Чтение онлайн

– Да, – тихо ответил мальчик и опасливо покосился в сторону веселившейся компании.

– Ты не бойся! Никогда и ничего не бойся! В жизни бояться следует только одного – самого страха! Потом ты это поймешь, а пока… – старик, внимательно осмотревшись вокруг, незаметно подобрал на песке небольшой камешек и протянул его малышу: – Пока возьми вот это! И когда тебе будет совсем плохо, сожми его в руке и попроси помощи. Тебе обязательно помогут! – он мягко вложил нагретый солнцем камешек в ладонь мальчугана и обеими руками сжал его тонкие детские пальцы.

– Кто поможет?! – удивленно спросил мальчик, не заметивший откуда взял камень старик, и с интересом разглядывавший его матово блестящую чёрную поверхность.

– А это ведь совсем неважно, не так ли? Ведь тот, кто тебе помогает, уже твой друг! Разве не так?!

– Наверное, – всё так же односложно ответил мальчик, на глазах которого уже высохли слёзы, и очень внимательно посмотрел в лицо старика…

Глава 2

Над тихой рекой, в которой грустно отражались равнодушно плывущие по небу облака, быстро сгущались сумерки. По медленно струящейся воде пошли лёгкие круги и прохладный ветер, ласково зашелестевший укутывающим берег высоким камышом, заставил Охотника поднять воротник и запахнуть отвороты лёгкой куртки. Первый комар, разбуженный уходящим в закат солнцем, тонко пища закружился, выискивая, и деловито уселся на туго обтянутое тканью колено. Охотник внимательно посмотрел на комара, дождался, когда он поудобнее усядется и глубоко всадит под кожу своё длинное тонкое жало, а потом коротким и точным движением коснулся хрупкого тельца раскалённым концом дымящейся в его руке сигареты. Сделав ещё одну короткую затяжку, он щелчком забросил окурок далеко в воду, проследил, как падающей звездой пролетел он в тёмно-серой мгле, окутавшей землю, и встал с замшелого толстого бревна, кем-то принесённого сюда из чернеющего вдалеке леса.

Сидя на порожке своего потрёпанного, канареечного зелёного цвета Жигуля, убийцу поджидал напарник. Безмятежное круглое лицо Валета не выражало совершенно никаких эмоций, и он равнодушно, как корова жевал толстый бутерброд, изготовленный из целого батона, запивая его минеральной водой прямо из большой пластиковой бутылки. Крошки хлеба осыпались на его новенький спортивный костюм и, не прерывая своего увлекательного занятия, Валет смахивал их в придорожную пыль, заодно разгоняя вылетевшую на ночную охоту мошку.

– Давай, поехали! Заскочим к тебе на часок, помянем упокоившегося раба божьего. Как бишь его?! А, ну да, Алексея! Кстати, чего это там у тебя с мотором? – Охотник уселся на переднее сиденье машины и, по-хозяйски включив автомагнитолу, принялся крутить ручку настройки приёмника.

– Да бендекс что-то барахлит, будь он неладен! Надо заскочить как-нибудь в мастерскую и посмотреть. Ещё откажет в неподходящий момент! – Валет воткнул ключ в замок зажигания и затарахтел стартером.

– На свалку тебе надо заскочить с твоей «Антилопой Гну»! Что ты крохоборствуешь, на похороны себе копишь? – Охотник холодно посмотрел на поперхнувшегося остатками бутерброда водителя и, коротко ткнув негнущимся пальцем в клавишу, вырубил радио, из которого неслись какие-то хриплые завывания и треск радиопомех.

– Тьфу, тьфу, тьфу! Ну, у тебя и шутки! – напарник покосился на спокойно сидящего на своём месте убийцу и, выжав сцепление, выехал на автостраду.

– А ты у нас ещё и суеверный! – наконец оборвал тягостное молчание Охотник.

– Ладно! Я тут съезжу, отдохну пару недель, а тебе надо будет кое-чем заняться. Во-первых, смени этот драндулет на что-нибудь поприличнее! Девятку, что ли возьми какую, неприметненькую. А во-вторых, поройся в базах, покатайся по городу и найди мне человечка! Так, чтобы он водилой был на каком-нибудь грузовике. УРАЛ там, МАЗ подбери в общем, чтобы помощнее. И главное – он, водила этот, должен судимость иметь, хотя бы условную! И быть одного со мной роста и комплекции. Ну, хотя бы приблизительно. Всё понял?! – Охотник сузив глаза посмотрел на приятеля.

– Что за заказы такие странные?! Маскарад что ли будем устраивать? – Валет внимательно смотрел на дорогу, вглядываясь в светящиеся далеко впереди габаритные огни.

– Узнаешь всё в своё время! Тема будет интересная… и денежная! Да ты смотри, не спались там с этими поисками! Аккуратненько, со стороны всё срисуй, в контакты не входи.

