на нее, а потом на героев дня. Амир склонил голову, а Вито широко улыбнулся, в ледяной воде он меня уже держал на руках, чуть не утопил, что ему просто поплавать. Я сразу сделала выбор:

– Вито, я переоденусь, а ты и так все кругом контролируешь, постой рядом, раз Фиса так требует. Фиса, я не утону, зря ты…

– А я пока с этим иродом говорить буду.

Амир так на Фису посмотрел, что я за нее испугалась, как раздавил ее взглядом, но и она ответила тем же: глаза сверкали и искрились молниями. Вито решил вывести меня из-под перекрестного огня и взял вместе с одеялом на руки, не торопясь перенес в ванную, которая бассейн. Пока я переодевалась, он закрыл дверь в комнату, чтобы не мешать приватному разговору Фисы с Амиром о моей судьбе.

Поплавав в бассейне в совершенно стоячей воде такой температуры, чтобы не простудилась, под бдительным оком Вито я, наконец, выбралась из воды. Он сразу завернул меня в полотенце и усадил на скамеечку.

– Они еще говорят. Посиди немного.

Я оглянулась на закрытую дверь, и Вито признался:

– Мы слышим значительно лучше людей.

От нечего делать я смотрела на закат в горах, пока он не разрешил вернуться в комнату, а подняв на него глаза, поразилась яркости его взгляда. Но Вито никак на мой вопросительный взгляд не ответил.

Амир стоял у окна и смотрел в темноту, рядом в кресле сидела совершенно довольная Фиса.

– Ну вот, птичка-уточка свободная легкокрылая, выкупалась в озере, смыла с себя все, теперь готова и судьбу свою принять.

Я так и села на постель, пошутила в мыслях, а они и решили мою судьбу на самом деле. Фиса радостно мне улыбнулась и приказала Вито:

– Витек, мы с тобой выйдем, пусть молодые сами поговорят.

Молодые? Это она о ком? Какие такие молодые? Фиса торжественно встала, подмигнула мне так, что я вздрогнула, и вышла из комнаты, за ней ушел и Вито. Я лихорадочно поправила халат на груди, затянула пояс, аккуратно разгладила ткань на коленях. Только после этих движений одумалась, а чего это я испугалась, я же не собираюсь Амира уговаривать жениться на мне, мало ли что еще означают эти слова Фисы, она вообще шутница.