Чтение онлайн

Вам никто ничего не продаст на деньги, которые вы сами нарисовали. Вне дома деньгами, которые будут принимать люди, являются бумажки, нарисованные непосредственно государством (или с его разрешения). Человек в принципе не может их изготовить. Если технически вы способны сделать бумажки такого же качества, и даже лучше, это будут не настоящие, а фальшивые деньги.

Тут полная аналогия с религией. Если человек оденется как священник, будет такие же слова говорить, также махать руками и кадилом, как священник при обряде крещения или отпевания, для верующего это будет фальшивый обряд. Настоящим является только тот, какой произвел человек, имеющий лицензию от монополиста на право производить такие услуги — от Церкви. Таким человеком является тот, над кем Церковь произвела специальный обряд рукоположения.

Настоящие деньги и настоящие обряды может производить только надчеловеческий институт — государство и религия. Деньги и обряды, произведенные человеком, только по факту того, что их сделал человек, будут ненастоящими в рамках данного государства или религии (за рамками тоже). Сделанные человеком деньги могут быть на уровне «опля», т.е. дееспособны в границах дома).

На международном рынке в роли покупателей и продавцов выступают государства. Они не могут платить друг другу внутренними деньгами, которые сами делают, по той причине, по какой сосед не примет у вас к оплате опли, деньги, которые вы сами сделали.

Чтобы более ярко уловить этот момент, представьте себя Францией. К вам пришла Монголия и хочет купить у вас самолет за тугрики, за деньги, которые сама рисует. Сходу предлагает сто тыщ миллионов тугриков. А если вам мало, готова еще нулей дорисовать. Вы отказываетесь продавать за тугрики, и требуете заплатить настоящими деньгами — международным средством платежа.

Этим средством являются деньги, которые производит не государство, а надгосударственный институт. Вчера роль этого института играла природа. Международными деньгами было золото. Каждое государство добывало международную валюту на своей территории, имея возможность покупать и продавать товары и услуги на международном рынке.

Если оно выпускало бумажные деньги, гарантированно и свободно меняемые на золото, то это были, по сути, расписки на предъявителя на получение золота. Назывались такие расписки твердой валютой, т.е. деньгами, свободно меняемыми на базовое средство расчета. Если деньги нельзя было свободно обменять на золото, они назывались не твердой, а мягкой валютой.

Бумажные расписки на золото по ряду параметров удобнее золотых монет. Монеты стирались (золото мягкий металл), а значит, теряли свою ценность, они тяжелы. Потому бумагу меняли на золото, когда нужно было именно золото. Но это нечасто, так как то и другое принималось к оплате.

Это позволяло делать расписок на золото больше, чем имелось реального золота. Например, если в среднем 10% меняют бумажные деньги на золото, то банк на одну тонну золота может напечатать расписок на десять тонн. Называлось это частичным банковским покрытием.

Все банки всегда выпускали денег больше, чем имели золота, уверяя при этом, что у них ровно столько золота, сколько выпущено денег. Иначе бумага никому бы не была нужна. Когда слишком много вкладчиков шли менять бумагу на золото, банк объявлял себя банкротом и прекращал обмен расписок на золото. Кто не понимал по-хорошему, что обмен бумаги на золото прекращен, тем по-плохому объясняли, привлекая полицию и головорезов. В итоге банк всегда оставался с золотом, необходимым для открытия нового банка, где «все будет по-честному», а клиент с расписками на золото, успокаивая себя теориями бла-бла о цикличности банковских кризисов, что это стихия и тут ничего не поделаешь. Далее банкрот открывался под другой вывеской, и все повторялось заново. Продолжались эти дефолты с периодичностью утреннего будильника всю историю банков, как только финансисты изобрели технологию, известную сегодня как частичное покрытие.

Как благодаря крови по организму циркулируют полезные вещества, так благодаря деньгам по мировому телу циркулируют товары и услуги. Если государство не участвует в этом процессе, оно отстает в развитии и не может себя защитить, а значит, сильное государство его подминает.

Как у здорового человека объем крови пропорционален телу, так у здоровой экономики объем денег пропорционален товарной массе. Для простоты можно представить экономику телом, а деньги кровью. Если тело растет быстрее, чем его кроветворные органы вырабатывают кровь, оно неизбежно будет слабеть. Если деньги производятся медленнее, чем товары и услуги, товарообмен замедляется настолько, насколько не достает денег. Экономика как бы не дышит полной грудью.

В эпоху золотого стандарта удовлетворить запросы экономики в мировых деньгах, золоте, было невозможно. Добыча этого металла не поспевает за ростом экономики (парадокс Триффина). Частичное банковское покрытие облегчало положение, но не снимало проблемы диспропорции объема денег и экономики. Стоило превысить пропорции бумаги и золота, как бумага мгновенно обесценивалась, так как желающих поменять становилось больше предела, и модель рушилась.

Вечный дефицит золота порождал дефляцию, что дополнительно сдерживало скорость товарооборота. Зачем сегодня покупать товар за 100 рублей, если завтра его можно купить за 90 рублей, а послезавтра за 80? Если не горит, люди не торопились покупать.

Чтобы сохранить и преумножить твердую валюту, достаточно было ее не тратить. В эпоху золотого стандарта люди массово делали кубышки на черный день, закапывая клады. Говоря экономическим языком, выводили деньги из оборота, уменьшая в теле объем финансовой крови.

Мягкую валюту так невозможно сохранить. Власть в любой момент может ее отменить, как в 1991 году сделал СССР, объявив банкноты в 50 и 100 рублей недействительными. С базовой валютой так поступить невозможно, потому что никакое государство не имеет над золотом власти.

Огромной проблемой мировой экономики было непреодолимое несоответствие между добычей золота и ростом производства. Диспропорция денежной и товарной массой снималась одним способом — заменой золота иным платежным средством, добыча которого не ограничена.

Для решения проблемы в 1913 году создается никому неподотчетный надгосударственный институт — Федеральная Резервная Система. Как государственный Центробанк производит деньги для физ и юрлиц своего государства, так мировой Центробанк, ФРС, должен производить мировое платежное средство для всех государств, чтобы они его использовали в расчетах, как золото.

Операция состоит в том, чтобы собрать такой объем золота, под который можно выпустить столько расписок, бумажных долларов, сколько требуется в международных расчетах. Как люди, когда уверялись, что расписки действительно можно свободно поменять на золото, переходили на использование бумаги, так как она удобнее металла, так и государства, когда уверятся, что доллар в любое время можно поменять на золото, тоже перейдут на него, так как это удобнее золота.

Когда страны начнут рассчитываться долларами, возникнет мировая финансовая система, по-прежнему основанная на золоте, но представленная через расписку — через доллар. Когда она устоится, прекратить обмен доллара на золото. Предложить государствам использовать доллар в качестве международного средства платежа, и не требовать его поменять на золото. Сказать, что золото не является международными деньгами. Теперь это просто товар. Теперь главный доллар.

Понятно, что государства возмутятся, когда ФРС откажет в обмене доллар на золото. Но чем они будут слабее, а США сильнее, тем выше шансы, что они примут новые правила игры. Тем более, их не грабят под чистую, как рядовых вкладчиков. Государствам откажут лишь в обмене долларов на золото. Сами доллары останутся у них. И они также смогу на них торговать друг с другом.

С этого момента возникнет новая мировая финансовая система. Международным средством платежа в ней будет ничем не обеспеченный доллар, как до этого было ничем не обеспеченное золото. Мировая валюта по природе не нуждается в обеспечении чем-либо, она самодостаточна.