– Сделаем! В лучшем виде! – Валет улыбнулся, сверкнув фиксой тусклого жёлтого цвета…

Глава 3

Покрытые унылым голубым кафелем холодные стены прозекторской казалось навсегда впитали в себя приторно сладкий, въедливый запах тления, который не могла заглушить даже вонь формалина, исходившая от расставленных по стеклянным шкафам банок с препаратами. В секционной городского морга стояла типичная для этих мест гулкая тишина, лишь изредка разрываемая резким стуком хирургического инструмента, небрежно брошенного на металл стола санитаром в новеньком белоснежном халате и тёмно-сером клеёнчатом фартуке.

Мёртвый белый свет ртутных ламп ярко заливал лишённое теней восковое лицо лежащего на оцинкованном столе трупа, с заострившимся, уставленным в потолок носом и тёмными, запавшими внутрь провалами плотно зажмуренных глаз.

Бесстрастный и привыкший к виду смерти санитар, с дымящейся сигаретой, прилепившейся в уголке безразличного рта, толстой кривой иглой набрасывал широкие грубые стежки, стягивая суровой ниткой распоротую грудину мертвеца, безвольно дёргающего при каждом движении иглы свесившейся со стола жёлтой рукой. И тошнотворная эта картина невольно наводила на мысли о тухлой рыбе и чем-то ещё, весьма далёком от печальной торжественности конца.

Суровый на вид пожилой судмедэксперт, опираясь рукой на стол и не обращая ни малейшего внимания на лежащее прямо у него за спиной мёртвое тело, спокойным и лишённым всяких эмоций голосом докладывал результаты вскрытия следователю по особо важным делам, полчаса назад прибывшему в отделение:

– Всего зафиксировано две точки приложения травмирующей силы. Первая – удар твёрдым тупым предметом в область левой височной кости. Не повлёк за собой вреда здоровью и не находится в прямой связи с последовавшим летальным исходом. И вторая – глубокое проникающее ранение в область живота справа. Нанесено колюще-режущим клинковым оружием с одной режущей кромкой, скорее всего самым обычным кухонным ножом с длиной лезвия не менее двадцати сантиметров. Повлёк за собой смерть потерпевшего от массивной кровопотери и острого травматического шока. Повреждения нанесены приблизительно между восемнадцатью тридцатью и девятнадцатью часами. То есть где-то за час до смерти, которая наступила в отделении реанимации. В сознание он не приходил. По всей вероятности его сначала оглушили ударом по голове, а уж потом ножом…

– У него были шансы выжить после такого ранения, если бы помощь подоспела быстрее? – отдуваясь и промокая платком вспотевший лоб, толстый следак бросил напряжённый взгляд на покойника.

– Нет! Били наверняка, если вы это имеете ввиду. Повреждены средняя и верхняя доли печени, пробита правая почка… Внутри всё искромсано ножом. Не мог он ни выжить, ни даже в сознании пребывать после такого удара.

– Как, по-вашему, профессионал бил?

– Вполне возможно, Иван Андреевич! Видите ли, обычно умысел на убийство связывают с поражением таких важных органов, как сердце или головной мозг. Но на фронтальной поверхности человеческого тела где-то около восьми-десяти процентов составляют так называемые убойные места, повреждение которых влекут за собой смерть с очень высокой, почти стопроцентной вероятностью. Скажем, повреждение бедренной артерии или печени, как в данном случае. Вы полагаете, что имело место заказное убийство?

– У потерпевшего пропали ценные вещи и портфель с документами, а возможно деньгами. Но это могло быть сделано для отвода глаз и создания ложной версии о нападении с целью ограбления. Пару месяцев назад уже было нечто подобное. Директору крупной сети магазинов проломили голову арматурным прутом, когда он выгуливал свою собаку. Её, между прочим, тоже убили, сломав позвоночник. И никто ничего не видел, никаких следов, как и сейчас. Дело до сих пор висит глухарём на отделе и перспектива у него… – следователь покрутил в воздухе указательным пальцем. – Перспектива у него – ноль!

– Полагаете, киллер у нас завёлся? Этот-то покойничек тоже не из простых смертных будет…

– Похоже на то… Не часто у нас режут в подъездах зампредседателей банков! Дела решили объединить, как бы неофициально. Вот только что это даст?! Концов никаких и убитые, как это ни странно, даже не были между собой знакомы. В таком-то городе, как наш…

Глава 4

Сквозь густо разросшиеся над головой, увешанные созревающими гроздьями ветви виноградной лозы, заплетавшие решётчатую крышу открытой террасы, почти не пробивались жаркие лучи полуденного солнца. А со стороны моря, бескрайней синевой раскинувшегося у самых ступеней ресторана, ласково веяло свежестью лёгкого ветерка, и доносились радостные голоса ребятни, плещущейся в тёплой воде. Несмотря на обилие приезжих в самый разгар курортного сезона, здесь было тихо и спокойно, чему в немалой степени способствовали слава одного из самых дорогих мест округи и действительно очень высокие цены прейскуранта. Здесь как будто навсегда застыло тихое и спокойное счастье и даже музыка, обычно навязчиво гремевшая в подобных местах, мягко струилась из больших акустических колонок и дополняла ощущение комфорта и почти домашнего уюта.