Чтение онлайн

Я не провёл много времени в одиночестве. Я все еще протирал глаза, когда почувствовал, как сиденье подо мной качнулось, когда кто-то сел справа от меня. Сбитый с толку, я приоткрыл глаз и вздохнул со семью облегчения и раздражения, увидев Адриенну рядом со мной.

«Я сказал Авроре, что хочу побыть один».

«Я не Аврора».

«Я все еще хочу побыть один».

«Не случится».

Остаток гнева всё ещё присутствовал во мне, и я стиснул зубы, скомандовав: «Оставь меня в покое».

Адриенна покачала головой. «Ты можешь ставить ультиматумы подругам. Теоретически, если они не делают то, что ты хочешь, ты можешь бросить их. Я больше не твоя девушка. Я твоя сестра, а это значит, что ты застрял со мной, несмотря ни на что».

Я закатил глаза: «Адриенна…»

«Я здесь, Тигр. Поговори со мной».

Она не двигалась с места, и у меня внезапно не осталось сил бороться с ней. Повернувшись лицом вперед, я упёр локти в колени и оперся подбородком на ладони. «Что происходит дома?»

«Мама и Эмма поднялись наверх, чтобы поговорить с Эдем после того, как ты ушел. Брук, Аврора и я задавались вопросом, что происходит. Я решила пойти за тобой».

Я покачал головой и встал. «Зачем? Чтобы приставать ко мне, в то время как я просто хотел побыть наедине со своими мыслями?»

Она встала со мной. «Почему? Как ты можешь ругать себя за то, в чем нет твоей вины?»

«А откуда ты знаешь, что в этом нет моей вины? Ты хоть знаешь, что случилось?»

Она взглянула на меня с честным выражением лица. «Нет, на самом деле не знаю. Думаю, я могу догадаться, но почему бы тебе просто не рассказать мне?»

Я скептически посмотрел на Адриенну. Она просто скрестила руки на груди и посмотрела на меня взглядом, в котором не было ни капли желания отступить. Напряженное противостояние продлилось около трех секунд, но затем моя решимость сломалась, и я вздохнул. «Это… Эдем, очевидно».

«Очевидно».

«Она не особо хорошо восприняла мой отказ спать с ней. Я думаю, она решила потерять девственность сегодня, поэтому, когда я не стал этого делать, она пошла и заставила своего парня».

Адриенна поморщилась. «Как все прошло?»

Я нахмурился. «Думаешь, я остановился, чтобы спросить?»

«Извини». Она пожала плечами. «И что?»

«Ну, я пошел, чтобы поговорить с ней. Она практически разделась и попыталась оседлать меня. Я ушёл».

На губах Адриенны сразу же появилась слабая улыбка. Хотя ей вполне нравилась идея о том, что я занимаюсь сексом с Брэнди и Брук, и она даже приняла мою первоначальную игру с близнецами, ее собственное сексуальное насилие со стороны брата всегда было в центре внимания Адриенны. То, что я ушел от Эдем, должно быть, доставило ей удовольствие.

Адриенна позволила моим словам остыть минутку. Перерыв, казалось, успокоил меня, как будто простое произнесение вслух того, что случилось с Эдем, позволило стрессу и гневу немного улетучиться. А затем, не говоря ни слова, она протянула руку и взяла мою ладонь в свою.

Через минуту мы вышли на тротуар. Мы подошли к перекрестку, и, думая, что мне нужно вернуться домой, я повернул направо. Но Адриенна сжала мою руку и потянула влево, кивком головы указав, что хочет пойти в том направлении.

«Быть девочкой-подростком — это забавно», начала Адриенна, когда мы перешли улицу. «Я не жду, что ты поймешь, учитывая, что ты никогда ей не был. Но это буйство противоречивых эмоций, противоречивых ожиданий и убийственного социального давления».

Я закусил губу, стараясь молчать. Очевидно, ей было что сказать, и я собирался позволить ей это сделать.

«Мы должны быть чистыми и девственными. Мальчикам аплодируют сверстники, когда они занимаются сексом. Вы, ребята, ведете счет, и набираете очки. На самом деле, спросите любого папу. Если их сын придет домой и признает, что он больше не девственник, первый импульс отца — купить ему пива. Но девочки? Скажи тому же папе, что его дочь занималась сексом, и он может запереть ее в ее комнате на месяц».

«Мальчик не может прийти домой беременным».

«Мальчик все еще может вернуться домой, оплодотворив девочку. Да, может, он сможет избежать брака, но это все равно может разрушить его жизнь».

Не в первый раз я задавался вопросом, что делает Элли Сандерс. Я глубоко вздохнул и попытался понять, к чему вела Адриенна. «Речь идет не о том, чтобы ограничить Эдем и Эмму в занятиях сексом. Я всегда знал, что они станут сексуально активными, когда им исполнится пятнадцать; чудо, что они прождали так долго. Я не их отец, и я не чувствую подобного. Я не хочу запереть близнецов в их комнате на месяц».

Адриенна загадочно улыбнулась мне. «Я не говорила, что ты такой».

«Тогда в чем твоя точка зрения?»

«Я не понимаю. Я пытаюсь понять, почему ты так реагируешь».

Я нахмурился, не совсем понимая.

Адриенна продолжила. «Мальчик спит с тремя девушками, и он герой. Девушка спит с двумя парнями, а она шлюха. Я не прошу справедливости. Мы оба знаем, что это не будет справедливо».

«Адриенна, не надо. Ты же знаешь, я не считаю девушку шлюхой только потому, что она занимается сексом».

Адриенна сжала мою ладонь и посмотрела на меня. «Я знаю, что ты гордишься своей непредубежденностью в этом вопросе. Ты, конечно, не осуждал меня. Но давайте будем честными в это. Сколько девушек не из «Семьи» ты трахнул с тех пор, как ты и Аврора вместе?»

Я пожал плечами. «Эээ, я не уверен». Виктория, Ким, Нора-

«Мне не нужно, чтобы ты их пересчитывал, Тигр», усмехнулась Адриенна. «Но сколько мужчин было у Авроры за то же время?»

Я пожал плечами. «Ноль. Но это другое. Аврора неоднократно говорила мне, что ей неинтересно…»

«О, я знаю, я знаю», прервала меня Адриенна. «Поверьте мне, я из всех людей могу понять привлекательность желания получить разнообразные киски, но не особо нуждаться в другом члене».

Я улыбнулся этой мысли.

«Но давай просто зададимся вопросом: что, если Аврора действительно захочет переспать с другим парнем? Что ты при этом почувствуешь?»

Я нахмурился, даже не осознав этого. В памяти всплыло воспоминание о «почти» обмене с Тито и Шевел. Но я быстро привёл себя в порядок. Адриенна была права: я должен был быть справедливым. Может, мне это не понравится, но я должен был допустить, что однажды Аврора вполне может захотеть заняться сексом с другим мужчиной. «Я бы… согласился», наконец сказал я.