Чтение онлайн

— Простите, — всхлипнула я, зажмурившись.

Мгновение молчания, за которым последовал сильный удар, от которого меня отбросило на пол. Во рту появился металлический привкус крови. Я безвольно лежала в холодной грязи, сжавшись от боли и надеясь, что он уйдет. От падения фонарик на мгновение погас, но затем снова зажегся.

— Это мои волосы! — выкрикнул он и, с яростью схватив мои пряди, резко дернул. С такой силой, словно собирался вырвать их с корнем. — И я не разрешал ничего с ними делать!

Он безжалостно рвал мои косы, грубо, с невероятной злостью дергая красиво заплетенные локоны. Я кричала, слезы градом катились из глаз, но вырваться не пыталась, зная, что сопротивление принесет новую боль.

Когда с косами было покончено, он, удовлетворившись результатом, наконец отпустил мои волосы, и они рассыпались по плечам золотым водопадом.

— Ну вот, — промурлыкал он, приглаживая их, — теперь идеально.

Я отвернулась.

Он снова схватил меня и грубо толкнул, опрокидывая на спину. Тяжелый грязный ботинок тут же опустился мне на живот, буквально пригвождая к полу. Я выгнулась от боли, задыхаясь в беззвучном крике.

— Больше никогда прикасайся к волосам. Это самая красивая часть тебя, и я не позволю твоим грязным пальцам испортить их.

Я быстро заморгала, пытаясь вернуться в реальность. Тело словно окаменело, руки намертво вцепились в края раковины, кожа на них побелела от прилагаемых усилий. Стремясь успокоиться и прийти в себя, я глубоко задышала и взглянула в зеркало.

В отражении на меня смотрела девушка с мокрыми от слез глазами. Волосы оказались заплетены в красивую косу, однако я совершенно не помнила, как сделала это. Плетение напоминало корону, начинаясь у правого виска, шло через всю голову и заканчивалось простой косичкой.

Вытирая слезы, я пыталась выбросить из головы ужасные образы прошлого, побороть страх и боль, что пытались завладеть моим телом.

«Неужели меня наказали за то, что сделала прическу?»

Я вздрогнула и начала расправлять косу, немного ослабляя тугое плетение. В результате она стала объемней и выглядела просто восхитительно, красиво обрамляя овал лица. Возможно, раньше я увлекалась чем-то подобным.

Внутри расцветали решимость и упрямство. «Да пошел он к черту со своими дурацкими правилами! Это мои волосы, я буду носить их, как захочу!»

Кивнув своему отражению, я уже собиралась идти к Мэгги, но буквально на пороге ванной меня снова атаковали воспоминания.

— Я тебя ненавижу! — крикнула я. — Ненавижу больше всего на свете!

— Не смей так со мной разговаривать! — прошипел он, наотмашь ударив по лицу.

Меня откинуло на стол. От силы удара на мгновение потемнело в глазах, послышался стук упавших на пол предметов. Прижав руку к разбитому лицу, я распахнула веки. Гнев и какое-то безрассудное отчаяние бурлили внутри, побуждая ответить, защититься, отомстить, сделать хоть что-нибудь.

Взгляд наткнулся на ножницы, каким-то чудом оказавшиеся в пределах досягаемости. Я схватила их и вскочила на ноги, отчаянно размахивая этим оружием.

Он рассмеялся. Тем самым смехом, от которого меня пробирало до костей.

— А ну-ка положи их, девочка. Ты не сможешь причинить мне вред.

— Я убью тебя! — выкрикнула я, целясь острием прямо в шею мучителя.

На что он лишь снова рассмеялся.

Решимость, подпитываемая злостью, начала ослабевать. Плечи поникли. «Он прав. Я не смогу его убить. Он никогда этого не допустит. К тому же я слишком слаба».

— Ты заплатишь за это, — с какой-то садисткой радостью протянул он.

Я вскинула голову, гнев внутри разгорался с новой силой.

— Нет, — твердо заявила я, — заплатишь ты.

Удобнее перехватив ножницы, я натянула прядь волос и отрезала ее. Золотистый локон медленно опал на грязный холодный пол.

— Нет! — взревел он и бросился ко мне. Попятившись, отрезала еще прядь и еще одну. Я безжалостно кромсала красивые густые волосы. Волосы, что так ему нравились. Может теперь, когда от идеальной прически остались лишь жалкие клочки, он потеряет ко мне интерес.

Он кричал, грязно ругался, размахивал кулаками, а потом набросился меня, вырывая из рук ножницы. Звон металла о каменную стену в небольшом помещении прозвучал, словно выстрел из дробовика.

— Что ты наделала? — взревел он, схватив меня за горло. Казалось, стоит моему мучителю сжать пальцы чуть сильнее, и шея непременно сломается. А я смотрела ему прямо в глаза, безразличным, даже безжизненным взглядом, не ощущая больше ни боли, ни страха.

Я была счастлива. Впервые за целую вечность. Видеть на ненавистном лице боль и отчаяние, оказывается, так сладко.

— Тебе не следовало этого делать, — прорычал он и внезапно отпустил меня. Кислород снова начал поступать в легкие, прогоняя начавшееся от удушья головокружение. — Плохих девочек нужно наказывать.

— Нет! — закричала я и, перевернувшись на живот, отчаянно вцепилась в пол.

Он рассмеялся, схватил меня за лодыжку и потащил из комнаты. Собрав последние силы, я замахнулась кулаком. Удар пришелся ему куда-то в грудь.

Он зарычал и в ярости швырнул меня на пол. Тяжелый ботинок наступил мне на пальцы, лишая любой возможности вырваться.

— Прости, — прошептала я, дрожа от страха.

На что мой мучитель лишь молча поднял вторую ногу и со всей силы опустил ее на руку чуть выше локтя.

Кость с громким хрустом треснула, от боли потемнело в глазах.

И я закричала… Крик, полный муки и отчаяния, отражался от стен и, усиливаясь, обступал меня со всех сторон, словно пожирая пространство вокруг, пока мир не сузился до жалкого клочка сознания полного невыносимого крика и боли…

Тяжело дыша, я облокотилась о стену и попыталась отогнать кошмарные воспоминания.

— Хватит, — умоляла я свое подсознание, — я больше не выдержу.