Чтение онлайн

Я вздохнул, кивая. Я много вспоминал об этой особой связи с Авророй. За последние несколько месяцев в одиночестве были времена, когда я начинал думать о ней, задавался вопросом, что она делает в лагере, и я почти чувствовал запах лесного воздуха. Я мог убедиться, что она была счастлива на мгновение, или, чаще, понимать, что она сбита с толку, напугана или охвачена чувством вины. Я не знаю, откуда я это узнал. И эти знания вполне могли быть полностью придуманы моим воображением. Но… я чувствовал.

И я почувствовал ее сейчас. Теперь я почувствовал Аврору. Был День Благодарения, и я подумал, что лагерь Моррис будет отмечать этот праздник так же, как и везде. Она, вероятно, была в столовой, болтая с другими работниками ранчо. Норма, одна из владельцев лагеря, произносила речь и благодарила. А может, они даже танцевали на паркете.

Я почувствовал смятение в ее голове. Что-то… беспокоило… ее. Какого бы прогресса она ни достигла, Аврора все еще пыталась найти свой путь.

По какой-то причине я вспомнил тот первый раз, когда она позвонила мне из лагеря, и то, как я думал о ней тогда. Значит, у меня был план. Я верил в этот план. Она исцелиться и потом вернется ко мне. И я буду ждать ее. Буду ждать нас.

Но это было тогда. Я пошёл дальше.

Брэнди спросила меня, есть ли во мне какая-то часть, которая все еще любит ее, все еще скучает по ней и все еще ждет, когда она вернется домой. Я ответил на эти вопросы DJ утвердительно. Я все еще любил её, как особого человека, которым она была в моей жизни. Я скучал по другу, который был моим спутником двадцать один год. И я ждал, что этот друг вернется и станет частью моей жизни.

Но теперь я понял, что Брэнди не имела в виду свой вопрос так широко. Вопрос, который на самом деле задала Брэнди, был прост: ЛЮБИТ ли какая-то часть меня все еще Аврору. Не «любовь», как семейная любовь. Не «любовь», как дружеская любовь. Но по-настоящему ЛЮБОВЬ. Неужели какая-то часть меня все еще верила, что Аврора была моей второй половинкой? Неужели какая-то часть меня все еще верила в судьбу, и что ОНА была моей судьбой. Удерживал ли я какую-то часть себя от DJ, от кого-то еще и от всех остальных и оставлял исключительно зарезервированной для Авроры? Неужели я все еще ждал, что моя единственная, неповторимая, непревзойденная ДУША вернется ко мне?

И ответ, к сожалению… был утвердительным.

Но не теперь. Я потратил больше часа, уверяя DJ, что двигаюсь дальше. Я потратил все это время на то, чтобы убедить свою девушку, что я её выбираю, что я её выбрал. То, что я действительно должен был сделать. Но какая-то часть меня сдерживалась. Почему? Я не мог полностью объяснить. Я хотел верить, что полностью избавился от Авроры, но я упустил этот момент. По крайней мере, я так не думал. Не осознанно. Я не пытался сознательно саботировать свои отношения с DJ или кем-то еще. Просто… отпускать тяжело. Но теперь мне пришлось полностью отпустить.

Пришлось отказаться от мечты.

Мне пришлось отказаться от Авроры.

Я закрыл глаза. Я представил ее… мой Рассвет… мою старую Истинную Любовь… Я увидел ее на нашей поляне, неподвижную, неподвижный кадр из воспоминаний о том, как она сидит рядом со мной на одеяле для пикника и улыбается своей безупречной улыбкой.

Господи, черт возьми, она красива…

А потом, глубоко вздохнув, я отпустил ее.

Я позволил ее видению растаять. Статическая картина в моем сознании стала полупрозрачной, как призрак, растворившийся в воздухе, а фон остался. Я мог видеть деревья позади нее, а затем сквозь нее, пока даже ее нечеткие очертания не исчезли.

Я отпустил ее…

Я отпустил ее…

Я отпустил ее.

Чернильная темнота внезапно заполнила мое зрение, моя голова закружилась, и я чуть не упал.

«Ого… БЕН!»

DJ поймала меня, когда я наклонился прямо к ней. Комната закружилась, и я внезапно почувствовал головокружение, как будто огромный участок моего мозга, который всегда был посвящен Авроре, буквально испарился, унеся с собой пару фунтов веса черепа. Я резко вдохнул, как будто был под водой очень и очень долго, наполняя легкие драгоценным кислородом. И дикими глазами я смотрел своей девушке в лицо, пытаясь осмыслить то, что только что произошло.

«Эй… ты в порядке?» — спросила меня DJ, в ее глазах было видно беспокойство.

«Я отказался от Авроры», — сказал я ей хриплым голосом. «Я выбираю тебя. Ты чувствуешь это?»

DJ удивленно моргнула, глядя прямо мне в глаза, когда по ее лицу распространилось чувство… удивления… Улыбка тронула уголки ее рта, приподняв их, в то же время, когда я почувствовал, как маленькие завитки… чего-то… ползут по моему мозгу. И неземным голосом чистого удовольствия она радостно ответила: «Да!»

* * *

18:24

Если бы у DJ была возможность реализовать желание, мы, вероятно, занялись бы любовью прямо здесь, на кровати Дайны, но я знал, что наши семьи ждут нас внизу на ужин, и оторвал ее от своих губ. К тому же я устал. Я не мог объяснить почему, но каждая кость в моем теле болела, как будто я только что пробежал не просто марафон, а ёбанный триатлон Ironman.

К счастью, DJ не стала настаивать в этом вопросе, и она позволила мне стащить ее с кровати и повести за руку вниз. Никто не спросил, почему мы опоздали, хотя, когда мы все сели за стол, Дайна толкнула меня локтем под ребра и прошептала: «Что ты ей сказал? Я никогда не видела DJ, которая была бы настолько счастлива без секса!»

Я пожал плечами и прошептал в ответ: «Я убедил ее, что действительно люблю ее».

Дайна взглянула мимо меня и заметила, что DJ изо всех сил старалась не улыбаться СЛИШКОМ большой улыбкой, глядя на свою тарелку и рассеянно уничтожая еду. А потом Дайна посмотрела на меня с ухмылкой и кивком. «Ага. Вот и все».

Я вернулся к своей еде, и Дайна тоже. Но мгновение спустя она снова толкнула меня локтем под ребра.

«Эй, если ты и DJ когда-нибудь расстанетесь, и если я расстанусь с Кевином, подумай, может, ты сможешь сделать меня такой же счастливой, как ты сделал обеих моих младших сестер?»

Я закатил глаза и вернулся к гороху.

* * *

20:19

Мясо и картофель (ну, технически индейка — это птица) чудесным образом повлияли на мой энергетический уровень, как и время, проведенное за обеденным столом в компании семьи. С каждой минутой я чувствовал, что необъяснимое истощение все больше уходит. К концу трапезы я почувствовал себя лёгким и бодрым, как никогда в жизни.

Мы все долго оставались за столом, даже после того, как еда кончилась, участвуя в многочисленных разговорах, которые утихали, текли и трансформировались между нами семерыми. В один момент я шутил с Брук и Дайной. Через пять минут я обменивался украденными поцелуями и шепотом о любви с DJ. Через две минуты после этого я обсуждал политику с Джеком и Брэнди. Была открыта бутылка вина, из которой, очевидно, пили Дайна и Дина. Остальные придерживались кофе и Мартинелли.

Но сейчас вечеринка начала распадаться, и я бросился собирать тарелки и относить их на кухню. Я фактически припарковался у раковины и начал ополаскивать, чтобы начать загружать посудомоечную машину, но Дина щелкнула меня по плечу и прогнала меня, сказав, чтобы я вернулся и позаботился о моей новой девушке. Я немного поспорил с ней, но уважение к старшим превалировало над моим настойчивым желанием помочь, и я робко отвернулся, вымыл руки и вернулся в гостиную.

Ожидая увидеть четырех девушек, развалившихся на диванах, я был удивлен, увидев, что DJ была единственной в комнате. Бросив взгляд в сторону общей комнаты, я подумал, что, возможно, остальные перебрались к большому телевизору, я увидел, что там тоже никого нет.